Мари Секстон - Клубника на десерт

– Аризона. Сан-Диего, Лос-Анджелес, Сан-Франциско. Вегас, Колорадо и Юта.

– Ну, очевидно, что в первую очередь я бы выбрал Аризону. – Как, впрочем, и мои коллеги.

– А что насчет остального?

Что насчет остального… Меня устраивал любой город в Калифорнии. Я хорошо ориентировался в Вегасе, но не был уверен, что хотел бы там жить. Мысль о Юте меня пугала. А Колорадо… Колорадо было совсем другим делом.

Колорадо было местом, куда я уехал учиться в колледж. Колорадо было местом, где я познакомился с Заком и три года любил его. Колорадо было местом, где я оставил его, чтобы весь следующий год ждать, когда он ко мне вернется. И, наконец, Колорадо было местом, где он жил по сей день – со своим новым партнером, которого любил больше, чем когда-либо любил меня.

Я знал, что это глупо, но сама мысль о том, чтобы вернуться, была непереносима. Да, это был большой штат. Если я туда перееду, то без сомнения буду жить в Денвере. Зак и Анжело жили сейчас в горах, и шансы случайно с ними столкнуться были ничтожны. С другой стороны, с теми же мизерными шансами я встретил их в Вегасе.

Факт оставался фактом: логично то было или не очень, но возвращение в Колорадо казалось мне шагом в ошибочном направлении. В моем сознании это место было неразрывно связано с Заком и с жизнью, которую мне никогда не получить назад. Почему-то в другом штате было проще смириться с тем, что он забыл меня. Но там, зная, что он живет всего в часе езды, я вряд буду в состоянии удержаться от мыслей о нем. Или от попытки с ним встретиться. Зак тогда прямо сказал, что больше и знать меня не желает, поэтому все кончится тем, что Анжело надерет мне задницу, Мэтт добавит от себя сверху, а Джаред просто улыбнется и спросит о Коуле.

Коул…

Что ж. Был еще и Коул. Я, впрочем, знал, что являюсь для него не более, чем удобным интимным знакомым, и потому не мог позволить нашей связи стать фактором, влияющим на мое решение. И еще, конечно, был мой отец.

– Джон? – Голос Маркуса резко выдернул меня из размышлений. – Что скажешь?

– Только не Колорадо, – сказал я. – Что угодно, только не Колорадо.

Он кивнул.

– Как я уже говорил, я пока не знаю, как мы решим, но постараюсь учесть твою просьбу.

– Спасибо.

– Как только у меня появится новая информация, я дам тебе знать. Но такие дела быстро не делаются, так что, Джон, пока работаем в обычном режиме.

Глава 8

10 сентября

От Коула Джареду

Сегодня я готовлю чоппино, к которому лучше всего идет темпранильо, однако мне, увы, придется купить барберу, потому что всякий раз, когда я беру испанское красное, Джонатан начинает хандрить. Не то чтобы я ревновал к Заку… Просто хотелось бы, чтобы воспоминание о нем присоединялось к нам за ужином не настолько часто. Терпеть не могу соперничать с ностальгией.

***

После работы я вернулся домой – в квартиру, где пахло морепродуктами, а на кухне босиком кулинарничал Коул.

– Ты завтра вечером занят? – спросил его я.

Он лукаво на меня покосился.

– Не знаю, солнце. Смотря, что предложишь.

– У меня есть билеты на «Злую». – Впервые за много месяцев вышло так, что я оставался в день шоу в городе, и я с нетерпением ждал, когда наконец увижу его.

– Парочка геев собралась в театр? – поддразнил меня он. – Ну-ну.

– Знаешь, никогда не понимал, почему это считается стереотипом, – ответил я, открывая вино, которое стояло на стойке. – Я хожу в театр при любой возможности и могу сказать точно, что подавляющее большинство мужчин там – натуралы. Уж поверь, – добавил я, улыбаясь ему, – я смотрел!

– Не сомневаюсь, – рассмеялся он. – Пойду с удовольствием.

– Хорошо. Сколько времени осталось до ужина?

– Достаточно, чтобы ты успел принять душ, если тебя интересует именно это.

Когда через десять минут я вышел из ванной, он сидел на кровати и, усмехаясь, смотрел на меня сквозь челку – тем своим взглядом, сообщающим, что по какой-то причине он надо мной смеется.

– Скажи, милый, – произнес он. – Ты ни о чем не забыл?

– Вроде нет. А что?

– Тебе звонили, пока ты был в душе. – Я подобрал с тумбочки сотовый, а он сказал: – Не на этот. На твой домашний. Надеюсь, с моей стороны не было ужасно неподобающе ответить вместо тебя.

– Все нормально. Кто это был?

– Твой отец.

– Отец? – И тут до меня дошло, почему он надо мной смеется. Сегодня я должен был ужинать со своим отцом. – Черт! Его день рождения! – Проверив часы, я понял, что уже опоздал на десять минут. Еще двадцать – если поспешить – уйдет на то, чтобы добраться до ресторана, но еще я знал, что Коул готовит ужин… – Коул, я…

– Расслабься, – сказал он своим насмешливым тоном. – Мы сошлись на том, что ты, наверное, перепутал дни, и…

– Он злился?

– Не думаю, но смею заметить, что я не знаю твоего отца…

– Надо перезвонить ему.

– Прелесть, если ты чуть-чуть подождешь, то сможешь поговорить с ним лично. Он будет здесь через пять минут.

– Что?

Он развеселился еще больше.

– Я все пытаюсь сказать тебе, прелесть, но ты никак не можешь помолчать и послушать. Он уже был в этом конце города и явно хотел тебя видеть, а у нас столько чоппино…

– Ты пригласил его к нам?

– Я вроде так и сказал, нет?

Я попытался представить произошедшую между ними беседу: как Коул болтает без остановки, называя отца «дорогой», а папа всеми силами старается сохранить спокойствие.

– И он согласился?

– Конечно. – У меня было подозрение, что отец просто не смог достаточно быстро сочинить оправдание для отказа. – Ты же не против?

– Просто не уверен, что это хорошая идея, вот и все. Он относится к моей ориентации без особенного восторга и… – В этот момент в дверь позвонили. Я точно предпочел бы открыть ее сам, но осознал, что до сих пор стою нагишом, в одном полотенце. Коул снова мне улыбнулся.

– Не волнуйся, солнце. Я открою.

Торопливо одеваясь, я всю дорогу уговаривал себя, что ужин пройдет хорошо и причин предполагать, что разразится катастрофа, нет.

Когда я вышел из спальни, оказалось, что Коул успел проводить отца до столовой, а также накрыть на стол, и теперь трещал со скоростью пулемета, в то время как мой отец… Мой отец взирал на него со смесью шока и ужаса, что было бы даже комично, если б не подтверждало мои наихудшие подозрения. Ужин обещал быть совсем не смешным.

– Джордж, бога ради, прости, что умыкнул твоего сына, – говорил ему Коул. – Знай я, что у тебя день рождения, никогда бы так не поступил. Но знаешь, оно и к лучшему. Рестораны, они такие шумные, такие обезличенные. Дома обстановка куда интимней, согласен? У нас сегодня чоппино, но, кажется, об этом я тебе уже говорил. После него в доме целую неделю пахнет рыбой, но оно такое вкусное, что я все равно его приготовил. Очень надеюсь, милый, что у тебя нет аллергии на моллюсков, иначе весь вечер пойдет насмарку, потому что я понятия не имею, что делать, если у тебя случится анафилактический шок. Положа руку на сердце, с тем, что я вынес из курса СЛР в старших классах, никого не спасти – во-о-бще! Но даже если б я слушал внимательно, чего я не делал, то наверняка уже давно бы все позабыл. Так. Давай-ка я налью тебе немного вина.