Люси Рэдкомб - Исполнение желаний

– Сесил, я перестал сравнивать вас с другими женщинами через тридцать секунд после нашего знакомства. К счастью, я люблю, когда мне бросают вызов. Вы мне нравитесь.

– Неужели?

– Не переигрывайте. Конечно, вы мне нравитесь. И если дадите мне хотя бы один шанс, то сможете убедиться, что я вовсе не дьявол во плоти.

– У меня нет ни времени, ни желания создавать себе лишние трудности. – Точнее, оставаться у разбитого корыта, подумала Сесил, пытаясь подкрепить свою слабеющую решимость.

– Значит, вам со мной трудно?

– Го, у нас с вами разные представления о жизни.

У него сжались губы, в глазах загорелся гнев.

– Когда вы успели узнать мои представления о жизни?

Сесил уставилась на Уэйна, испуганная его неожиданным раздражением.

– А я и не знаю. Конечно, когда мне было это узнать? Вы ничего мне не рассказываете. Вы очень умело выведываете у меня сведения личного характера, но что я знаю о вас? – Она взмахнула рукой, и висевшая на стене декоративная медная кастрюля рухнула на пол. – Большой жирный ноль. Однако если верить слухам, ваша жизнь вполне предсказуема.

– Вам нужно только одно: спросить. Для вас я открытая книга. И что же обо мне болтают в офисе?

– Смотря кого вы имеете в виду – мужчин или женщин, – невозмутимо ответила Сесил. Она не собиралась ему льстить.

– Один-ноль в вашу пользу. – Уэйн подмигнул ей.

– Я отнесу Кэм коктейль, – сказала она, поворачиваясь спиной к Говарду и ставя крест на этой щекотливой беседе.

4

– А потом мама поцеловала его. Они думали, что я сплю… – Кэм!

– Ой! Привет, мама. Я впустила Неда. Ты не слышала звонка. Я думала, что вы с Го…

– Хватит, Кэм. Отправляйся к себе в комнату! – Сесил говорила негромко, но таким тоном, что оживление дочери тут же увяло.

– Но…

– Немедленно!

Боль, застывшая на лице Неда, заставила ее почувствовать себя сукой. Впрочем, с его точки зрения она и есть сука. У него был вид мальчика, переставшего верить в Деда Мороза.

Ругать Кэм не имело смысла, хотя Сесил не питала иллюзий, что дочь сделала это по простоте душевной. Нужно было раньше признаться Неду в своих чувствах, точнее в их отсутствии.

– Хотите, чтобы я остался?

Сесил подняла глаза на вошедшего Говарда.

– Не думаю, – тихо сказала она.

– О Господи! – Правильные черты Неда исказились; он не верил собственным глазам. – Разбойник с большой дороги… оказался человеком, у которого ты работаешь! – Видя, что Говард остался бесстрастным, он перевел взгляд на виноватое лицо Сесил. – Черная кожа и грим… Сесил, я не знал, что тебе нравятся такие игры. – Презрение, звучавшее в его голосе, заставило Сесил почувствовать себя последней дрянью.

– Нед, это всего лишь совпадение.

Маршалл насмешливо расхохотался.

– Ради Бога! Может быть, я и не титан мысли, но не считай меня дураком. Таких совпадений не бывает.

Что она могла сказать? Несколько дней назад она тоже не верила в совпадения. Сесил всплеснула руками. Она не хотела, чтобы все закончилось таким образом. Почему, ну почему она позволила этому случиться? Почему поцеловала Го? В ее мозгу крутились тысячи «почему».

– Сомневаюсь, что с ним ты не хотела торопить события. – Издевательски копируя тон Сесил, Нед смотрел на нее с нескрываемым отвращением.

– Мы с Го… Я хочу сказать, мы не были… – Она посмотрела на стоявшего рядом мужчину, ища у него поддержки.

– Еще. Мы еще не были, милая, – сказал Говард, с готовностью приходя ей на выручку. Похоже, эта сцена доставляла ему удовольствие.

– Спасибо! – бросила она, стиснув зубы.

– Я рад, что выяснил именно сейчас, пока не стало слишком поздно, к какому сорту женщин ты относишься. На грехи твоей юности я был готов смотреть сквозь пальцы. – Ноздри Неда раздувались от злобы.

Сесил оцепенела. Рука Говарда обняла ее за талию, а вытянутые пальцы слегка погладили выпуклое бедро. Эта медленная, чувственная и нежная ласка не только заставила Сесил успокоиться, но и имела множество других последствий, что красноречиво доказывало ее неравнодушие к этому мужчине. Особенно учитывая обстоятельства…

– Если бы я знал, что ты склонна к извращениям…

Тонкие губы Неда растянулись, и он засмеялся Сесил в лицо, заставив ее вспыхнуть от гнева. Вина виной, но это было уже чересчур. И в самом деле, мазохизм какой-то!

– Извини, если я обидела тебя, но ты сам знаешь, что это просто смешно! Нед, я не могу выйти за тебя замуж. Жалею, что не сказала об этом раньше.

– Думаешь, я был от тебя без ума? – Нед уставился на нее как на полоумную. – Я рад, что мы никогда не спали.

Только этого Говарду и недоставало, подумала она, подавляя стон.

– Я с тобой, – еле слышно пробормотал Уэйн. Затем он заправил ей за ухо прядь мягких каштановых волос, и Сесил тут же пронзило током с головы до ног.

Нед ревниво проследил за этим интимным жестом.

– Я думал, ты особенная, – бросил он. – Ставил тебя на пьедестал. Но теперь вижу, что Венди была совершенно права.

– Венди?

– Кузина Брюса Брендона. Во вторник она очень сочувствовала мне.

– Во вторник ты был простужен.

– Если хочешь знать, я просто решил, что нам нужно некоторое время побыть врозь…

– Чтобы иметь возможность пожаловаться на меня? – догадалась Сесил. – И рассказать участникам вечеринки о моих недостатках?

– Тогда я не знал и половины этих недостатков.

В его голосе прозвучала виноватая нотка, и тут Сесил осенило.

– И давно ты встречаешься с этой сочувствующей тебе особой… Как ее?..

Сесил вспомнила, что Нед часто в последнюю минуту отменял назначенные свидания, ссылаясь на срочную работу. Но сейчас все становилось на свои места.

– Венди. – Раздосадованный Нед плотно сжал губы. – Все это совершенно невинно.

– Про наши отношения ты говорил ей то же самое?

Красные пятна, обезобразившие его красивое лицо, свидетельствовали красноречивее всяких слов.

– Я просил тебя выйти за меня замуж! – злобно огрызнулся он.

– И не меня одну. – Убедившись, что Нед вовсе не святой, Сесил почувствовала себя куда более уверенно.

– Таких потаскушек, как, ты, пруд пруди, а врачи лучше других знают, чем это кончается!

– Ну, все, – внезапно решительно произнес Говард. – Когда человеку больно, он имеет право излить немного желчи, но я думаю, что Сесил наслушалась достаточно. Утрите сопли, дружище, и идите себе подобру-поздорову. – Его тон был безукоризненно вежливым, но в темных глазах горела недвусмысленная угроза. – Но не поддавайтесь соблазну сказать еще что-нибудь цветистое, иначе я тоже поддамся соблазну и…

Пожалуй, это уж слишком! Сесил освободилась из его объятий.