Фрэнсин Паскаль - Деньги и коварство

Тодд сочувственно покачал головой:

– Но чем же мы можем помочь ей? Элизабет благодарно улыбнулась ему:

– Я когда-нибудь говорила тебе, что ты самый замечательный, все понимающий парень – и это в дополнение ко всем остальным твоим положительным качествам?

– Да, я такой, – ответил Тодд, смеясь и крепче обнимая Элизабет. – Зови меня чудо-мальчиком.

– Я и сама точно не знаю, что мы должны делать, – задумчиво призналась Лиз. – Только что Регина пригласила меня к себе домой после уроков. Она сказала, что хочет поговорить.

– Я не мог и придумать лучшего разрешения проблемы, – обрадовался Тодд.

Прозвенел первый звонок, и он вздрогнул.

– Ой, лучше я побегу. У меня контрольная по математике. Позвони мне сегодня вечером и расскажи, что случилось, – скороговоркой попросил он, быстро пожав подруге руку.

Элизабет улыбнулась, глядя, как он убегает по коридору.

«Как же он красив», – подумала она. Затем повернулась и пошла на урок французского.

Она села на место за минуту до начала занятия, достала свои тетради и постаралась сосредоточиться. Что же Регина хотела ей сказать? Может, она хочет объяснить, что ее связывает с красивым мужчиной намного старше ее? Элизабет покачала головой, снова уткнувшись в записи. Явно будет сложно думать об учебе в те часы, что остались до встречи.

– Давай пройдем в мою комнату, – предложила Регина, ведя Элизабет через широкий прохладный коридор с высоким потолком.

Лиз восхищенно оглядывалась вокруг. Семейство Морроу совсем недавно перебралось в Ласковую Долину, купив одно из самых больших зданий на горе рядом с особняком Пэтменов.

«Странно, – думала Элизабет, следуя за Региной по красивой огромной лестнице, ведущей на второй этаж, – насколько уютней чувствуешь себя дома у Морроу, чем у Пэтменов.

Дом, конечно же, был большим, но солнечный свет лился через окна, кругом было, множество растений, а теплые цвета портьер и ковров делали внушительные комнаты менее парадными и более уютными.

Наверху открылась дверь, и Николас Морроу, восемнадцатилетний брат Регины, вышел в холл.

– О, привет, Лиззи, – сказал он, и его лицо озарилось радостью, когда он увидел Элизабет рядом со своей сестрой. – Мне показалось, что я слышал, как кто-то вошел.

Элизабет улыбнулась ему в ответ.

– Привет, Ник, – тепло откликнулась она.

Николас Морроу нравился абсолютно всем. В его изумрудно-зеленых глазах светились веселые огоньки, а вьющиеся черные волосы, яркая улыбка и отличные физические данные уже привлекли к нему немало поклонниц из Ласковой Долины.

Когда семейство Морроу только что появилось, Джессика Уэйкфилд строила большие планы относительно Николаса. Но, к ее большому огорчению, Николас предпочел Элизабет, которая не осталась равнодушной к его красоте и обаянию, и они стали встречаться. Когда Тодд узнал об этом, он чуть было не порвал со своей подругой. Но это все было в прошлом, и ребята остались друзьями, даже после того, как Николас понял, что Элизабет навсегда останется верна Тодду.

– Что вы собираетесь делать в доме в такой замечательный денек? – полюбопытствовал Николас.

– Мы можем задать тебе тот же вопрос, братец, – поддразнила его Регина.

У Николаса Морроу не было большего обожателя, чем его младшая сестра, лицо которой засияло, как только он открыл дверь.

– Элизабет предложила помочь мне с химией, – пояснила она.

– А, хорошее дело. – Николас усмехнулся. – У меня тоже есть кое-какая работа, – добавил он, – но дайте мне знать, если я смогу блеснуть перед вами своими научными познаниями.

Девушки рассмеялись и продолжили свой путь в комнату Регины.

– Я не хотела беспокоить Николаса сплетнями, которые ходят про меня в школе, – объяснила Регина, снимая жакет и вешая его на большой удобный стул, обитый светлой тканью.

Элизабет уселась на кушетку кремового цвета напротив.

– Какая чудесная комната, Регина! – воскликнула она.

В самом центре стояла высокая светлая кровать под балдахином. Прозрачные занавески колыхались от легкого ветерка, залетающего в два больших окна, и вся комната выглядела мягкой и изысканной, будто внутренность цветка.

– Многое я сделала сама, – застенчиво сообщила Регина. – Кажется, меня всегда будут интересовать цвет и дизайн. – Она покачала головой. – По крайней мере, именно из-за этого все и началось с Лэйном Таунсендом!

«Таунсенд?» – подумала Элизабет. Фамилия звучала знакомо, но она никак не могла припомнить, где она ее слышала.

– Что ты хочешь мне рассказать? – мягко напомнила Элизабет.

Регина села, поджав ноги, глубоко вздохнула и начала теребить руками юбку из хлопка.

– Ну, однажды, вскоре после того, как мы приехали, я была внизу с мамой, выбирая материю для обивки кушетки, на которой ты сейчас сидишь. У мамы были еще дела в магазине, и я ждала ее на улице. Знаешь, Элизабет, иногда происходят необычные вещи! – Лицо Регины слегка порозовело от воспоминаний.

Элизабет наклонилась вперед, пристально глядя на подругу.

– Ко мне подошел какой-то мужчина и представился, – продолжала Регина. – Он дал мне визитку, сказал, что его зовут Лэйн Таунсенд и что он возглавляет агентство фотомоделей.

– Вот почему мне его фамилия показалась такой знакомой! – воскликнула Элизабет. – Агентство Лэйна Таунсенда – одно из самых известных на Западном побережье.

– Я знаю, – сказала Регина. – Именно поэтому мне все это кажется таким странным. Это так удивительно, Лиз! – добавила она. – Я чувствую себя полной дурой, рассказывая тебе эту историю, но для меня очень важно твое мнение, и я просто не могу допустить, чтобы ты поверила хоть в одну из этих ужасных сплетен.

– О, Регина, я ни секунды не верила в них!

– Ну так вот, – Регина вернулась к своей истории. – Лэйн дал мне свою визитку и сказал, что устраивает конкурсный просмотр для работы в его агентстве. Он хотел найти девушку, модель для журнала «Инженю». И – если ты можешь в это поверить – он подумал, что я могу идеально подойти для такой работы!

– Вот здорово! – воскликнула Элизабет, с восхищением глядя на подругу.

– Вот, собственно, и все, что произошло, – подытожила Регина. – У меня было специальное разрешение иногда уходить из школы раньше для участия в отборочных турах. Как хорошо, что это все наконец-то закончилось! – заметила она. – Подозреваю, что в результате я отстала по английскому.

– Я уверена, что Тодд даст тебе свои записи, – обнадежила ее Элизабет. – А тебя действительно снимут для «Инженю»?

Регина покраснела снова.

– Хочешь верь, Лиз, хочешь нет, – сказала она, – но моя фотография должна появиться на обложке следующего номера!