Эдриан Маршалл - Чудачка Кейт

— Я еще не был в участке, — объяснил Грег. — И звонил только офицеру Соллету. Представляю себе лицо Маккинли, когда он узнает, что я — тот самый Грег, похититель чужих сумок…

— Все хорошо, что хорошо кончается, — резюмировала Мод. — Предлагаю выпить за это стаканчик домашнего вина. Принеси-ка свой сидр, Дик…

Воспользовавшись тем, что взрослые болтают о своем и никто не обращает на нее внимания, маленькая Мэй перебралась на колени к Грегу. Кейт обратила внимание, что у взрослого кузена и его маленькой кузины очень трогательные отношения. Грег смешил девочку, щекотал ее и даже кормил из своей тарелки.

Кейт невольно улыбнулась, наблюдая за этой сценой. И, хотя Грег по-прежнему вызывал у нее некоторое раздражение, ей нравилось смотреть на то, как он возится с девочкой.

Еще Кейт заметила деталь, на которую не обратила внимания, когда ехала в плохо освещенном вагоне. Сейчас она разглядела два шрама на лице Грега: один расколол на две части правую бровь, а другой пересекал середину подбородка. Они не уродовали Грега, но он уже не казался Кейт таким красавчиком. И как она могла не заметить этих шрамов? Впрочем, в тот вечер Кейт чаще смотрела в окно, чем на своего спутника… Как ни странно, но с этими шрамами Грег показался ей более привлекательным.

Наверное, я все-таки чудачка, подумала Кейт, скользя взглядом по лицу Грега.

Кип Моуз поймал ее взгляд.

— Обаятельный молодой человек, — усмехнулся он. — А какое чувство юмора…

Кейт показалось, что Кип говорит не совсем то, что думает. Она заметила, что писатель сразу отнесся к Грегу с недоверием.

— Может, он и обаятельный, — пожала она плечами, — но его чувство юмора мне не нравится. И еще он слишком болтливый. Когда мы ехали в поезде, Грег постоянно донимал меня расспросами. А мне, если честно, совсем не хотелось говорить…

Кип посмотрел на нее с нежностью, и Кейт поняла, что ее слова пришлись ему по душе. Может быть, он ревнует? — подумала Кейт, и эта мысль расшевелила внутри потухший было огонек. Она уже успела почувствовать, что Кип относится к ней с каким-то особенным, трепетным вниманием, и это не могло оставить ее равнодушной. Тем более что и ее отношение к Кипу не было похоже на обычную дружескую симпатию.

Кейт нравились его зрелость, его рассуждения, его голос, случайные прикосновения рук, от которых ее сердце вспархивало, как испуганная бабочка…

И все же было в Кипе нечто такое, что иногда настораживало Кейт. Она не могла объяснить, что именно будит в ней смутную тревогу, а потому списала ее на слишком малый срок знакомства.

Впрочем, Кип готов был рассказать о себе, и Кейт ждала, когда же он вспомнит о своем обещании.

Ужин закончился, но гостеприимные Кармайклы не торопились выпроваживать гостей. Кейт ежилась при мысли о том, что ей предстоит возвращение в «замок» и брюзжание Эльзы, однако понимала, что и хозяевам нужно отдохнуть.

— Пожалуй, мне пора… — заставив себя подняться из-за стола, объявила Кейт. — Вечер был просто замечательным, а еда — выше всяких похвал.

Памела, сочувственно оглядев девушку, произнесла:

— Жутковато, наверное, так поздно возвращаться в замок?

Грег, тоже поднявшись из-за стола, предложил:

— Хотите, я провожу вас, Кейт?

— Кейт есть кому проводить, — вмешался Кип.

— Вы можете проводить Кейт вдвоем, — предложил Дик. — В наше смутное время двойная охрана не помешает…

Кип и Грег вопросительно уставились на Кейт. С одной стороны, ей хотелось уйти с Кипом, а с другой — ей было о чем порасспросить Грега.

К тому же бабушка Линда вечно твердила ей, что никогда не стоит выказывать своих сердечных предпочтений на людях, и Кейт в кои-то веки решила послушаться бабкиных советов.

— Пожалуй, я с вами соглашусь, — кивнула Кейт Дику. — Нет, я бы и одна не испугалась дойти. Но ведь Грегу нужно забрать свою сумку. К тому же втроем будет веселее…

В тот же миг Кейт почувствовала на себе тяжелый взгляд. Взгляд был настолько тяжелым, что ей даже почудилось, будто он повис на ней, как запыленное драповое пальто. Кейт обернулась к своим провожатым, но так и не смогла догадаться, кто из них «подарил» ей этот взгляд… Кип или Грег?..

7

Грегор Кармайкл пришел в участок без четверти девять и первым делом направился в кабинет детектива Маккинли.

То-то Маккинли посмеется, когда узнает, что это сероглазое создание прихватило именно мою сумку… — подумал Грег, поднимаясь по каменным ступенькам.

Однако до кабинета Маккинли Грег так и не добрался. По дороге он встретил своего тезку, офицера Соллета, который сообщил, что шериф желает немедленно видеть детектива Кармайкла в своем кабинете.

— Ну вот, только вышел из отпуска, — вздохнул Грег. — Слушай, старина, а ты не знаешь, в чем, собственно, дело?

— Нет, — покачал головой его молодой коллега. — Сегодня все, как с ума посходили, когда узнали, что Маккинли в больнице.

— Маккинли в больнице? — уставился на него Грег. — А что с ним случилось?

— Говорят, у него открылась язва. Любовь к пончикам его погубила… Теперь кому-то придется взять дело о наших девушках…

— Да уж, кому-то не повезет, — согласился Грег. — Маккинли говорил мне, что ничем более запутанным и странным ему заниматься не приходилось…

— Да уж, — кивнул его тезка. — Я бы на твоем месте поторопился к шерифу. У Громилы Хэнсона сегодня дурное настроение.

— Уже иду, — кивнул Грег и, развернувшись, побежал вниз по ступенькам.

Прозвище Громила Хэнсон получил еще на заре своей карьеры, когда работал в дорожном патруле.

Тогда еще Честершир сложно было назвать спокойным городком. Там царил беспорядок, который усугублялся тем, что его облюбовали ширстонские байкеры, устроившие в Честершире что-то вроде длительной стоянки. Народ шумный и привыкший плевать на законы с высоты своих «железных коней», они пугали местных жителей, лишая их сна и покоя. Офицер Хэнсон, которому постоянно приходилось сталкиваться с этими дебоширами, в один прекрасный день стал свидетелем неприглядной сцены: один из байкеров кружил вокруг безобидной старушки на мотоцикле и выкрикивал всяческие непристойности. Терпение Хэнсона лопнуло. Он выхватил свое оружие и прострелил колеса на мотоцикле «крутого» верзилы.

Лишившись своего «железного коня», байкер озверел и полез на Хэнсона с кулаками. Любой другой на месте Хэнсона поторопился бы унести ноги, но он вступил в неравную схватку и даже умудрился одержать победу, чем опозорил байкера на веки вечные. Его приятели решили расквитаться с полицейскими, но те, воодушевленные примером Хэнсона, не спасовали и устроили дебоширам настоящую головомойку.