Лина Баркли - Мой капитан

— В прошлом у него было с этим немало хлопот.

— Хлопот? Каких?

Но Мак лишь неопределенно пожал плечами.

— Видите ли, в то время я с ним не плавал. И, вообще, спускайтесь-ка лучше вниз.

Джулия последовала его совету, размышляя о том, какие такие «хлопоты» были у Камерона. Видимо, это оставило глубокий след в душе Тома, если с тех пор он запрещает женщинам появляться на борту своего корабля. Девушка твердо решила узнать, что же все-таки произошло тогда. Конечно, можно попытаться разговорить Мака. Хотя надежды на это, судя по сегодняшнему опыту, было мало. Но кроме Тома и его первого помощника, на «Духе» служат еще пятеро матросов. Может, кто-нибудь из них знает?..

Джулия закончила уборку каюты, которая теперь выглядела значительно аккуратнее и даже светлее, чем раньше. Вся одежда была выглажена, опрятно сложена и убрана в шкафчики. Газеты и журналы разложены на полках, где рядом выстроились и томики книг. Начищенная обувь аккуратно стояла вдоль стены. А еще не до конца просохшие куртки висели под потолком на алюминиевых вешалках.

С удовлетворением посмотрев на свою работу, девушка вернулась в камбуз. Приближалось время обеда, надо было успеть приготовить бутерброды, нарезать хлеб и сыр. Все уже почти было готово, когда неожиданно распахнулась дверь и в камбуз влетел Кен. Увидев тарелки с готовой закуской, он облегченно вздохнул: ведь все это входило в его обязанности!

— Вот здорово! — радостно воскликнул горе-кок. — Я заработался в машинном отделении и совсем забыл про время. Давай, я это все отнесу в кают-компанию!

— Подожди! Ты ведь должен приготовить обед для капитана.

— А-а! — И он недовольно поморщился. — Слушай, а может, ты это сделаешь?

— Ну уж нет! Мы же договорились!

— Ладно, ладно! Перебрось-ка мне вон тот батон!

Кен принялся нарезать хлеб неровными ломтями, пачкая его машинным маслом с немытых рук. Потом намазал каждый ломтик маргарином, положил сверху по громадному куску сыра и втиснул все это в широкую сковородку.

— Что ты сделал? — растерянно спросила Джулия, оторопело глядя на состряпанные Кеном «бутерброды». Ее сандвичи тоже были достаточно большими, но казались игрушечными перед созданием Кена. — Ты всегда так делаешь бутерброды?

— Сейчас я очень торопился.

Он схватил банку пива, сковородку и, крикнув, что несет это капитану, выскочил из камбуза.

Тем временем закончившие вахту члены команды стали спускаться с палубы и рассаживаться за столом, уставленным тарелками с закуской, кружками, чашками с салатом и всякой приправой. Проголодавшись, они жадно навалились на еду, выражая одобрительными возгласами благодарность ее создательнице. Скоро появился и всегда опаздывающий Кен. Арне Хасс, исполнявший на корабле обязанности второго помощника, ехидно взглянул на него и сказал:

— Джулия! Будь я капитаном, то не раздумывая зачислил бы вас в команду навечно!

Трапеза продолжалась до начала следующей вахты. Потом за стол сели другие, уже отработавшие свою смену. Среди них был и Тони. Джулия опять выставила весь набор закусок. Тони, хотя и выглядел приличнее, но был до того грязен после чистки трюма, что она заставила его переодеться и вымыться перед едой. Он начал было ворчать, но умолк, получив дополнительный бутерброд.

Джулия решила, что ее миссия в камбузе завершена и пора закончить начатую уборку. Дверь каюты, где жили Тони и Стив, оказалась почему-то открытой. Проходя мимо, девушка машинально бросила взгляд внутрь и невольно остановилась. Их каюту она совсем недавно привела в порядок, и вот за какой-нибудь час все перевернуто вверх дном. Дверцы шкафчика Тони были распахнуты настежь. Грязная одежда валялась на полу, а выстиранное и выглаженное белье — на стульях и койках. Белоснежная наволочка подушки сохранила масляный отпечаток его руки. А вся обувь была разбросана по углам каюты. Все ее утренние труды пошли прахом.

Джулия долго стояла в дверях и сокрушенно вздыхала. Но представив себе весь процесс переодевания Тони, вдруг громко расхохоталась: наверное, только ему присуще за считаные минуты создать хаос в своем жилище. Почему мужчины, особенно молодые, чувствуют себя лучше, живя в грязи?

— Я думал, что вы уже убрались в этой каюте!

Девушка обернулась и увидела капитана Томаса.

Он стоял с поджатыми губами и рассматривал через ее плечо каюту.

— И правильно думали, — ответила она с негодованием. — Час назад она была в полном порядке!

— Трудно поверить! Ну что же, значит, придется убрать ее еще раз и как следует!

Бросив на девушку презрительный взгляд, капитан пошел дальше. Джулия почувствовала жгучее желание запустить чем-нибудь в его широкую спину. Потом стиснула зубы и выругалась про себя: самовлюбленный женоненавистник! Свинья! Ничего, ты меня еще узнаешь! Она кипела от злости.

Она вновь навела порядок в каюте Тони и Стива, потом убрала соседнюю, где жили Мак и Арне. Закончила она уборку и в «своей комнате», чисто вымыв каюту кока. Незаметно подошло время ужина. День пролетел быстро. Работа отвлекала от грустных мыслей, и она немного успокоилась. Кен наскоро приготовил ужин для капитана и понес его в каюту. Когда он проходил мимо, девушка глянула на предназначавшуюся Тому еду и почувствовала, как пылавшая в ее душе жажда мести сразу погасла. Разве может капитан вести себя иначе, если каждый день его кормят такой бурдой?

В свободное от вахты время моряки обычно отдыхали в кают-компании. Джулия убралась в камбузе и присоединилась к ним. Часть команды сидела за столом и играла в покер. Арне подвинулся и пригласил ее сесть рядом:

— Хотите посмотреть?

— Я бы даже поиграла. Но нет денег!

— Вы играете в покер?

Девушка улыбнулась и утвердительно кивнула:

— Когда сидишь во время шоу за сценой и ждешь своего выхода, чему только не научишься!

— Хотите, я вам одолжу?

Арне придвинул к ней кучку монет.

— Но я же не смогу отдать, если проиграю.

— А вдруг вам повезет.

Ее приняли в игру. Началась сдача карт. Джулия заметила, что они с Арне играли на шведские кроны, Пит — на австралийские доллары, а Стив и Кен пользовались английскими фунтами.

Джулия любила играть в карты. Она научилась следить за лицами игроков, иногда безошибочно определяя блефующего. Она скоро подметила, что Кен при хорошей игре потирает нос. Лицо Пита частенько выражало смущение или озадаченность. А вот на лице Арне и Стива не отражалось ничего.

Ставки были низкими. И Джулии вдруг начало необыкновенно везти, и постепенно около нее выросла солидная горка монет, с лихвой покрывавшая ее долг Арне. Однако ее это не очень занимало: она считала, что не имеет права на деньги моряков, и заранее решила раздать их в конце игры.