Джейн Донелли - На полпути к звездам

Клер Мэйси… Шине показалось, что где-то она уже слышала это имя.

– Модель, – пояснила Элейн так, будто каждый был обязан знать это имя. Но настолько известной моделью Клер Мэйси не была, хотя теперь Шина была абсолютно уверена, что лицо это прежде встречалось ей. В журнале. Возможно, что в том самом, где работала она.

Элейн вздохнула:

– Печально все это.

– Что именно?

Роб предпочел ничего ей не рассказывать, но его мать вполне была готова поделиться с ней и снова вздохнула:

– Я полагаю, виноват во всем сам Кэл. Милая девочка была очень влюблена в Кэла, да и он тоже очень любил ее.

Не стараясь больше делать вид, будто ее все это не интересует, Шина спросила:

– И что же произошло?

Элейн только пожала плечами:

– Меня не спрашивай. Понятия не имею.

Других фотографий в спальне Кэла не наблюдалось.

– Должно быть, он все еще любит ее, – предположила Шина.

– Да, любит. С тех пор он и думать забыл о других женщинах.

– Тогда, наверное, она разлюбила его?

– Я так не думаю. – Элейн покачала головой. – Я точно знаю, что у них была ссора. Полагаю, что основная проблема заключалась именно в Кэле и его гордости. Не знаю, что они там друг другу наговорили, но очень жаль, что все так вышло – девочка эта мне очень нравилась. – Элейн печально улыбнулась. – Тебе повезло, что ты влюбилась в Роба. С ним гораздо проще.

Что же именно могло стать причиной их разрыва? – задавалась вопросом Шина. Должно быть, Кэл чем-то очень обидел эту девушку. Или она причинила ему боль, но он все еще нуждался в ней…

– Так или иначе, – продолжила Элейн уже куда более бодрым голосом, – за вас с Робом я очень рада. Правда.

– Спасибо, – ответила Шина.

Элейн поцеловала ее в щеку, пожелала спокойной ночи и удачной поездки домой. Шина погасила ночник на тумбочке у кровати и легла в постель. Ее собственное счастье глубоко согревало ей душу. А на озере сейчас темно. Что за воспоминания гложут Кэла Хьюарда наедине с заветной фотографией? Шина и представить себе не могла, что ей когда-либо придется жалеть Кэла Хьюарда, но теперь ей было его по-настоящему жаль.

Клер Мэйси… нет, она ее таки помнит. Она была почти уверена, что не так давно именно у нее Барби брала интервью для страницы женской моды.

– Добро пожаловать в цивилизацию, – приветствовал ее Дэнни Манн в среду утром, проходя мимо ее стола. – Я слышал, что Старший Братец оказался тебе не по зубам.

– Кэл Хьюард, – ответила Шина, – бросил на меня один взгляд и тут же вскарабкался на ближайшую гору. До моего отъезда он так и не спустился.

– Не бери в голову, – утешал ее Дэнни, – везде и всегда выигрывать невозможно. Хочешь, на следующие выходные поедем ко мне. Мои близкие более лояльны.

– Интересное предложение, – ответила Шина. С Дэнни и большинством коллег она могла болтать о чем угодно, обмениваться любыми колкостями. Этим утром из головы ее не шла Клер Мэйси.

За завтраком она спросила Барби:

– Тебе знакома девушка по имени Клер Мэйси?

– Да, она модель, – ответила Барби. – А в чем дело?

– Одно время у нее был роман с Кэлом Хьюардом.

– Неужели? – удивилась Барби.

– Мне необходимо встретиться с Клер Мэйси.

– Зачем?

– Его мать утверждает, что Кэл все еще влюблен в нее. По какой-то причине они поссорились, и лишь самолюбие не позволяет Кэлу сделать шаг к примирению. Я хочу встретиться с этой женщиной и узнать, что чувствует она.

Барби как раз прожевывала кусок хлеба. На секунду она остановилась, затем продолжила, но уже куда медленнее, лицо приобрело угрожающее выражение.

– Ты поэтому захотела позавтракать с глазу на глаз? Хотела об этом поговорить?

Шина кивнула. Барби ответила:

– Знаешь, на твоем месте я не стала бы рыться в чужом белье. Что об этом думает Роб?

– Роб не знает, что я в курсе. Мне рассказала миссис Хьюард.

– Н-да, – озадаченно проговорила Барби. – Рекомендую тебе забыть все это. Может, и есть на свете люди, которые сказали бы спасибо за подобного рода заботу о них, но Кэл Хьюард явно не из их числа.

– Я вовсе не собираюсь ни во что вмешиваться. Мне всего лишь необходимо побеседовать с ней. В комнате у Кэла была ее фотография, следовательно, я узнаю, она это или нет.

– Можно сделать запрос относительно ее. Она и вправду хороша, – допустила Барби.

– Так ты сделаешь это?

– Ты ведь в любом случае будешь искать возможность встретиться с ней, а добрые советы тебе, я так понимаю, ни к чему?

– Разумеется.

– Ладно, уговорила, – неохотно кивнула Барби. – Но если Кэл рассердится, не говори потом, что я не предупреждала тебя.

– Клянусь. – Шина шутливо подняла руку, будто принося присягу. – А ты обещай, что никому ничего не расскажешь.

Барби взорвалась:

– Если ты считаешь, что эта идея так хороша, отчего бы тебе не посвятить в нее Роба?

Она попала в точку. Шина ответила:

– Потому что ты права. Он непременно остановил бы меня.

Клер Мэйси она узнала сразу. Было известно, что Клер участвовала в рекламе дорогих украшений, и когда Барби позвонила из отдела фотографии, сообщив, что сеанс фотосъемки в самом разгаре, Шина поняла: если она действительно хочет, чтобы разговор состоялся, – сейчас самое время.

Клер сняла с себя серебряное колье. Она была в черном, на этом фоне украшения смотрелись лучше всего.

– Привет, – сказала Шина. – Я вас знаю. Я видела вашу фотографию, когда была у Хьюардов в прошлый уик-энд.

Клер аккуратно опустила воротник. Шина тут же пожалела о своей внезапной атаке, потому что и без того белая кожа Клер Мэйси вдруг сделалась совершенно меловой, как только что окрашенная стена.

– Роб пригласил меня познакомиться со своей семьей.

Клер вздохнула с явным облегчением. Легкая улыбка тронула ее губы, и Шина продолжила:

– У Кэла ваша фотография.

– Вот как? – Казалось, Клер напрочь забыла о Барби. Фотограф не слышал их, и его совершенно не интересовала их беседа, а Барби лишь тихо пожала плечами, как бы задавая Шине немой вопрос. Ответ был очевиден – Клер Мэйси все еще испытывает глубокие чувства к Кэлу Хьюарду. На новость о том, что Кэл все еще хранит ее фотографию, она набросилась, словно голодная кошка на еду.

– У него есть домик в горах, – продолжала Шина.

– Я знаю, – ответила Клер. Конечно, она знала. Наверняка она бывала там. Если Кэл ее любил, скорее всего, возил ее туда, ибо ему это место было гораздо ближе, чем особняк у подножия горы.

– Так вот, – продолжала Шина, – именно там я вашу фотографию и видела. Я взяла ее, чтобы рассмотреть поближе, тут появился Кэл и забрал ее. Он действовал так, будто для него это нечто очень важное. И очень личное.