Сандра Фремптон - Ты у меня одна

— Я не был уверен, что вы приедете, — мягко сказал Альфредо.

Вивьен повернула голову и пристально взглянула на его красивый профиль.

— Я ведь сказала, что согласна работать в Риме.

Он едва заметно кивнул, ничего не добавляя, и она так и не поняла, что за мысли витали в его голове.

— Прекрасный выдался денек, верно? Особая удача для человека, впервые приехавшего в этот город-рай!

— Рай? То, что я вижу, — обычные улицы с обычными зданиями. — Ни в каком другом месте земного шара, кроме Нью-Йорка, ей никогда не доводилось бывать, поэтому глаза разбегались, и она не успевала ничего рассмотреть.

— Вы, наверное, не знаете, что подобный комментарий — настоящее оскорбление для того, кто родился и вырос в Риме, — заметил Росси с шутливым упреком в голосе. — Сам воздух в этом городе пропитан духом древности, вековыми тайнами и любовью, пронесенной сотнями поколений сквозь века.

Вивьен слушала внимательно, ее глаза горели.

— Чтобы прочувствовать то, о чем я говорю, необходимо побродить по старинным улицам, сохранившимся развалинам, увидеть творения великих Леонардо и Микеланджело. Тогда вы поймете, чем дышит Рим. Вы непременно должны взглянуть на Арку Тита, Фонтан Треви, Колизей… У древних римлян существовало поверие: «Пока стоит Колизей — будет стоять и Рим, а если падет Рим — падет весь мир». Рим — это живой организм, он способен мыслить, дышать. Вы понимаете, о чем я говорю?

Вивьен посмотрела на него продолжительным, изучающим взглядом, пытаясь понять, насколько он серьезен.

— Почему же тогда вы проводите так много времени на своей вилле, вдали от этого волшебного города?

— Это не так далеко. К тому же мои родители живут на северной окраине Рима, я заезжаю к ним по пути, — добродушно ответил Альфредо.

— Это место, где вы родились? — спросила Вивьен, вспоминая рассказы о его бедном детстве.

— Не совсем так. — Альфредо ловко объехал совершенно неожиданно свернувший к обочине «феррари», водитель которого увидел знакомого и захотел с ним пообщаться. К немалому удивлению Вивьен, Альфредо не выразил ни недовольства, ни злобы.

В Риме мне не стоит садиться за руль, решила она.

— Я родился на расстоянии мили от того района, где сейчас живут мои родители, — продолжил Альфредо. — Я хотел купить им загородную виллу, когда у меня появилась такая возможность, но они наотрез отказались. Старики чувствуют себя комфортно и счастливо среди старых знакомых, в привычной для них обстановке. Отец обожает играть с приятелями в шахматы, по утрам они нередко завтракают с друзьями в маленьком кафе. Единственное, что мне удалось для них сделать, — это купить новый дом с выложенной камнем дорожкой во дворе, с садом, где мама выращивает теперь цветы. В былые времена она могла пользоваться для этой цели лишь подоконником и ящиком с землей.

Он говорил о семье с искренней любовью, с теплом и радостью, и Вивьен почему-то почувствовала боль в сердце и поспешила сменить тему, как только Альфредо сделал паузу.

— Если вы хотите сразу ехать в офис, то поезжайте. Я готова приступить к работе хоть сейчас, — сказала она.

— Нет, эта идея мне совсем не нравится, — запротестовал он. — Поступим так, как договаривались: сначала завезем ваши вещи, потом позавтракаем, а после еды направимся в офис. Неужели вы считаете меня таким уж жестоким эксплуататором?

— Позавтракаем вместе с остальными сотрудниками? — невинным тоном попыталась уточнить Вивьен.

Альфредо ответил не сразу.

— Нет, я не это имел в виду.

Она нахмурила брови и хотела было спросить, что же пришло на ум ее великолепному боссу, но в этот момент он указал ей на цирк, располагавшийся слева от дороги.

Машина мчалась быстро, но Вивьен успела рассмотреть исполнявшего смешные трюки козла у ворот, двух клоунов в ярких одеждах и третьего из них, сидевшего прямо на асфальте с огромной цветастой шляпой в руках. Она вытянула шею, зачарованная веселой картиной, в ее глазах вспыхнули огоньки.

— Как только на горизонте появится полиция, эти циркачи вместе с козлом растворятся в воздухе. Они умеют это делать, — сообщил Альфредо, и на губах Вивьен заиграла улыбка. — Наконец-то мне удалось развеселить вас. Вы очень редко улыбаетесь.

Она резко повернулась к нему.

— А откуда вы можете это знать? Мы с вами едва знакомы.

— Скоро вы изменитесь, — не обращая внимания на ее вопрос, уверенно произнес Альфредо. Он говорил вежливо, но что-то было в его словах, что постоянно приводило ее в замешательство.

— Мне не терпится познакомиться с командой сотрудников отдела маркетинга, — серьезным тоном сообщила Вивьен.

Он пробормотал что-то несвязное, похожее на «черт с этой командой!», но это, пожалуй, ей только показалось. Она недоуменно уставилась на него, пытаясь понять мотивы его поведения, потом спокойно спросила:

— А где находится та квартира, в которой я буду жить?

— В десяти минутах ходьбы от офиса. А ресторан, где мы будем завтракать, расположен на соседней улице. Все очень удобно, — ответил Альфредо. — Как только поедим, сразу направимся в офис, мой маленький трудоголик.

Вивьен моргнула. Она понимала, что он просто шутил, но не знала, как реагировать на его слова. Поэтому решила, что лучше помолчать.

Машина стремительно неслась вперед, идеально вписываясь в ритм уличного движения. Молчание вскоре стало давить на нее, а мысли приняли обычный в присутствии этого мужчины ход. Джинсы плотно облегали его мускулистые длинные ноги, и она не могла не обращать на них внимания. Запах лосьона, смешиваясь с запахом его тела, казалось, наполнил ее всю, завладел каждой клеточкой ее тела, проник в мозг, кружа голову.

Вивьен жалела, что не надела более длинную юбку. Та, что была на ней, добротная и красиво облегавшая ее бедра, достигала колен, когда она стояла. Сейчас же, сидя в машине, девушке постоянно приходилось одергивать ее: шелковистая ткань, скользя по ногам, то и дело поднималась вверх.

Вивьен смущалась, краснела и наконец решила немного привстать, чтобы как следует потянуть непослушную юбку вниз и прикрыть ноги.

— Черт побери, что с вами происходит? — раздраженно воскликнул Альфредо.

Нижняя челюсть Вивьен напряглась.

— Прошу прощения?

— Вы мечетесь как на раскаленных углях, — сердито проворчал он. — Может, думаете, что я собираюсь наброситься на вас средь бела дня прямо на дороге? Каких сказок вы наслушались обо мне в Нью-Йорке, что ведете себя в моем присутствии как пугливый зверек?

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — резким, совсем не подобающим подчиненной тоном заявила Вивьен, убирая с раскрасневшихся щек сбившиеся пряди волос.