Эмма Ричмонд - Сюрприз для мужа

— Ничего, — солгала она. — А почему ты так думаешь?

Его лицо приобрело серьезное выражение.

— Ты начала объяснять, потом остановилась. Ты… — Ветер трепал его темные волосы. Задумчиво хмуря брови, Себастьен продолжал: — Между нами существует напряжение, сексуальное напряжение. — И с вымученной улыбкой добавил: — Только не отрицай этого. Может, я и утратил память, однако человек знает, когда чувства его были взаимными.

— Да, — беспомощно согласилась она. «Потому что так оно и есть на самом деле».

— Я сильно обидел тебя, однако это не меняет того факта, что мы оба стараемся преодолеть это. И даже более того. Что еще случилось, Джеллис?

Отвернувшись от него, она уставилась на море.

— Натали, — тихо сказала она.

— Натали?

— Да. Сразу после того, как я обнаружила твою записку, она пришла к моему дому. Я обнаружила ее на лестнице. Она искала тебя.

Он повернул ее к себе и посмотрел на измученное лицо молодой женщины.

— Ты знала ее? — тихо спросил он.

— Нет.

— Продолжай.

— Она была очаровательна и совсем потеряла рассудок. Она сказала, что ей очень жаль беспокоить меня, однако она запамятовала, какая квартира твоя. Она сказала, что ты… должен был встретиться с ней, но не пришел. Сказала, что ты попросил ее выйти за тебя замуж, — с болью закончила она.

— А я в то время встречался с тобой? И жил с тобой? — откровенно спросил он.

— Да. И в то же время с ней, все лето, и вы были любовниками. — Глядя ему в глаза, она заметила, что он потрясен.

— Боже мой, — прошептал он. — Что же я был за человек?!

— Не знаю. Но хотела бы узнать.

— А почему ты не говорила мне об этом раньше?

— Потому что не думала, что от этого будет толк. Потому что тебе и без того было о чем беспокоиться. — «И потому, что я ревновала и ненавидела ее». — Я могу сказать, что ты не встретился с ней только из-за того, что уехал в Южную Америку.

— И потерял память.

— Да. — Зрачки у нее расширились, и она сбивчиво прошептала: — Ты думаешь, мне легче, чем тебе? Ты потерял память, а я… — Джеллис умолкла, у нее не было сил продолжать дальше. Затем она еле слышно пробормотала: — Я уезжаю домой.

Она торопливо поднялась по ступенькам. Себастьен схватил ее за косу у шеи, и она изумленно вскрикнула.

— Что с тобой? — спросил он и развернул ее лицом к себе, не выпуская косу из рук.

— Вот так ты… всегда…

— Что?

— Держал меня, — еле выговорила она. — Ты всегда так держал меня. Ты хватался за мои волосы, как за якорь. — Глядя прямо ему в глаза, она пыталась рассмотреть в них хотя бы искорку того, прежнего человека. — О, Себастьен! — закричала она. — Я больше не выдержу. Я не могу! — Она покачнулась и прижалась лбом к его плечу, крепко вцепившись пальцами в его свитер. А он обнял ее, и они стояли голова к голове.

— А ты думаешь, мне легко? — тихо спросил он, мрачно глядя на нее. — Ты ей сказала, кто ты?

— Нет, в тот раз нет. Я словно онемела. — «Я не верила своим глазам. Представляла, как они ласкают друг друга. Как Натали проделывает с ним то же самое, что и я. С ним…» Джеллис содрогнулась, отгоняя от себя видение, и прошептала: — Она вернулась через неделю. Видимо, наводила справки, потому что в этот раз все знала.

— Понятно. А где она сейчас? Эта Натали?

— Я не знаю, — глухо прошептала Джеллис. — Я ничего не знаю о ней, кроме того, что видела. Элегантная блондинка, француженка. — «Он с нами обеими обошелся плохо, значит, должна же быть какая-то связь. Однако ее нет. Он ненавидит эту другую женщину».

— А ты с ней никак не связалась? Не сказала ей, что нашла меня?

— Нет. — «Он не спросил, почему. Наверное, ему это просто не нужно». — Она живет в Провансе, — безразлично произнесла Джеллис. — Адреса ее я не знаю, только номер телефона. Я даже не знаю, для чего его сохранила. Я дам его тебе, когда мы вернемся.

— Спасибо. Сегодня утром я разговаривал со своим адвокатом, — без всякой связи добавил он. — Я попросил его рассказать мне, каким был.

Джеллис посмотрела ему в лицо.

— Ну и?..

— Его описание не совпадает с твоим.

— Понятно.

— Ты говорила, что я был добрым.

— Да.

— Жерар сказал, что я был безжалостным.

— В самом деле?

— Да. Похоже, он прав, да?

— Не знаю. Со мной ты никогда не был жестоким.

— А с остальными?

— Понятия не имею. Ты мог быть высокомерным, безразличным… — Из-за близости его теплого тела, прижатого к ней теплого бедра ей было трудно думать, говорить… «Если я чуть-чуть разведу свои бедра, он прижмется ко мне».

— Я ни о ком не заботился?

— Что? О, нет… более того… — Она заставила себя сосредоточиться, чтобы как-нибудь объяснить ему. — Ты никогда не выкладывался для того, кто тебе не нравился.

— А разве другие не поступают так же?

— Да. Ты мог быть резким… О, это так трудно объяснить! Ты всегда был богатым, и это придавало тебе определенную уверенность в себе. Если тебя что-то интересовало, ты загорался. Но если нет, то оставался равнодушным.

— Но не к тебе.

— Да.

Посмотрев ей в лицо, он быстро отвел взгляд, а когда снова заговорил, то голос его зазвучал более глухо.

— Это я предложил жить вместе?

Джеллис невесело засмеялась.

— А ты думал, что я заставила тебя? Или шантажировала?

— Нет, — возразил он. — Просто я пытался выяснить, удивилась ли ты. Я хочу сказать, просил ли я тебя об этом.

— Нет, — подтвердила она. — Я не удивилась. Если бы ты попросил меня полететь с тобой на Луну, я бы решилась. Разве это так важно?

— Не знаю. — Он посмотрел мимо нее, на прелестный городишко, отчаянно стараясь не замечать ее близости. — Не знаю, — с усилием повторил он.

— А Жерар сказал тебе что-нибудь еще? — осторожно спросила она.

— Нет, кроме того, что он не знал, что я ездил в Южную Америку. Или почему я туда отправился. И не делай этого. Господи, не делай этого.

— Чего? — озадаченно спросила Джеллис.

— Ты все время гладишь меня рукой по груди, — сдавленно произнес он.

Джеллис в ужасе убрала руку и прижала ее к себе.

— Прости. — Отодвинувшись от него, она вцепилась в каменную перекладину.

Себастьен заставил себя спрятать руки в карманы и мрачно улыбнулся.

— Я был волокитой, Джеллис? Дамским угодником? Или мошенником? Не слишком-то милый образ, не правда ли?

— Нет, но… Это так похоже на правду!

— Неплохая игра? — гулко расхохотавшись, сказал Себастьен.

— Да нет же, нет, — она упрямо смотрела вперед.

— Я говорил тебе, что люблю тебя?

— Да. Да! — повторила она.

— Часто?

— Да. Мы были так счастливы!