Алчный - Рианна Бервелл

как она выгибает спину, приподнимаясь с кровати, оргазм захватывает и ее тоже. Мы оба растворяемся в удовольствии, желая стать свидетелями оргазмов друг друга, но слишком поглощены своими собственными, чтобы обращать внимание на что-либо, кроме обжигающего блаженства, пронизывающего нас.

Мы медленно спускаемся, и вся ночь кажется мне гребаным эротическим сном. Я потный, липкий и совершенно измотанный. Я опускаюсь рядом с ней, мгновенно заключая ее в объятия, нуждаясь в том, чтобы быть рядом с ней. Ее голова ложится мне на грудь, и мы просто дышим вместе в течение секунды, оба пытаемся отдышаться, обоим, похоже, нужна секунда, чтобы просто существовать в настоящем моменте.

— Что ж, это было лучше, чем я думала, — говорит она на выдохе, все еще тяжело дыша, моя сперма, вероятно, вытекает из ее влагалища, от этой мысли мой член снова становится твердым. Я отгоняю эту мысль, желая привести Оливию в порядок больше, чем хочу еще один раунд.

— Да, я бы так и сказал, — отвечаю я со смехом, глядя на нее сверху вниз, и легкая улыбка появляется на наших лицах. Такое чувство, что нам даже не нужно разговаривать, что мы оба уже знаем, к чему это приведет, что сегодня вечером это не закончится, но я все еще хочу услышать эти слова, все еще хочу заверений в том, что это было не на одну ночь, потому что я начинаю понимать, что для меня это никогда не было делом на одну ночь.

— Тем не менее, я имел в виду то, что сказал. Я не собираюсь отказываться от этого, не тогда, когда я думал об этом так чертовски долго, — говорю я низким, немного неуверенным голосом. Мое сердце все еще учащенно бьется в груди от напряжения, и я сосредотачиваюсь на нем, пока жду ее ответа, не желая сталкиваться с тем, как внутри меня шевелятся нервы при мысли, что она не чувствует того же, что и я. Может быть, мне следовало быть умнее и подождать, пока я не позволю себе влюбиться в нее, пока не узнаю, что она чувствует то же самое, но мне было все равно. Я хотел ее так чертовски долго, что нырнул с головой, слишком отчаявшись оценить время, которое мы провели вместе, чтобы беспокоиться о том, чтобы сдерживать себя.

— Хорошо, — говорит она тихим голосом, но я все еще слышу в нем улыбку, подтверждение того, что она чувствует то же самое, что я не схожу с ума. Я притягиваю ее ближе к себе, зная, что нам обоим нужно немного поспать, если мы хотим приступить к остальным делам, которые я запланировал для нас сегодня вечером. — Нам все равно нужно трахнуться во всей квартире, — шутит она, глядя на меня с улыбкой и небольшим обещанием.

— Я собираюсь трахать тебя на каждом дюйме этого мира, жадная девчонка, — бормочу я, чувствуя, как ее голова снова прижимается к моей груди, комфорт от ее близости достаточен, чтобы мои глаза начали слипаться, сон одолевает меня, но вместо того, чтобы засыпать с мыслями о женщине, которой я не могу обладать, я засыпаю с ней в объятиях, наконец-то чертовски довольный.

ЭПИЛОГ

ОЛИВИЯ

Я не самый большой любитель сюрпризов, поэтому, когда Джекс сказал мне, что у него есть для меня сюрприз сегодня вечером, сначала это наполнило меня беспокойством, я не знала, что он может преподнести мне. Он сказал мне, что в этом нет ничего плохого, и что я получу удовольствие, но я весь день отгоняла свое беспокойство, и ничего не получалось. Вместо этого в моей голове прокручивались разные сценарии, пытаясь точно понять, что произойдет сегодня вечером.

Мы встречаемся уже несколько месяцев, и это был гребаный сон. Я думала, у меня все было хорошо с Грегом, но с Джаксом все как будто встает на свои места, как будто я именно там, где и должна быть, как будто он — то, чего не хватало в моей жизни так чертовски долго. Это звучит чертовски банально, и я даже не могу поверить, что говорю такое, но это правда.

Грег пытался поговорить со мной несколько раз с тех пор, как узнал, что мы начали встречаться, и всегда это были какие-то слабые попытки вернуть меня. Но дело в том, что я знаю, что ему просто не нравится, что я с Джаксом. На самом деле он не хочет меня, потому что, если бы хотел, то, во-первых, не изменил бы мне, и я вероятно, все еще была бы с ним, принимая десятую часть того счастья, которое получаю сейчас.

Мне неприятно это говорить, но быть обманутой, наверное, было лучшим, что когда-либо случалось со мной. Это привело меня сюда, к стремительным шагам в моей жизни, к тому, чтобы просить о том, чего я хочу, и на самом деле, черт возьми, получать это.

Я подъезжаю к салону, меня охватывает беспокойство, я пытаюсь понять, что, черт возьми, Джакс запланировал для меня, особенно когда я точно знаю, что салон только что закрылся. Весь свет выключен, за исключением нескольких аварийных огней, оставляющих ровно столько света, чтобы я убедила себя выйти из машины.

Мгновенно Джакс выходит через парадную дверь, глядя на меня с лукавой улыбкой, и это не должно меня успокаивать. Это должно было бы заставить меня чувствовать себя еще более неловко, но этого не происходит. Я доверяю ему, и я знаю, что он не сделал бы ничего, что могло бы причинить мне боль. Возможно, он доводит меня до сердечного приступа своими сюрпризами, но я знаю, что все будет хорошо.

Поэтому, когда он снимает повязку с глаз, я принимаю это, надеваю ее на глаза, полностью доверяя своему парню, потому что, наверное, я сошла с ума.

Я чувствую, как мое сердце бешено колотится в груди, но я отталкиваю его, отчаянно желая знать, что мой парень запланировал для меня, надеясь и, черт возьми, молясь, чтобы это было что-то сексуальное. Он ведет меня в салон, мягко разговаривая со мной и направляя в нужном направлении, положив руку мне на спину. Я притворяюсь, что его мягкие слова, его указания относительно того, куда я должна идти, не заводят меня, и просто продолжаю двигаться вперед, прислушиваясь к каждому его слову.

Мы идем через салон, пока я пытаюсь понять, куда черт возьми, мы направляемся. Я знаю, что мы направляемся не к его креслу. Я знаю, что мы направляемся не в заднюю часть. Мне