Забытый секрет - Барб Хэн

данного самому себе. Все выяснить и добиться справедливости, которую заслужила его мать…

Его отец заново открыл дело и погиб. Если у Блейка появится маленький ребенок, имеет ли он право рисковать, чтобы узнать правду?

Он подумал о братьях, которые обзавелись женами и детьми. Возможно, он ханжа, но он велит им закрыть расследование, если решит, что так будет лучше. У каждого О'Коннора свой крест, когда речь идет о чувстве ответственности или желании узнать правду.

Алиса закончила разговаривать, и Блейк повернулся к ней.

— Сестра сказала, что все хорошо, если нет кровотечения. Я действительно пропустила прием и не перезвонила, поэтому они ждут меня завтра. Они волновались за меня. Я не знала, что им сказать, поэтому снова заговорила о схватках. — Она пожала плечами.

— На какое время тебя записали?

Ему нужно организовать для них сопровождение. Хьюстон — большой город с высоким уровнем преступности, поэтому он попросит об одолжении одного-двух сослуживцев, у которых завтра выходной. Если похитители каким-то образом связаны с приемной ее врача, она, возможно, попадет прямо в их лапы. Ее фирма — другое дело. Туда можно не ездить, пока не подвернется удобный случай.

— В одиннадцать.

— Значит, сначала дождемся, пока Лиз заедет на работу и, может, что-то выяснит. Сегодня мы не поедем к тебе на работу. По-моему, тебе лучше всего остаться здесь и полежать, задрав ноги вверх. — Я как раз собиралась предложить то же самое, — досадливо вздохнула она.

— Терпение помогает выиграть сражение, — нравоучительно заметил он.

— Досадно, когда тебя в чем-то ограничивают. Не пойми меня неправильно, дождаться не могу, когда познакомлюсь с малышкой.

— Я тебя понимаю. Ты замечательно заботишься о… ней. Теперь ты не одна, и, даже если тебе кажется, что ты ничего не делаешь, следствие движется вперед. Тебе придется довериться другим.

— Ничего. Я все заслужила.

— Нет, — шумно выдохнул он. — Не заслужила. Хотя он не мог назвать ни одной причины, по которой она могла скрывать от него беременность, наверняка что-то ей помешало.

— И все же можно задать тебе один вопрос?

— Да. Правда, не уверена, что знаю ответ на него. — Она скрестила ладони на животе.

— Ты узнала о ребенке до того, как ушла?

— Тут я могу ответить со всей определенностью: нет. Я узнала о беременности потом. В этом я совершенно уверена.

— Ты собиралась мне рассказать?

— Не знаю! Не помню! — Она пожала плечами. — Знал бы ты, как это раздражает! Поскольку разговор зашел в тупик, он замолчал. В самом деле, какая разница?

Блейк понимал, что будет заниматься ребенком, особенно если окажется, что отец — он.

Посмотрев на часы, он решил, что ей будет удобнее в кровати.

— Спать хочешь?

— Наверное, это звучит безумно, ведь я уже принимала душ, когда пришла к тебе, но… я бы не отказалась снова помыться. Еще один душ покажется мне райским блаженством. — Она всегда принимала душ перед тем, как лечь спать.

— Тебе помочь? — Он понял, как двусмысленно звучит его предложение, как только слова слетели с его губ. — Не пойми меня неправильно. Я имею в виду — тебе нужно помочь подняться наверх?

— Сейчас я готова принять любую помощь.

— Надеюсь, ты понимаешь, что я буду во всем участвовать. Не собираюсь устраняться от воспитания дочери, допускать, чтобы ты растила ребенка одна. — Он решил сразу заявить о своих намерениях.

— Хочешь услышать кое-что странное? Твои слова меня почему-то встревожили. Как будто за ними кроется что-то плохое. — Алиса с трудом встала. — Представь, какая нелепость! Отец ребенка рядом — тем более такой хороший и порядочный, как ты… я должна радоваться! А твои слова сейчас буквально вызывают у меня паническую атаку.

Значит ли это, что ребенок не его?

Озадаченное выражение лица Блейка отражало то, что происходило в голове Алисы. Она нисколько не сомневалась в том, что он — отец ее ребенка.

— Ты боишься меня? Боишься, что я отберу у тебя ребенка? — На данном этапе это очень важный вопрос. И ответа на него она не знала.

— Нет, мне так не кажется. Разве мы с тобой ссорились перед тем, как я ушла?

— Нет. — Он протянул ей руку, она оперлась о нее, и они медленно пошли к лестнице.

— Как мы жили? Расскажи. Может быть, это поможет мне все вспомнить. Мы с тобой были счастливы?

— Нет, — уныло ответил Блейк. — Я думал, что у нас все нормально. Ты сильно изменилась после смерти своего отца.

— Я знаю, что он умер от воспаления легких, но долго ли он болел до того? Известно ли, с чего все началось? — Алиса в самом деле не могла вспомнить. — Он заболел внезапно.

— Больше ничего? Никаких подозрительных обстоятельств? — Если учесть, что ее похитили, вопрос вполне закономерный.

— Ни о чем подобном ты мне не рассказывала. Следствия не открывали. Ничто не указывало на подозрительные обстоятельства. Твой отец заболел и умер от пневмонии в больнице.

— Что-то знакомое… — Алиса помолчала, а потом сменила тему: — Ты сказал, что мы с тобой не были счастливы…

— Мы отдалились друг от друга. Я думал, что у нас все нормально и после того, как ты уладишь дела отца и поможешь матери, все станет по-прежнему. — В его глазах было столько искренности, а в голосе — столько грусти!

— Но ничего не стало по-прежнему.

— Да. — Блейк покачал головой. — Я должен был с тобой поговорить.

— Не нужно обвинять себя в разрыве наших отношений. Судя по всему, я все сделала сама.

— Алиса, я долго позволял себе в это верить. Но теперь понимаю, что сам во многом виноват. Значит, я недостаточно старался убедить тебя в том, насколько ты важна для меня.

— Блейк, возможно, я все равно ушла бы, — ответила Алиса, хотя не могла это себе представить, не говоря уже о том, что ее муж мог затеять настоящую ссору.

— Верно. Но тогда меня не мучили бы многочисленные предположения «что было бы, если бы…» — Возможно, все окончилось бы точно так же.

— Но я не испытывал бы такого сожаления. Сейчас мне кажется, что я унесу его с собой в могилу.

Его слова стали для нее словно удар ножа.

— Жаль, не получается убедить тебя в том, что все произошло не по твоей вине. Я помню одно: ты был замечательным мужем. Очнувшись в трейлере, я не могла дождаться, когда вернусь домой, к тебе.

— Возможно, ты заговоришь по-другому после того, как к тебе вернется память.

Невозможно правильно ответить на такие слова. Алисе хотелось возразить, но она смолчала. А если он прав? По непонятным пока причинам Алиса