Энн Хэмпсон - Остров радужных надежд

— Точно. Я не прочь поселиться здесь, когда уйду на пенсию. Но это случится только через несколько лет, если, конечно, Джеймс не будет возражать.

Они подошли к двери, и Пенни немного посторонилась, чтобы пропустить Нору вперед, но, услышав последнюю фразу, застыла на месте.

— Вы сделаете, как скажет папа? Я имею в виду, если он попросит, вы уйдете на пенсию?

— Жена должна по возможности угождать мужу, — серьезно ответила Нора. — И я оставлю работу, если Джеймс попросит.

Проснувшись утром, Пенни поспешила к бассейну, чтобы окунуться в приятную прохладу воды. Макс уже поджидал ее. Девушка присела на бортик и стала снимать сандалии. Макс подошел, потянулся и опустился рядом.

— Значит, вы решили сами добровольно покаяться? — без лишних вступлений начал он своим бархатистым голосом, в котором, однако, слышались резкие, неприятные нотки.

— Да, я решила сама все рассказать Норе. — Услышав, что Пенни назвала его мать по имени, Макс бросил на девушку гневный взгляд. Но Пенни не обратила на это внимания. — Я побоялась, что вы неправильно все объясните и представите меня каким-нибудь извергом.

Как ни в чем не бывало, она медленно снимала сандалии. Макс внимательно наблюдал за ней.

— Хотели подстраховаться, да?

— Нора твердо решила выйти за моего отца. — Пенни намеренно направила разговор в наиболее опасное, по ее мнению, русло. — Глупо, но я не на шутку испугалась, что вы действительно можете как-то помешать их свадьбе.

Девушка в задумчивости положила сандалию на землю и, наконец, как бы нехотя, вопросительно глядя на Макса, кивнула в сторону воды. Тот не шелохнулся.

— Если память мне не изменяет, я уже говорил вам, что мама считается с моим мнением и никогда не выйдет замуж без моего разрешения.

— Вы сказали «разрешения»? Я не ослышалась?

— Если хотите — одобрения.

— Да? И какая разница?

— Может быть, небольшая, но все же… — Его внимание привлекла изумрудно-зеленая ящерица, которая вынырнула из травы и застыла прямо у ног Пенни. Через мгновение она, сверкнув молнией, метнулась вверх по стволу дерева и схватила разноцветного мотылька.

— О нет… — Пенни инстинктивно бросилась к дереву, словно хотела спасти несчастную бабочку. Но ящерица уже вовсю работала проворными челюстями. В красивых глазах Пенни отразилась скорбь. Она повернулась к Максу: — Просто ужасно! Такая красивая бабочка!

Макс грациозно поднялся на ноги.

— Ящерицам тоже надо жить, — не совсем уверенным тоном заявил он.

Пенни возмущенно воскликнула:

— Неужели вам все равно? Такая красивая бабочка!

— Моя дорогая, если так переживать из-за каждого пустяка, уж лучше сразу лечь в могилу. Такое происходит сплошь и рядом. Такова жизнь.

— Почему, чтобы выжить, обязательно надо кого-то убивать… — бормотала девушка, наблюдая за ящерицей, которая грелась на солнце, развалившись на корнях дерева. Какое изящное существо, нахмурившись, размышляла Пенни. — Ее, наверное, тоже кто-нибудь съест, — задумчиво произнесла она. — Какая-нибудь змея…

— Ну вот, теперь тебе жаль ящерицу. — Макс едва сдерживал улыбку. — Не волнуйся, доминиканские змеи их не едят.

Он нырнул в воду, и вскоре Пенни последовала за ним.

Ласковая вода рождала в душе необыкновенное чувство умиротворения. Если бы не ящерица, они опять начали бы препираться друг с другом. А сейчас Макс был само дружелюбие. И даже довольно улыбался.

Неожиданно вынырнув рядом, Макс насмешливо крикнул:

— Слабо наперегонки до того берега?

— Вы сильнее. Мне нужна фора, — запротестовала Пенни.

— Да-да. Давай начинай, а потом крикни, когда достаточно отплывешь.

Бассейн был неправильной формы, и Пенни, отплыв недалеко, крикнула через плечо:

— А что вы имели в виду под тем берегом?

— Вон, где огромные цветы…

— Понятно. Догоняйте! — только и успела крикнуть она, как Макс оказался рядом. Он специально замедлил ход, и они достигли берега одновременно.

— Давай немного отдохнем, — предложил он, выходя из воды.

Молодые люди уселись рядом. Пенни стало как-то не по себе. Странная ситуация: природа, казалось, делала все, чтобы создать романтическую атмосферу. Прозрачное, серебристое зеркало бассейна в уютных тропических зарослях, чистое лазурное небо, словно припудренное легкой дымкой, — признак ясного солнечного дня. Изобилие всевозможных цветов, наполняющих воздух пьянящими ароматами. И Макс, соблюдающий условия временного перемирия…

Окончательно смутившись, Пенни дернулась, будто собираясь подняться, но Макс сразу спросил:

— Вам нравится на острове?

Впервые он проявил интерес к ее персоне. Не задумываясь, Пенни ответила:

— Просто сказочное место.

— Я спрашиваю не о месте, а о людях.

— В общем, мне здесь очень нравится. — Грустные нотки все же прозвучали в ее словах.

Макс резко повернулся и пристально посмотрел на девушку:

— Хуже, чем вы ожидали?

Пенни не ответила. Только покачала головой. Да и как она могла признаться, что он и только он не оправдал ее ожиданий? Будто прочитав мысли девушки, Макс улыбнулся:

— Помнишь, вчера ты сказала, будто хотела, чтобы я относился к тебе как к сестре? Расскажи, Пенни, каким ты меня представляла?

— Ты назвал меня по имени… — чуть дыша, прошептала девушка. Она не верила ни ушам, ни глазам. С Максом что-то определенно происходило. Это был совсем не тот надутый, самоуверенный ханжа. Может быть, природа так действовала на него?

— Уппс… Оговорился! Извиняюсь!

— Нет, пожалуйста! — вырвалось у взволнованной Пенни. — Я была бы счастлива, если бы ты называл меня так все время. — Она чувствовала, что краснеет, но все равно продолжала неотрывно смотреть ему в глаза.

Хотя Макс ничего не ответил на столь искреннюю просьбу, странный восторг читался в его глазах. Затем он скользнул взглядом по волосам, плечам, груди, длинным стройным ножкам…

— Я спросил, как ты меня себе представляла, — вдруг рассмеялся он, — но вижу, ты все равно не ответишь честно, поскольку я, по всей видимости, не оправдал твоих надежд.

— Хотите честно? Ну хорошо! — вызывающе выпрямилась Пенни. — Я думала, что вы похожи на Нору, такой же дружелюбный, добрый…

— И такой же мягкосердечный? Да? Понятно, почему ты разочаровалась. Слава богу, что я в отца!

— Но ваша мать — прекрасная женщина!

— Она очень доверчивая! Ее ничего не стоит одурачить!

— Опять начинаете?

Макс сразу притих, а Пенни разъяренно продолжала: — Отец любит ее по-настоящему, и Нора прекрасно это знает. Они точно будут очень счастливы.