Мелисса Андерсон - Урок для Казановы

Он посмотрел на нее умоляюще.

— Пойдем со мной наверх, на виллу, Джесси, — попросил он. — Ведь это глупо — сидеть здесь и позволять другим веселиться.

Джессика удивилась, потому что в последнее время Грег часто приходил к ней, когда ему надоедали вечеринки в его доме, но ничего не сказала.

— Хорошо, — согласилась она, — я только быстро отнесу посуду в дом.

Пятью минутами позже они уже поднимались к вилле. Кусканакс был посажен на цепь, дабы не побежал вслед за ними. На въезде было припарковано удивительно мало автомобилей.

— Меньше гостей, чем я думала, — заметила Джессика, когда они шли по дорожке, уложенной плиткой, к входу.

— Кажется, большинство уже отбыло. Но меня это совсем не огорчает.

Они вошли в фойе виллы и сквозь арку прошли в гостиную. Взгляды собравшихся гостей с некоторым удивлением обратились к Джессике, которая в своих джинсах и простой рубашке совсем не соответствовала обстановке. Те, кто уже был знаком с Джессикой, поздоровались с ней сдержанно, а другие — с фамильярностью выпивших. Довольно пьяный молодой человек в черном кожаном костюме приветливо спросил ее, не пришла ли она прямо из коровника? Несколько человек расхохотались.

— Нет, я из хлева для коз, — поправила Джессика и зло улыбнулась. — А сейчас я продолжу работу и уберу навоз в этом хлеву.

Она начала собирать грязную посуду, пустые банки из-под воды и пива и пепельницы. Она считала, что это действительно похоже на свиной хлев. Самое время, чтобы Грегори взял себе экономку.

— Эй, Грег, тебе это нравится? — спросил женский голос из другого угла комнаты.

— Ты не переутомишься, девушка? — проворчала другая. — Оставь в покое это барахло, оно утрамбуется.

— Ты специально притащил ее, чтобы она испортила настроение? — спросил, шатаясь, некто с наполненным вином стаканом в руке.

Грегори успокаивающе поднял руку.

— Ребята, успокойтесь. Вы уже повеселились, но, к сожалению, вечеринка закончилась. Я еще должен работать, а Джесси мне поможет убраться. — Он очаровательно улыбнулся, обращаясь ко всей компании. — Не сердитесь на меня. Я вам позвоню, когда снова захочу устроить праздник. Но в ближайшее время этого не будет.

Грегори распрощался со своими гостями и нашел для каждого приятные слова. Наконец дом опустел.

— Все произошло быстрее, чем я думал, — сказал Грегори, улыбнувшись Джессике, и подошел к ней. — Спасибо за твою энергичную поддержку.

— Не стоит благодарности, — ответила она. — Но теперь от тебя зависит, будет ли все продолжаться в доме по-прежнему или нет.

— Я последую твоему совету, любимая. Но теперь оставь пылесос и выпей глоток со мной, хорошо?

— Дай мне сначала здесь закончить, — возразила Джессика. — Потом я переоденусь, а после этого мы можем приятно посидеть вместе.

— Чепуха! Ты в любом костюме выглядишь ослепительно прекрасной, поверь мне, — заверил ее Грегори, обнимая и нежно покусывая ей ухо. — Пойдем, мы выпьем эту бутылку белого вина в моей комнате наверху.

Когда Грегори был нежен, Джессика не могла ему сопротивляться. Охотно, с бьющимся сердцем позволила она ему отнести себя наверх по лестнице. Она любила его и желала. И была бесконечно счастлива, что Грегори отказался от своей жизни плейбоя и занялся работой серьезно и целеустремленно. Естественно, ему приходилось иметь дело с красивыми женщинами, но это, в конце концов, было его профессией.

Когда позже они лежали в широкой кровати Грегори, всецело отдаваясь возбуждающей любовной игре, Грегори опять вспомнил о письме. Нет, сейчас он не мог рассказать Джессике о Мэнди. Он не мог рисковать и испортить вечер. Может быть, потом…

5

Звонок телефона прервал сладкие сны Джессики. Еще не совсем проснувшись, она попыталась нащупать трубку, и наконец ей удалось приложить ее к уху.

— Алло? — Она зевнула.

Послышался тихий смех.

— Доброе утро, мой ангел, — поздоровался Грегори. — Боюсь, что в будущем мы должны несколько сократить наши ночи любви.

— Почему же это?

Грегори снова засмеялся.

— Потому что ты по утрам больше не высыпаешься и не вылезаешь из постели. Ты уже покормила свой зоопарк?

Джессика бросила взгляд на часы. Половина девятого.

— О-о-о… ты прав, Грег. Я действительно должна вставать. — Она снова зевнула. — Но больше не угрожай мне такими ужасными вещами, слышишь.

— Какими ужасными вещами? — спросил он невинно.

— Что ты хочешь сократить наши ночи любви. С завтрашнего дня я снова буду вставать в шесть.

— Не смеши меня.

— Увидишь. А как это вообще случилось, что ты уже встал?

— Я уже поработал, — объявил Грегори, как будто это было в порядке вещей. — И знаешь, фотографии получились потрясающие. Они тебе понравятся.

— Неужели ты их уже сделал?

— Естественно. Я же сказал, что уже поработал. А что, если мы сегодня вместе пообедаем, моя любимая? Тогда ты сможешь посмотреть фотографии.

Джессика вздохнула.

— Но уже так поздно, а будет еще позднее, когда я сяду за пишущую машинку, сегодня я не смогу себе позволить обеденный перерыв. Грег, для меня было бы действительно лучше, если бы я смогла поработать без помех. Зато мы можем чудесно вместе поужинать. Хорошо?

— Как? Ты хочешь заставить меня ждать так долго, пока я снова тебя увижу? — запротестовал Грег с наигранным отчаянием.

Джессика засмеялась тихо и соблазнительно.

— Тем прекраснее будет потом, мое сокровище.

— Гм… Это действительно неплохая перспектива. Хорошо, тогда я оставлю тебя в покое до вечера. Сэкономь себе время для работы на обеде, я принесу с собой что-нибудь поесть.

— Прекрасно, Грег. Жду с нетерпением.

— Тогда до вечера, любимая, и не работай слишком много.

Улыбаясь, Джессика положила телефонную трубку. Прежде, чем встать, она еще раз с удовольствием потянулась и вызвала в памяти теплый, оживленный голос Грегори. Прекрасно, если тебя будят утром таким образом. Но теперь она должна заставить себя сдвинуться с места и встать. Астерикс и его гарем ждут корма, и другие животные также. К тому же надо было подоить Лилли.

Принимая душ и одеваясь, Джессика думала о Грегори и о тех снимках, которые он сделал вчера вечером. Он фотографировал, главным образом, ее, коттедж, зверей, то, как она скачет на Аннабеле и сидит при заходе солнца на балюстраде. Джессика предвкушала удовольствие от этих фотографий. Учитывая талант Грегори, она не сомневалась, что они будут потрясающие. Но пока ей предстоял день, наполненный трудами.

Грегори с тоской смотрел вниз, на коттедж. Настало время обеда, и лучше всего было бы спуститься к Джессике, принести ей ленч, а потом… Он не мог позволить себе думать о том, как страстно они вчера любили друг друга на берегу озера, иначе не выдержит один до вечера. Но он обещал Джессике не мешать ей в работе. Он сам знал, как это бывает, когда в самый неподходящий момент тебя прерывают. Итак, он должен был удовлетвориться только ее фотографиями, которые вчера сделал и которые получились на самом высоком уровне.