Маргарет Мур - Двенадцатый день Рождества

– Да прямо от самого сэра Майлса Бакстона, – торжественно объявил Мэттью. При упоминании имени молодого дворянина улыбки Марты и ее дочери стали еще шире. – А он сейчас тут, миледи?

– Да, сэр Майлс гостит в нашем замке, – непринужденно кивнула Жизель. – А кстати, откуда вы его знаете? Да еще настолько хорошо, что он счел нужным поделиться с вами своими планами?

– О, мы много раз играли для него, миледи! – с воодушевлением воскликнул актер. – И должен сказать, что сэр Майлс – прекрасный человек, щедрый, отзывчивый, необыкновенно добрый и с изумительным чувством юмора – для дворянина, разумеется, – уточнил он.

Добрый? Отзывчивый? С чувством юмора? Что-то за время общения с сэром Майлсом Жизель не заметила в нем подобных добродетелей. Или не захотела заметить?..

– Да-да! – с жаром вторила актеру жена, которой женское чутье подсказало, что Жизель усомнилась в правомерности эпитетов, данных сэру Майлсу ее мужем. – Поверьте, как бы сэр Майлс ни старался напускать на себя вельможный вид, когда мы играли в Бакстон-холле, он привечал нас с любезностью и благосклонностью, да и платил нам щедрой рукой.

Жизель с трудом могла представить, как сэр Майлс может быть любезным с людьми низшего сословия. Впрочем, обсуждать его достоинства – будь они мнимыми или истинными – она не имела ни малейшего желания, а потому быстро произнесла:

– Не сомневайтесь, сэр Уилфрид тоже не поскупится. Перед представлением вы можете откушать с нами в главном зале.

Комедианты обменялись радостными взглядами.

– О, миледи, мы знали, что встретим здесь радушный прием, не правда ли, Марта? – Мэттью приложил руку к груди и отвесил галантный поклон. – То, что вы пригласили нас на праздничную трапезу, нам очень и очень приятно. Без сомнения, нас ждут самые изысканные блюда, а кроме того, у нас будет хорошая возможность понаблюдать за благородными господами, чтобы выбрать самую удачную пантомиму и получше развлечь ваших гостей.

Внезапно до Жизель дошло, что остальные актеры перестали внимать своему вожаку и теперь внимательно смотрят куда-то через ее плечо. Девушка обернулась и увидела сэра Майлса, одетого в охотничьи доспехи, поверх которых был небрежно наброшен широкий плащ.

От неотразимой красоты славного рыцаря кровь ускорила свой бег по ее жилам.

Вся труппа молчаливо наблюдала, как конюхи подвели к сэру Майлсу его вороного жеребца – такого великолепного животного Жизель еще никогда не видела, – как вскочил он на скакуна и как направил его к воротам едва заметным движением шпор. Кавалькада остальных всадников двинулась следом.

Вот и отлично, невольно подумала Жизель, охотничьи трофеи пополнят содержимое порядочно опустошенных погребов. К тому же большую часть дня сэр Майлс не будет угнетать ее своим присутствием…

Жизель снова повернулась к актерам и неожиданно для себя самой выпалила:

– Знаете, Мэттью, я бы с радостью посмотрела сегодня, как вы представите сэра Майлса!

Предводитель труппы обменялся с женой понимающими взглядами, а Жизель сделала вид, что не заметила их широких улыбок. Пусть думают что хотят, но ей доставит удовольствие, если Мэттью удастся высмеять гордеца Бакстона.

– С превеликим удовольствием, миледи! – воскликнул Мэттью. – Какую пантомиму вы предпочитаете увидеть? Как сэр Майлс побеждает ужасного дракона?

– Предоставляю выбор вам. На ночь вы можете расположиться в задних покоях, а сейчас не угодно ли немного подождать, пока я распоряжусь, чтобы кто-нибудь из слуг проводил вас в комнаты?

– Конечно! Нижайше вас благодарим, миледи. Уверяю, мы не пожалеем сил, чтобы сегодня вы и ваши гости насладились нашим представлением.

– Нисколько в этом не сомневаюсь.

Вдруг за спиной девушки раздался взволнованный возглас Мэри:

– Миледи! Миледи! – Горничная так торопливо подбежала к молодой хозяйке, что чуть не запуталась в длинных юбках. – Ваш дядя желает немедленно вас видеть! Он требует, чтобы вы явились в солярий.

Жизель быстро раскланялась с оторопевшими актерами и вместе с Мэри поспешила в замок.

– В чем дело? – на ходу спросила она, невольно заражаясь беспокойством горничной. – Зачем я так внезапно понадобилась ему?

– Понятия не имею. Милорд ничего не сказал, но, по-моему, он разъярен. Простите за выражение, но он рычал, как потревоженный медведь! Велел незамедлительно отыскать вас – и все!

Жизель бросила взгляд на ворота, за которыми только что скрылся сэр Майлс. Возможно ли, что перед отъездом на охоту рыцарь успел встретиться с сэром Уилфридом и высказать ему свое недовольство их соглашением? Душевное волнение тут же сменилось гневом. Хорошие же он выбрал методы для достижения своей цели! Дерзкий, наглый эгоист!

– Хотела бы я знать, чем недоволен ваш дядюшка, миледи! – Мэри всплеснула руками. – Вы так хорошо распоряжались всеми нами, все шло просто как по маслу!

Сердце Жизель похолодело. Действительно, откуда такое неотложное желание видеть ее? Неужели дядя начнет сейчас ее упрекать? В чем же? За эти дни, конечно, случались мелкие незадачи – как, например, застрявшее в воротах рождественское полено или нехватка сена для лошадей, – но с этим ей удалось справиться достаточно легко. Ничего более серьезного ей нельзя поставить в вину.

Оказавшись в замке, Жизель сняла меховую накидку, не глядя протянула ее горничной и, стараясь унять дрожь в руках, отправилась наверх, в солярий, где ее ждал сэр Уилфрид. У распахнутых дверей она остановилась, перевела дыхание и, убедившись в том, что снова обрела спокойствие, вошла.

Сэр Уилфрид сидел в своем кресле, выражение лица его не предвещало ничего хорошего. У ног хозяина устроились две его любимые борзые, на столе возле локтя стоял высокий кубок с вином.

– Закрой дверь, – властным голосом произнес он, устремив на племянницу хмурый взгляд.

Жизель молча повиновалась.

Едва она исполнила приказ, сэр Уилфрид задал главный вопрос:

– Итак, отчего тебе не нравится сэр Майлс?

Девушка медленно повернулась к нему. Ох уж этот вызывающий вид! – подумал старик. Независимость она унаследовала от матери, его родной сестры. Одному Господу известно, почему ей досталась именно эта несносная черта характера Ливии!

– Сэр Майлс – один из самых превосходных рыцарей в нашей стране, он аристократичный и в то же время бесстрашный человек. Неужели ты этого не поняла? К тому же, безусловно, красив. Любая девица была бы счастлива выйти за него.

– Вот пусть любая и выходит!

– Жизель! – рявкнул сэр Уилфрид. Первоначально он намеревался поговорить с племянницей спокойно, но сейчас не смог сдержать гнев. – Мне стоило немалых усилий устроить этот брак, и я не позволю ему распасться по чьей-либо прихоти – пусть даже моей собственной любимой племянницы!