Кетрин Распберри - Песня для любимой

С этими словами мистер Шадоуз кивнул и вышел из зала.

— Йес! — Джим-Джей подпрыгнул, вскинув обе руки вверх, а Кэрол разразилась барабанной дробью.

Билли и Кит обменялись рукопожатиями, а Майк улыбнулся собственным мыслям и принялся менять на гитаре лопнувшую струну.

— Странный все-таки этот мистер Шадоуз, — поделилась Кэрол своими размышлениями с Майком, выходя из-за ударной установки и садясь рядом с ним. — С виду такой обычный чиновник от образования, говорит таким казенным языком… И при этом отлично разбирается в современной музыке. Мне иногда кажется, что он сам готов подхватить гитару и начать прыгать с ней по сцене, но ему положение не позволяет.

— Возможно, скоро ты убедишься в том, насколько недалека от истины, — загадочно ответил Майк. — А теперь давайте действительно подумаем о костюмах. Все-таки на нас будет любоваться весь колледж.

— У меня есть идея, помнишь, Майк, я тебе рассказывал? — подскочил Кит. — Но кто ее сможет воплотить? Эй, кто-нибудь умеет рисовать?

— Я умею! И я! — подняли руки Кэрол и Джим-Джей.

— Еще бы, — Джим-Джей рассмеялся. — Помнишь, Кэри, какую мы в школе газету отгрохали? Всем досталось, особенно тому охраннику, который подворовывал школьные завтраки. Его тут же с треском уволили!

— Вот вы, борцы за справедливость, этим и займетесь, — подытожил Майк. — А теперь давайте репетировать. То, что нас похвалили, — не повод расслабляться и почивать на лаврах.

Джим-Джей старательно размешал в баночке краску, принесенную Биллом, — у того мама работала в хозяйственной лавке. Кэрол тщательно расправила на полу старые джинсы и взяла в руки кисточку:

— Давай я попробую. А майкой ты займешься.

— О'кей, — ответил Джим-Джей. — Кстати, а что будем делать с масками? Купим готовые?

— Нет, я думаю, лучше сделаем свои из папье-маше, чтобы таких точно ни у кого больше не было.

Джим-Джей хохотнул.

— Представляю себе реакцию публики… Ну, Билли — голова!

Он взял вторую кисточку и принялся расписывать видавшую виды футболку.

Через пятнадцать минут корпения над костюмами Джим-Джею надоело сосредоточенное молчание. Он покосился на Кэрол, которая, так старалась сделать все аккуратно, что высунула кончик языка, и спросил:

— Слушай, а что у тебя с Майком?

— Ничего, — ответила Кэрол, не отрываясь от своего занятия.

— Нет, я серьезно, — обиделся Джим-Джей. — Я же не из пустого любопытства спрашиваю. Мне надо знать, что происходит с моей подругой детства. Я же тебе как брат, чувствую за тебя ответственность… И все такое.

— Да, правда, Джимми, ничего. — Кэрол вздохнула и отложила кисточку. — Если честно, то я и сама не очень понимаю, что происходит.

— Что тут непонятного? — изумился Джим-Джей. — Для всех очевидно, что вы влюблены друг в друга. Как вы друг на друга смотрите…

— Непонятно то, что дальше взглядов дело не идет, — пояснила Кэрол. — Представляешь, он меня еще ни разу не поцеловал! Мы знакомы два месяца, он провожает меня домой, несколько раз приглашал в клуб, перезнакомил почти со всеми своими друзьями — а на прощание машет рукой, и все!

Она вздохнула еще тяжелее.

— А помнишь мой день рождения две недели назад? Мы тогда еще выходили с Майком в сад, я показывала ему свой любимый розовый куст…

Джим-Джей кивнул и ухмыльнулся.

— Чего ты смеешься? — возмутилась Кэрол. — Вот вы тогда с Никой так многозначительно переглядывались, мама с папой все норовили высунуться из окна, кабы чего не вышло, Бонни с Питом перешептывались и хихикали… А между тем ничегошеньки не было! Мы просто разговаривали, и все… Временами мне казалось, что Майк вот-вот поцелует меня… Его лицо было так близко, он смотрел на меня такими глазами, словно хотел впитать мой образ до последней капли… Но ничего не произошло.

— Может, он просто вампир? И ждет полночи полнолуния? — предположил Джим-Джей.

— Да ну тебя, — обиделась Кэрол. — Я же серьезно… — Она немного помолчала и добавила: — И я даже не знаю, правильно это или нет. Скажи, это в порядке вещей или я ему просто не нравлюсь?

— Я даже не сомневаюсь, что нравишься, — ответил Джимми. — Наверное, Майк просто ищет серьезных отношений и не хочет торопиться. Один раз он уже здорово обжегся… Видимо, теперь он решил, что с тобой у него все будет иначе.

— Обжегся? Это что за история? — заинтересовалась Кэрол.

— А, он тебе не рассказывал… Ну, тогда и я не стану. Будет лучше, если ты узнаешь обо всем от Майка.

— Ну, Джимми! Ну, пожалуйста… Кто говорил о том, что чувствует за меня ответственность и все такое? Я же должна знать…

— Нет, нет, не уговаривай, — завертел головой Джим-Джей. — Что я, сплетник, что ли? Спроси его самого.

— Но я же тебе рассказала о нас с Майком? Так не честно! Давай откровенность за откровенность! — возмутилась Кэрол.

— Хорошо, давай я расскажу тебе о нас с Ники. Что тебя интересует? — продолжал юлить Джим-Джей.

— Нет, расскажи мне о Майке. Серьезно, Джим, расскажи. Может, я пойму, что к чему, и успокоюсь.

— Ладно, — сдался Джим-Джей. — Была у него девушка… Яркая, красивая… Даже не знаю ее настоящего имени, все называли ее Кармен. Такая, знаешь, вроде нашей Салли Макхолланд. Уверенная в собственной неотразимости и власти над мужчинами. Соблазнила его в мгновение ока, а потом вертела им, как хотела. А по сути, оказалась дешевой пустышкой. Мечтала лишь о богатых мужчинах и шальных деньгах.

— Так вот почему он так шарахается от Салли… Она напоминает ему ту девушку? — догадалась Кэрол.

— Да, я тоже так думаю, — согласился Джим-Джей. — Кстати, Салли и Кармен дружили, пока судьба их не развела. С Кармен Майк сошелся еще в последнем классе школы. А потом она стала настаивать, чтобы они уехали куда-нибудь в большой город, где можно добиться известности. В Нью-Йорк, Лос-Анджелес или Сан-Франциско — все равно куда, лишь бы поближе к богатым витринам и большим возможностям.

— А Майк?

— А Майк хотел сначала закончить образование — во-первых, и отточить свое мастерство — во-вторых, — ответил Джим-Джей. — Он знал, что играет вполне сносно для гаражной команды, но это еще не годилось для большой сцены. Ему не хотелось стать одним из миллиона неудачников, слоняющихся с гитарой и выпрашивающих доллар у прохожих за свою игру. Равно, как не хотелось стать одним из тысяч «везунчиков», устроившихся играть в дешевой придорожной кафешке. Он считает — все или ничего, но чтобы добиться всего, нельзя прыгать через ступеньку. И идет к своей цели не торопясь и ничего не пропуская.

— И они из-за этого расстались? — спросила Кэрол.