Шери Уайтфезер - Любовь - моя защита

— После развода с Идой вы ходили на свидания? спросила она.

Как и должно было быть, он и глазом не моргнул. Он помыл картофелину, которую только что очистил, и взял другую.

— Определите, что вы вкладываете в слово «свидание».

Она поставила цыпленка вариться.

— Обед. Кинофильм.

— Да, это бывало. Но я никем не увлекался всерьез.

— Почему не увлекались?

— Потому что женщины пилят. — Он хитро взглянул на нее. — И заставляют чистить картошку.

Она открыла консервную банку с ананасами и добавила ее содержимое к чашке неполированного риса.

— Так и думала, что вы скажете что-нибудь вроде этого.

— А что вы хотите, чтобы я сказал? Что Ида разрушила мое доверие к женщинам? Что я боюсь выставить мое сердце напоказ?

— Звучит убедительно, — сказала она.

— Но это не так, — возразил он. — Чепуха. Когда найдется нормальная женщина, я смело пройду и эту часть своего пути. Я женюсь снова.

Если бы пол разверзся и поглотил ее целиком, Натали не удивилась бы больше, чем теперь.

— Вы женитесь? Действительно?

— Многие мои коллеги женаты. Счастливо женаты, — добавил он. — В отличие от Иды, я не считаю, что наш брак разрушила моя работа.

Натали посмотрела на него.

— Это, должно быть, больно?..

— Конечно, больно. Но это не значит, что я не способен влюбиться снова. — Он выключил кран и прислонился к раковине. Его пистолет покоился на бедре. — Знаете ли вы, что раньше некоторые представители приводили своих жен в службу безопасности? Женщин в Центре тогда не хватало, и когда представитель защищал свидетельницу, он приводил свою жену в отдел опеки.

Натали знала, что Зак говорил не о переселении.

Он говорил о круглосуточной защите.

— Жена представителя должна была оставаться со свидетельницей все время?

Он кивнул.

— У нее была почасовая оплата. Конечно, для помощи всегда был и представитель. Но жена трудилась по двенадцать часов в сутки семь дней в неделю, ровно столько, сколько было необходимо.

— Это удивительно.

— Моя мама несколько раз работала в этом отделе. Мой дядя, ее старший брат, был инспектором, и так как он не был женат, он всегда просил мою маму быть его помощницей.

Захваченная его рассказом, Натали наклонила голову, пробуя представить себе его семью.

— Когда это было?

— В середине семидесятых. Я был ребенком.

— Ваша мама, наверное, ничего не помнит об этом?

— Нет. — Он возобновил свою работу, его голос стал тихим. — Но ей никогда не нравилась правоохранительная работа.

— Ваш дядя все еще работает в Программе безопасности свидетелей? — спросила Натали.

Он покачал головой.

— Дядя Джо умер примерно двенадцать лет назад. Но он гордился тем, что я пошел по его стопам.

Она придвинулась немного ближе. Позднее дневное солнце светило в окно, обнаруживая серебряный блеск в волосах Зака.

— Действительно ли это так трудно?

Он посмотрел на нее.

— Что трудно?

— Быть инспектором.

— Иногда трудно. — Глубокая морщина прорезала его лоб. — Я слышал об инспекторах, которые попали в тюрьму, о таких, которые вступили в корыстные отношения со свидетелями. Я знаю об инспекторе, который оставил эту работу, чтобы жениться на свидетельнице. Всякое случается. Люди бывают скомпрометированы.

— Жениться — не значит быть скомпрометированным, не так ли?

— Он влюбился в свидетельницу. Это гораздо хуже.

— А что случилось со свидетельницей? — спросила она.

— А с ней-то что могло случиться?

— Ничего. — Натали отвернулась. Не хватало только, чтобы он догадался, как она представила себя на месте свидетельницы, которая вышла замуж за своего инспектора. Конечно, Натали не влюбилась в Зака, просто нуждается в нем, в его защите.

Было ли это чувство безопасности ложным?

Возможно. Но пока он был тем, на кого она могла рассчитывать. Он вкладывал свое время и энергию в улучшение ее жизни. Пусть служба безопасности платит ему за это, но Натали понимала: он делает для нее больше, чем требовали его обязанности.

— Что я должен делать теперь? — спросил он, прерывая ее мысли.

Она улыбнулась. Вот он стоит с кастрюлей почищенной картошки, готовый выполнить ее следующее задание.

— Как вы смотрите на то, чтобы нарезать лук кубиками?

— Давайте его сюда.

— Вы не будете плакать?

— Ни за что.

Он поднял голову, демонстрируя свою мужественность, перенося свой вес с одной ноги на другую.

— Вы — настоящий парень.

Супермен, подумала она, супермен с обаятельной улыбкой и оружием. Она взяла у него почищенную картошку и вручила ему мешочек лука.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Зак считал себя весьма наблюдательным человеком. Его работой было наблюдение за человеческими созданиями, а не за пришельцами из космоса. Но так как дети, переодетые марсианами, собрались вокруг Натали, он предоставит им презумпцию невиновности.

Он потянулся за пивом и сделал глоток. Пикник был в полном разгаре. Окружающий воздух был наполнен дымком от древесного угля. Столы под зонтиками были накрыты во внутреннем дворике. В огромном холодильнике был большой выбор газированной воды и спиртного. Блюда должны были вскоре подать, но вазочки с чипсами, арахисом и крендельками с солью уже стояли на столах.

Зак повернулся, чтобы посмотреть на Натали, понаблюдать за тем, как она возится с оравой детей.

Она сидела на лужайке, прилаживая антенны из алюминиевой фольги к ленточке, завязанной вокруг кудрявой головки маленькой девочки. Мальчик ждал своей очереди, подпрыгивая от нетерпения, возбужденный перспективой стать настоящим пришельцем из космоса.

— Она — марсианская принцесса, — сказала Натали другим детям. — Так что вы не должны в нее больше стрелять.

— В кого же нам стрелять? — спросил веснушчатый мальчик, держа флуоресцентный водяной пистолет подобно лазерному оружию, которое этот пистолет должен был изображать.

— Вы, мальчики, можете стрелять друг в друга, сказала она ему. — Но не в принцессу Джейн. Она здесь единственная девочка, и она — правительница.

Умилившись мудрым рассуждениям Натали, Зак мысленно похвалил ее. Шестилетняя Джейн, с вьющимся конским хвостиком и без одного переднего зуба, нашла мощную поддержку и больше не была в меньшинстве. Снабженная королевскими антеннами, застенчивая маленькая девочка приняла королевский вид, правя толпой молодых, возбужденных мужчин.

— Привет, Зак. — Карла подошла к нему, поставив свой стул рядом.

— Привет, — ответил он. — Я заметил, что Брайс в отряде пришельцев с Марса.