Мэхелия Айзекс - Не могу уйти

Молча она повернулась и распахнула дверь в гостиную, залитую оранжевыми потоками вечернего солнца. Обычная вежливость пришла ей на выручку.

– Значит, кофе?– Даниэлла положила рюкзачок на диван и прошла на кухню. – Коньяка я не держу, а вот вино в холодильнике есть.

– Вина я выпил бы с удовольствием. Она вынула бутылку, которую собиралась откупорить сразу поле душа. На соседней полке стояла ваза с салатом и лежал рулет с начинкой из аспарагуса.

Вернувшись к Меррею, Даниэлла увидела, что он рассматривает стоящие на бюро фотографии. На одной был запечатлен ее брат с женой, на другой их близнецы – мальчик и девочка.

– Дети не твои, насколько я понимаю? – сказал Чарльз, принимая запотевший бокал.

– Это мои племянник и племянница, – коротко пояснила она. – Не хотите ли присесть, мистер Меррей? В кресле вам будет удобно.

Чарльз лукаво улыбнулся.

– Ты хочешь, чтобы я сделал именно это? – тихо спросил он.

Проникновенные звуки его голоса бросили ее в жар. На таком близком расстоянии ей все труднее становилось бороться со смятением, вызванным обаянием Чарльза Меррея.

– Больше всего в данную минуту мне хочется, чтобы вы покинули мой дом, – не слишком убедительно произнесла наконец Даниэлла. Впрочем, она испытала определенное облегчение, когда он, не обратив ни малейшего внимания на только что сказанное, расположился в кресле, так как ей не нравилось любопытство, с каким он рассматривал обстановку гостиной и допытывался о вещах, которые считала слишком личными. – Насчет магазина я не передумала и не собираюсь менять свое решение.

Чарльз задумчиво повертел между пальцами свой бокал.

– Должен заметить, я приехал не для того, чтобы обсуждать вопрос об «Умельце», – сообщил он, чем сильно удивил ее. – Я захотел увидеть тебя. – Чарльз поднял глаза. – Просто так, для собственного удовольствия.

Даниэлла замерла.

– Вы шутите!

– Напротив, я говорю серьезно. Надеюсь, мой визит не осложнит твою личную жизнь?

Она растерянно заморгала.

– Нельзя ли изъясняться без обиняков? После некоторой паузы он спросил:

– У тебя... есть друг?..

Даниэлла остолбенела от такой прямоты.

– Нет, – простодушно призналась она, о чем тут же пожалела. Кому нужна ее правдивость? За своего дружка можно было бы выдать Дейва. Уж он-то, Бог тому свидетель, не отказался бы от этой роли! Проблема заключалась лишь в том, что Даниэлла не испытывала к нему никакого интереса. Впрочем, какого черта ей приходится чуть ли не оправдываться?! – Это касается только меня, – закончила она решительно.

– Значит, кто-то все-таки есть, – медленно произнес Меррей.

Она уловила в его голосе оттенок угрозы. Боже, уж не ревнует ли он? Нет, о таком смешно и думать!

Отвернувшись, Даниэлла отставила свой бокал, давая понять Чарльзу, что его визит будет коротким.

– Думаю, в любом случае сие не должно вас волновать, – сказала она, делая вид, будто ее привлекла какая-то деталь репродукции картины Рафаэля, висевшей на стене. – Сожалею, что вы проделали столь утомительное путешествие в Уотфорд, если сказали все, о чем намеревались сказать...

– Это не все, – произнес Чарльз, оказавшийся вдруг у нее прямо за спиной и опаливший ей шею теплым дыханием. Обернувшись, Даниэлла чуть не столкнулась с ним. – Расскажи мне о своем... мужчине. У вас серьезные отношения?

Она заставила себя посмотреть ему в глаза.

– Серьезные. – Слово сорвалось словно само собой. Чему в немалой степени способствовало слишком близкое расстояние между ними. Даниэлла отчетливо видела лучистые морщинки вокруг его глаз – слишком ласковых и проницательных глаз, которые не могли оставить любую женщину безразличной.

– Вот как? – То ли недоверчиво, то ли разочарованно, то ли с укором спросил Мер – рей. – Кто он? Назови мне его имя. Возможно, мы с ним знакомы...

– Вы? – Она слегка отодвинулась, пытаясь избавиться от ощущения возникшей между ними интимности. – Не думаю. Он не вращается в тех кругах, где бываете вы.

Меррей поставил пустой бокал на каминную полку. •

– О чем ты говоришь?.. Тебе ведь ничего не известно обо мне, если ты, конечно, не попыталась навести кое-какие справки...

– Вот еще! – фыркнула Даниэлла, скрывая свое возбуждение деланным возмущением. – Это и так понятно. Вы разъезжаете на «роллс-ройсе», машину водит личный шофер...

– На самом деле это «бентли», – поправил Чарльз.

– Пусть так... – Она лихорадочно облизала губы. – Вот Дейв Мортон, например, ездит на «воксхолле», как обычный, нормальный служащий. – В запале произнеся имя, Даниэлла тут же пожалела, но было поздно.

Меррей хмуро сдвинул брови.

– Это он сказал тебе, что является простым служащим?

– Да, – заморгала она. – А собственно, к чему вы клоните? Что, Дейв солгал мне?

– Конечно нет, – быстро, даже чересчур быстро, сказал Чарльз. – Ты давно его знаешь?

– Достаточно давно! И это последний вопрос, на который я ответила. – Даниэлла с вызовом посмотрела на него. – А сейчас, я думаю, вам пора.

Взгляд Меррея потемнел.

– Ты его ждешь сегодня?

– Нет. То есть да. – Она злилась, что ей приходится врать. Лучше бы уж осталась сегодня у родителей, чем подвергаться допросу человека, с которым ее решительно ничего не связывает.

– Я тебе не верю, – покачал головой Меррей.

Даниэлла поняла: он действительно не поверил, потому что вдруг расслабился, как бы обмяк, а взгляд перестал быть агрессивным.

– Но это правда! – попыталась она настоять на своем, чем только вызвала его ироническую улыбку.

Как Чарльз смог догадаться про вранье? – удивленно подумала Даниэлла. Неужели меня так легко раскусить? Или он ясновидец? Почти в испуге она отступила на шаг, но он вдруг протянул руку и ласково погладил волосы, выбившиеся у нее из косы.

– Ты приятно пахнешь, – тихо произнес он, словно не веря, что она позволила прикоснуться к себе. – Тебе не хочется, чтобы я ушел, ведь так?

Прикосновение Чарльза мгновенно вызвало у нее внутренний трепет желания, однако боязнь выдать себя и здравый смысл тут же взяли верх.

– Вы заблуждаетесь. Возможно, вас не слишком это обрадует, но, поймите, я не такого рода женщина, которая занимается...

– Чем именно? – уточнил он.

– Ну... ведет свободный... образ жизни... Любовные игры меня не привлекают.

Его пристальный взгляд она ощущала почти как физическое прикосновение, повергавшее ее в смятение. И если не положить всему этому конец...

– Вы не интересуете меня, мистер Меррей... Хотите верьте, хотите нет... – сдавленно произнесла наконец Даниэлла, пытаясь отодвинуться.

– Потому что у тебя есть этот парень, твой приятель?