Мэхелия Айзекс - Не могу уйти

Даниэлла еще не успела ответить на собственный вопрос, как дверца отворилась. Господи, изумилась она, увидев Чарльза Меррея, а он-то что здесь делает? Невероятно! После их совместного ужина в «Фортуне», когда ей пришлось довольно грубо высказаться насчет сомнительного предложения перебраться с «Умельцем» в другой город, Меррей, казалось, уже никогда не возникнет на ее горизонте. Правда, прощаясь, он поцеловал ее и даже попросил позволения при случае позвонить, но Даниэлла расценила все это как обычный знак вежливости, не более. И вот он снова появился!

Даниэлла судорожно вздохнула, наблюдая, как Меррей направляется к ее машине. Она впервые видела его не в строгом костюме, а в менее официальной одежде. Стройное мускулистое тело Чарльза эффектно подчеркивали черные обтягивающие джинсы и трикотажная рубашка с четырьмя пуговицами у горла.

С трудом Даниэлла оторвала от него взгляд. Над ее верхней губой выступили мелкие капельки пота, но вовсе не из-за духоты в салоне автомобиля. Осознав, что Чарльз сейчас склонится к открытому окошку и его лицо окажется всего в нескольких дюймах от ее собственного, она поспешно вылезла из машины.

– Привет!

Интонация Меррея была дружелюбной, можно даже сказать, приветливой, похоже, воротилы бизнеса вовсе не смущаются, если мелкие рыбешки вроде нее проявляют строптивость и не идут на уступки. Они настолько самоуверенны, что их вообще вряд ли можно смутить хоть чем-то, подумала Даниэлла и сухо поздоровалась, решив сразу дать понять Меррею: пытаться ее уламывать, втягивая в весьма туманную сделку, – бессмысленно!

– С вашей матушкой случилось несчастье, – сказал Чарльз, глядя, как Даниэлла запирает свою машину. – Примите мои сожаления...

Услышав это, она решила устроить Рут хорошую выволочку, чтобы не совала нос куда не надо: нечего трепать языком насчет ее личных дел.

– Спасибо, – холодно ответила Даниэлла, направляясь к подъезду. – Полагаю, вам сообщила эту новость моя помощница? Скажите, вы всегда используете любой источник информации в своих целях?

Меррей удивленно поднял брови.

– Что вы хотите этим сказать?

– Только то, что вы слышите, отрезала Даниэлла.

– Да, неподалеку от вашего магазина я столкнулся с Рут, – сдержанно произнес он. – Она сказала мне, почему вы сегодня закрыты. Я не знал, что это государственная тайна.

Даниэлла склонилась над своим джинсовым рюкзачком, отыскивая ключ, и довольно колюче парировала:

– Конечно, не государственная тайна, но мне не нравится, когда расспрашивают моих сотрудников за моей спиной.

– Сотрудников? – иронически переспросил Чарльз. – Сколько же их у вас?

Она поджала губы.

– Хорошо, у меня только один сотрудник – вернее, сотрудница, – но суть не в том. Я не понимаю, зачем вообще вам понадобилось наводить обо мне какие-то справки и собирать всевозможные сведения. Все, что нужно, мы с вами уже давно обсудили, ваше деловое предложение абсурдно!

– Давно?– внимательно взглянул на нее Меррей. – С тех пор, как мы виделись последний раз, прошло совсем немного времени! К тому же вы не допускаете, что сегодня я мог приехать в Уотфорд совсем по другому поводу?

– Но ведь вы сразу направились в магазин, а не куда-нибудь, – с усмешкой возразила Гифорд. – А чтобы связаться со мной, проще всего было позвонить по телефону!

– Да, возможно, – согласился Чарльз, и на его лице промелькнуло странное выражение: не то грустное, не то растерянное. Впрочем, он быстро овладел собой. – Но разве вы не способны допустить, что я случайно, проездом, оказался здесь и решил повидаться с вами неожиданно для самого себя, под влиянием минуты?– Он помолчал. – Или что я хочу поговорить с вами именно не по телефону. Почему бы вам не пригласить меня войти и не выяснить все это?

Даниэлла на секунду смешалась.

– Я... не могу, – неуверенно произнесла она наконец.

– Почему?

– У меня другие планы на сегодняшний вечер.

Да, другие, упрямо повторила Даниэлла про себя: душ, бокал холодного вина и ужин на одну персону.

Меррей помрачнел.

– Значит, вы даже не предложите мне чашечку кофе? Ту, от которой я отказался однажды?..

Она облизала пересохшие губы.

– Зачем вы приехали, мистер Меррей?

– Просто Чарльз, – быстро поправил он. – И называй меня на «ты». А зачем я приехал?.. Поверь, я и сам не знаю. Сегодня я должен был ужинать у матери. Но встреча с тобой неожиданно показалась мне более важной.

Краска бросилась ей в лицо.

– Мистер Меррей!

– Чарльз. Или Чарли, если хочешь.

– Кажется, вы насмехаетесь надо мной...

– Нет!

– Да! Перестаньте притворяться. Я знаю, что не произвожу на вас никакого впечатления.

Мужчины, подобные вам... Вернее, мужчины вашего положения предпочитают молоденьких и свеженьких, а не поблекших уже девушек. Флиртуете ради забавы?

– Неправда!

– Что именно?

– Ты вовсе не поблекшая! – порывисто произнес он. – Хочешь услышать от меня, что ты очень пикантна? Что любой мужчина мог бы гордиться, если бы ты заинтересовалась им?..

Теперь уже точно уверенная в его скрытой иронии, Даниэлла взорвалась:

– Оставьте, мистер Меррей! Меня не волнуете ни вы, ни ваши так называемые деловые предложения, ни двусмысленные комплименты!

Она рывком распахнула дверь, спеша поскорее освободиться от его присутствия, но не тут-то было! Чарльз мгновенно поставил ногу на порог, лишив ее возможности не пустить его в холл.

– Ты что, шутишь?! – воскликнул он, сердито блеснув глазами. – Я приехал к тебе с самыми лучшими намерениями, а ты собираешься закрыть дверь у меня перед носом!

– Так всегда и поступают стервы, вроде меня! – язвительно заметила Даниэлла. Несмотря на ее пылкую решимость, коленки у нее дрожали. – Не будете ли вы любезны убрать ногу? Я сегодня не особенно расположена начинать драку.

– Похоже, как раз наоборот! – заявил Чарльз, заставляя ее отступить. – Прекрати вести себя так, будто я собираюсь силой овладеть тобой. Иначе я приду к заключению, что ты провоцируешь меня, специально разыгрывая женскую неприступность.

– Как вы смеете!

– Поверь, Дани, если бы я хотел соблазнить тебя, то выбрал бы для этого место, более знакомое мне, чем тебе.

Осознав, что уже не сможет выставить Меррея против его воли, Даниэлла сдалась. Действительно, я выгляжу глупо, подумала она. Чарльзу Меррею нет нужды силой укладывать женщин в постель. Но чего он добивается? Проявив немного хитрости и терпения, это вполне можно выяснить.

Молча она повернулась и распахнула дверь в гостиную, залитую оранжевыми потоками вечернего солнца. Обычная вежливость пришла ей на выручку.