Энн Лестер - Ставка на любовь

Говард отпустил ее со словами:

– Ты просто не можешь оторвать от меня руки, дорогуша, а во всем обвиняешь меня.

Флоренс, всё еще смеясь, подняла трубку:

– Дом Севиджа.

– Привет, красотка! – отозвался Алан на другом конце провода.

У Флоренс от неожиданности перехватило дыхание.

– Алан? Ты? – От неожиданности она чуть не потеряла сознание. Но тут же быстро взяла себя в руки: – Говард уже стал думать, что ты исчез с лица земли.

В ответ прозвучал явно неискренний смех.

– Нет. Я был не так далеко. Ты сама все еще помнишь о моем существовании?

Флоренс опасливо посмотрела на Говарда.

– Ну-у, до некоторой степени.

– Ты всегда была любительницей бросить вызов судьбе. И не изменилась, кажется.

– С тобой все в порядке? – спросила она для приличия.

Он помедлил с ответом.

– Да, но хочу тебе кое-что сказать. Ты всегда говорила, что я должен осесть, остепениться. И вот теперь я последовал твоему совету. Ты помнишь Лив?

– Да. Как же!

Флоренс прекрасно знала эту женщину. Она была несколько старше Алана. Они встречались по выходным в течение нескольких лет. Лив брала на себя всю заботу об Алане. Убирала в офисе, готовила ему еду, стирала вещи. Флоренс ждала, когда же Алан наконец заметит, что эта женщина безнадежно в него влюблена. Она видела, каким взглядом смотрит на него Лив. Тот же взгляд был когда-то у самой Флоренс. Неужели свершилось?

– Мы помолвлены.

– Пора бы уже.

– Нам бы хотелось завтра нанести вам визит. Ты не против?

Она посмотрела на Говарда и нахмурилась, прежде чем ответить:

– Конечно нет. Приезжайте.

– Пока, Флоренс!

Она положила трубку, и ее прошиб нервный озноб.

Говард обеспокоенно посмотрел на Флоренс.

– Что-то произошло? В чем дело?

– Алан и Лив обручились. Он радостно рассмеялся:

– Но ведь это прекрасно, разве нет?

– Ты идиот! Эта парочка собирается приехать к нам и погостить некоторое время. – Флоренс стремительно выбежала из комнаты.

Говард догнал ее, когда она была уже на крыльце.

– В чем дело? – Он пытался прогнать от себя мысль, что Фло все еще неравнодушна к Алану. Он знал, что те были вместе почти три года. И казались такими влюбленными. Говард попытался отогнать от себя эти мысли, все это наверняка осталось в прошлом.

– Ты спрашиваешь, в чем дело? – Она повернулась к нему и всплеснула руками. – Ну что же, давай хотя бы на мгновение задумаемся об этом. Мы постоянно лжем всем, кто нас знает, и уже полмира думает, что мы состоим в близких отношениях. А ты и я все никак не решим, что же нам делать с двумя несчастными поцелуями. А тут еще Алан с невестой собираются нанести нам идеальный светский визит.

Последовала драматическая пауза, во время которой Флоренс безотрывно смотрела на Говарда.

– Может, скажешь, как мы все это объясним этой парочке?

Говарду хотелось сказать, что все это не имеет значения, но он вовремя опомнился. Это было неразумно. Их обоих беспокоили чувства Алана. И было неизвестно, как тот отнесется к идее о том, что теперь Говард и Флоренс вместе.

– Молчание – это все, на что ты способен в такие моменты, Севидж? Великолепно.

– Нам просто нужно быть осторожнее.

– И заткнуть рты всем жителям. Чтобы даже упоминать не смели о том, какая мы с тобой идеальная пара.

– Хорошая идея. – Говард строго посмотрел на Флоренс. – Успокойся. Мы скажем, что все это сплетни. И будем вести себя, как обычно, то есть, как и раньше. Алан так поглощен собственными проблемами, что по большому счету ему не до нас.

Флоренс недоверчиво посмотрела на него.

– Как ты можешь такое говорить? Как можешь думать, что мы станем вести себя так, как всегда, если между нами все необычно с тех самых пор, как я вернулась из Канады. И наши отношения даже отдаленно не напоминают нормальные с того момента, как мы начали дурачить людей вокруг себя.

Ее слова укололи Говарда больнее, чем он ожидал. В глубине карих глаз затаился опасный огонь.

– Почему ты так думаешь, Коверндейл?

– Потому что ты – истукан. Мы действительно физически привлекаем друг друга. И никто из нас не представляет, что с этим делать. Вот почему!

– Что мы можем предпринять теперь, когда ты произнесла сокровенные мысли вслух?

Флоренс уставилась на него, открыв рот. Она не могла поверить, что решилась на такой непростой разговор. В том, что она только что ему призналась, было нечто запретное. Не только говорить, но и думать об этом ей самой было страшно. И в результате она все разболтала Говарду – последнему человеку, который должен был это услышать. В какой-то момент она начала видеть в нем настоящего мужчину.

Она перестала воспринимать его как старого доброго друга. Пелена спала с глаз, и Флоренс обнаружила, что все эти долгие годы рядом с ней находился красивый, мужественный и смелый человек.

Говард помахал рукой перед ее глазами, привлекая к себе внимание, и спросил:

– Эй, Фло, ты в порядке?

– Что?

Он улыбнулся, глядя на забавное выражение ее лица.

– Никогда не видел тебя в такой растерянности. Что-то не так?

Большие зеленые глаза Флоренс смотрели на Говарда с таким обожанием, словно он был центром Вселенной. Сердце молодой женщины учащенно билось. Но она набрала в легкие воздух и ответила:

– Думаю, ты прав. Я знаю, что не слишком часто с тобой соглашаюсь. Прости.

– Мне не за что тебя прощать. Ты нравилась мне всю жизнь… – Говард хотел добавить что-то еще, но замолчал.

Они знали друг друга с детства. И все, что произошло между ними несколько дней назад, можно было смело принять за сказочный сон. Наяву существовала их долгая, проверенная временем дружба.

– Ты что-то хотел сказать?

– Да. Тема обоюдной симпатии была закрыта для нас. Все открылось только сейчас. Я думал об этом ночью. И если быть откровенным, скажу, что не чувствовал, будто целую друга детства. Я целовался с самой прекрасной женщиной на земле, но был внутренне совершенно к этому не готов.

– Я тоже. – Она с трудом выдавила застенчивую улыбку. – Но ты так прекрасно целуешься!

Говард покраснел.

– Мне кажется, у каждого из нас есть к чему-нибудь талант. У меня – к поцелуям, у тебя – к картинам.

– Ты становишься абсолютным красавчиком, когда краснеешь, Севидж, – прошептала Флоренс, дразня его.

– Ты же знаешь, что я этого терпеть не могу. Мужчина не должен смущаться, когда думает о подобных вещах.

– Думает о чем?

Это был опасный вопрос, и Говард понял это, как только посмотрел в ее глаза, потемневшие от страсти. Вдруг он оказался в опасной близости от того, чтобы продемонстрировать ей, какие жаркие мысли блуждают в его голове. Подобные идеи заставляют людей совершать поступки, весьма далекие от дружеских. Они разжигают воображение, и вот теперь самые смелые фантазии Говарда способны были воплотиться почти что сами собой.