Сандра Стеффен - Весна не обманет

Ник выставил вперед руки и замотал головой. Ему не раз приходилось встречаться с матерыми бандитами, но от этих дам хотелось бежать без оглядки. Судя по рубинам, сверкавшим на их мясистых пальцах, они были богаты. Леди не состояли в обществе защиты животных. На плечах у той, что повыше, красовалась норковая накидка.

– Это енот? – спросил Ник, глядя на шапку Гасси.

Та сняла ее с головы и провела рукой по хвосту.

– Да.

– Я ей говорила, что мех давно вышел из моды, – наставительным тоном сказала другая леди.

И тут к разговору подключилась Бриттани. Она редко видела на лице Ника такое беспомощное выражение, поэтому и поспешила ему на помощь. Бриттани поднялась на веранду и протянула женщинам руку.

– Я Бриттани Мэттьюз – хозяйка гостиницы. Кажется, вас зовут Гасси? – спросила она даму, теребившую в руках шапку из енота.

Гасси кивнула.

– Я Аделина О'Хара, можете звать меня Эдди, а это моя сестра Гретхен, – ответила другая леди, пожав Бриттани руку.

Та улыбнулась.

– Прошу прощения за мое отсутствие, но я ждала вас завтра рано утром, как договорились.

– Гретхен не терпелось поскорее уехать, – сказала Аделина, ехидно улыбаясь ярко накрашенными губами.

– Сколько раз я просила тебя забыть навсегда это дурацкое имя! Друзья зовут меня Гасси. – Она продолжила, обращаясь уже к Бриттани: – С той самой поры, как мы выиграли в лотерею, моя несносная сестрица вечно пытается изменить меня. А я уже устала твердить ей, что, несмотря на миллион, да что там, два миллиона долларов, в душе я все та же Гасси.

Эдди горестно вздохнула.

– Если тебе так хочется оставаться прежней, то зачем ты покрасила волосы?

Голубые глаза Гасси наполнились негодованием, она уперлась руками в мясистые бока.

– Это мой натуральный цвет! По крайней мере был, пока седина не взяла свое. Если мы приехали в город, где не хватает женщин, то мы должны выглядеть на все сто, не так ли? – она снова повернулась к Бриттани. – В объявлении сказано, что в Джаспер-Галче рады женщинам любого возраста. Здесь есть одинокие мужчины нашего возраста?

Взяв чемоданы забавных леди, Ник спросил:

– Мужчин какого возраста вы ищете?

– Мне сорок девять, значит… Ой!

Эдди со всей силы двинула Гасси в бок и, подняв круглый подбородок, сказала:

– Гасси пятьдесят девять, а мне шестьдесят один. Так здесь есть одинокие мужчины нашего возраста?

«Эдди хоть и не врет, но такая же мечтательница, как и ее сестра», – подумала Бриттани, живо представив себе ужас в глазах пожилых, застенчивых, но все еще горячих ковбоев Джаспер-Галча, когда они увидят Гасси и Эдди.

– Есть такие, и я уверена, что на них вы произведете незабываемое впечатление. А сейчас идемте, я покажу вам гостиницу и помогу разместиться в комнатах, – сказала Бриттани.

Ник кивнул, приглашая следовать за ним.

– Если вы не из тех ковбоев, что давали объявление, кто вы тогда? – не унималась любопытная Гасси.

– Я Ник Колтер, муж Бриттани, – ответил он, не оборачиваясь. – Я здесь, чтобы уговорить ее не лишать меня этого почетного звания.

– Ой как романтично!

Пока Бриттани показывала новым жиличкам первый этаж, Ник отнес наверх чемоданы. Когда он вернулся, Гасси и Эдди уже сидели в кабинете, а Бриттани готовила на кухне чай.

Ник занял наблюдательный пункт в дверях. Синий свитер так обтягивал грудь Бриттани, а джинсы – бедра, что у него возникало великое искушение подойти и обнять жену.

Откашлявшись, он спросил:

– Это чай для них или для тебя?

Бриттани обернулась, и по ее взгляду Ник догадался, что она прочитала его мысли.

– Это для Эдди и Гасси. Ты тоже можешь выпить чашечку, если хочешь. Надеюсь, это тебя успокоит.

Хмыкнув, Ник развернулся на каблуках. Чай успокоит его только в том случае, если она добавит туда добрую порцию виски.

– Куда ты? – спросила Бриттани.

– Установить замки, которые я купил сегодня утром. Чтобы Досон не застал нас врасплох.

– А это может подождать несколько минут?

Ник медленно обернулся.

– Может.

Через открытые двери было видно, как сестры О'Хара изучают книги на полках в кабинете доктора.

– Мне нужно еще кое-что сделать в их комнатах. Не мог бы ты пока чем-нибудь занять дам? – неожиданно спросила его жена.

– Ты хочешь, чтобы я развлек эту Аттилу, повелительницу гуннов, и ее сестрицу?

– Будь полюбезнее с ними, – сказала Бриттани, стараясь не рассмеяться, – и они будут очень милы с тобой.

– Этого я и боюсь.

Бриттани расхохоталась.

– О, Ник!

Ее муж состроил кислую мину.

– Ладно, договорились, я развлеку Эдди и Гасси, но при одном условии.

– При каком?

Он широко улыбнулся.

– Обещай, что я еще услышу твое страстное «О, Ник!» и что ты возьмешь меня завтра на заседание исторического клуба.

Бриттани, скрестив руки на груди, посмотрела на мужа в упор.

– Здесь два условия.

– Я знал, что ты заметишь.

Ник опять решил поиграть с ней! Бриттани чувствовала себя почти счастливой.

– Ладно, ты выиграл. Милости просим в наш исторический клуб.

Ник подошел ближе.

– А как насчет второго условия?

– Для начала хватит одного. Кроме того, через пятнадцать минут мне надо ехать за Саванной, – сказала Бриттани, взглянув на часы.

– Я съезжу.

– Хорошо. Но сейчас ты должен развлекать Эдди и Гасси, – с улыбкой напомнила она.

– Не представляю, что я должен делать.

– Очаруй их. У тебя это отлично получается, когда захочешь.

Ник подошел еще ближе.

– Я же говорил, что изменился.

Его глаза мерцали от света, падавшего из окна. Взяв у Бриттани поднос с чаем, Ник ушел в кабинет. Подобно сомнамбуле, она поднялась наверх и, только достав из шкафа в коридоре простыни и одеяла, улыбнулась. Юмор Ника действовал на нее безотказно.

Заседание клуба любителей истории шло уже около часа. Более бестолкового сборища Ник еще не видел. Им следовало бы назваться клубом любителей сплетен. В кабинете Бриттани находились девять женщин, в основном пожилого возраста. Самой шумной из них была Изабель Прюит. Первые тридцать восемь минут она разглагольствовала о вопиющем падении нравов в мире вообще и в Джаспер-Галче в частности. Бриттани упорно старалась вернуть разговор к истории округа, но Изабель никак не могла забыть тех мучений, которые разбавленный пунш причинил не только ей, но и другим образцовым горожанам.

«Старая крыса не успокоится, пока не найдет виновных», – думал Ник. Женское общество настолько его утомило, что он предпочел воздержаться от комментариев вслух.

Изабель заглянула в гостиную. Убедившись, что наверху темно, она спросила визгливым голосом: