Сандра Филд - Заслужить доверие

Они перешли в столовую. Прекрасная мебель вишневого дерева была уже не новой, но удивительно красивой. Марни рассеянно провела пальцем по небольшой трещине на краю овального стола, в центре которого высилась ваза с нарциссами.

— Это Кит, — сообщил Кэл, — ударила по столу садовым совком.

Марни резко убрала руку.

— А где она? — Голос прозвучал почти спокойно.

— Идем, — сказал Кэл. — Осторожнее, здесь ступени. Наша уборщица любит тереть их до тех пор, пока по ним не начинаешь скользить.

Они прошли по комнатам второго этажа.

Дух Дженнифер витал над каждой вещью, каждым цветком.

В конце коридора была кухня, и Марни увидела свою дочь.

Кит сидела за кухонным столом и ела оладьи, поливая их топленым маслом и сиропом. Рядом лежал раскрытый журнал для подростков.

— Привет, Кит, — обратилась к ней Марни, моля Бога, чтобы дал ей сил.

Кит сначала проигнорировала приветствие, но, в конце концов, еле слышно пробормотала:

— Привет.

— Не хочешь кофе, Марни? — предложил Кэл.

— Спасибо.

С подростками Марни проводила пять дней в неделю и знала, как с ними обращаться. Она заговорила о содержании журнала, спросила, что за парень изображен на первой странице. Потом спросила мнение Кит об одном из последних фильмов.

— Неплохой фильм, — ответила Кит, и снова принялась за оладьи.

Кэл поставил перед Марни чашку кофе. Она добавила сливок и сахара.

— Кто-нибудь из ваших ребят достал билеты на Селин Дион? Я слышала, будто дети стали выстраиваться в очередь еще три дня назад.

— Шестеро из наших, пойдут, — ответила Кит, вилкой подбирая с блюдца сироп.

Теперь Кит пришлось посмотреть на нее, и у Марни перехватило дыхание. Кэл, видимо считая их разговор слишком интимным, отвернулся, уткнувшись носом в свежую газету. Однако ей было бы сейчас много легче, если бы Кэл на некоторое время исчез.

— Я бы хотела взглянуть на твою комнату, Кит. Может, покажешь мне ее? — Кит только что проглотила последнюю оладью.

— Там беспорядок.

— Неважно.

— Ладно, — ответила она с неохотой и встала, громко отодвинув стул.

Не заботясь о том, идет ли Марни следом, Кит вышла из кухни и пошла по коридору в другое крыло дома. Марни шла за ней, а за ними, тихо ступая и вообще стараясь не шуметь, двигался Кэл.

По дороге Марни мельком заглянула в приоткрытую дверь спальни с большой кроватью, розовыми стенами и окном, выходящим на бухту. Должно быть, именно эту комнату Кэл делил с Дженнифер.

Но Кэл сегодня, не так важен, она приехала ради дочери, чтобы наладить с ней хоть какие-то отношения.

Так почему же ее так интересует все, что связано с ним?

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

В комнате Кит действительно царил беспорядок. Валялись игрушки, стены были обклеены постерами рок-звезд, а поверхность письменного стола исчезла под обилием книг, журналов и рисунков. Марни прочла название верхней книжки.

— Я тоже читала ее в твоем возрасте, — обратилась она к Кит.

— Школьное задание. Ненавижу ее, — ответила та.

Марни повернулась к ней.

— Ты часто произносишь слово «ненавижу».

Кит равнодушно пожала плечами, но Марни не сдавалась:

— Я лишь пытаюсь узнать тебя получше, Кит, но, кажется, я напрасно просила тебя показать свою комнату.

— Мне наплевать, — ответила девочка.

— Я так не думаю. Не думаю, что тебе плевать.

— Думайте, как хотите.

— Ты груба и бестактна. Тебе не идет, — произнесла Марни, понизив голос.

В глазах, очень похожих на глаза Тэрри, на мгновение промелькнул стыд, потом исчез, будто и не появлялся.

Марни вновь повернулась к книжным полкам, где стоял ряд семейных фотографий, и руки у нее невольно сжались в кулаки. Маленькая Кит, совсем еще младенец, на руках у молодого, и счастливого Кэла рядом с прильнувшей к его плечу женой. Дженнифер. Очень красивая женщина с длинными темными (темнее, чем у Кэла) волосами и очаровательной, милой улыбкой. Кит-первоклассница, в маленьком синем платьице, с торжественно сияющим личиком. Кит и Кэл в байдарке, машут руками тому, кто делает снимок. Кит и Дженнифер на пикнике, сидят за столом и над чем-то хихикают. Последний снимок ранил Марни больше остальных.

— Это было снято в Сэнди-Лэйк-парке? — спросила она.

— Мы отдыхаем там каждый год, в мае, — ответила Кит.

— Я тоже, со своей подругой Кристин, — сообщила Марни, думая о том, что было бы, столкнись она с Кит, три года назад, в компании с Кэлом и еще живой Дженнифер. — Я пропустила так много в твоей жизни...

— Свой выбор ты сделала сама, — внезапно атаковала Кит.

— Ты ошибаешься, выбор делала не я, — возразила Марни.

Неожиданно заговорил Кэл, и Марни обернулась в сторону двери.

— Почему бы тебе не рассказать Кит всю историю, с начала до конца?

Так он все время стоял и слушал. Шпионил.

— Не думаю, что Кит жаждет ее выслушать. Равно, как и не желает видеть меня в своем доме.

— Думаю, ей просто необходимо узнать обо всем, — отозвался Кэл.

— Кэл, мне бы хотелось, чтобы ты нас ненадолго оставил, — попросила она с некоторым раздражением. — Я и без того здорово нервничаю. Когда ты здесь стоишь и слушаешь, мне труднее.

— Я останусь. Это касается нас троих.

— Нас троих не существует! — крикнула Кит. — Папа, я хочу, чтобы она ушла!

— Меня зовут Марни, — проговорила она строгим и холодным тоном. — Полагаю, «миссис Карстайрс» — слишком длинно, а «мама», возможно преждевременно.

— И следи-ка за своими манерами, Кит, — строго добавил Кэл.

— Простите, — пробормотала Кит и с подавленным видом провела мыском тапочки по ковру.

И Марни начала рассказывать. Рассказ давался ей с трудом. Тэрри, Шарлотта Карстайрс, шестнадцатилетняя Марни... Она смотрела в лицо Кит и видела, что все услышанное ее мало трогает.

Машинально закручивая край свитера, она закончила:

— Мне трудно вспоминать — слишком больная тема. Единственное мое желание — объяснить тебе, что не я виновна в случившемся. Я не могла разыскивать тебя или пытаться вернуть. Иначе я рисковала бы чужими судьбами, понимаешь?

— Папа и мама внушили мне, что за свои действия надо отвечать, — возразила ей Кит с педантичностью взрослой, однако заглянув Марни прямо в глаза. — А не рассыпаться в извинениях и рассказывать небылицы.

— Ты думаешь, что вся история — выдумка?

— Я думаю, что ты меня бросила! Думаю, ты чувствуешь вину! Надо ведь как-то ее загладить.

— Ты говоришь прямо, как твой отец, — ответила Марни с вымученным смешком. — Он тоже так думал при нашей первой встрече.

— Возвращайся в Фолкнер-Бич и оставайся там! Мы с папой прекрасно без тебя обойдемся. Ты не нужна нам и никогда не будешь нужна.