Фелиция Флакс - Горький шоколад

Не говоря ни слова, Лукас взял ее за руку, и через мгновение вокруг запястья Калли обвилось нечто холодное. Она вздрогнула от неожиданности и перевела взгляд на источник неприятного холода. Глаза кольнул радужный льдистый свет. Каллиста смотрела на тонкий браслет, камни в котором подозрительно напоминали бриллианты.

— Пытаетесь сделать из меня шлюху, мистер Старк? — с едкой неприязнью поинтересовалась она.

Удар не достиг цели, однако на мгновение Старк замер.

— Из тебя не получится настоящей шлюхи, — отозвался он, поглаживая пальцем ее тонкое запястье, охваченное бриллиантами. — У настоящей шлюхи внутри — лед, а у тебя, милая, — россыпи тлеющих угольков, из которых легко вспыхивает пламя.

Может быть, может быть… Каллиста не стала с ним спорить. Поглаживания пальцем были приятными, даже успокаивали. Но какая-то блуждающая по крови игла чувствительно колола и не давала покоя.

— Тогда зачем вы так по-королевски раскошелились на меня? — Калли потянулась к застежке браслета, но угадавший ее намерение Старк сжал ей руку.

— Ты не отказалась ни от платьев, ни от розовых тапочек. Браслет — это тоже одежда. Я хочу, чтобы в следующий раз, когда мы окажемся в постели, ты была одета только в него.

В следующий раз?

Калли демонстративно приподняла брови и бросила на Старка подчеркнуто удивленный взгляд: какой это еще «следующий раз», мистер Старк?

Лукас ей ответил понимающей ухмылкой. Они, наверное, могли даже не произносить слов вообще, ибо все легко угадывалось по выразительным гримасам. Театр мимов да и только. Однако в этом театре атмосфера была далеко не веселая.

— Наверное, вы все-таки путаете меня с Ари, мистер Старк, — промолвила Калли чуть надтреснутым голосом. — Оно и понятно — мы слишком похожи. Сестрички-близняшки…

— Вы совсем не похожи, — не согласился Старк самым серьезным тоном, — у вас только черты одинаковые, но вы совершенно по-разному смотрите, улыбаетесь, даже дышите по-разному. Вы такие разные, Каллиста и Ариадна Саймон…

Между лопаток пробежал холодок. Калли передернула плечами. Ей еще сильнее захотелось избавиться от браслета, но Старк по-прежнему нежно гладил ее запястье.

— Ари, кстати, мне сегодня днем звонила, — продолжал он неспешно, почти нараспев, убаюкивая.

— Звонила? — Калли встрепенулась, и от резкого движения ее рука на мгновение выскользнула из нежной хватки, но тотчас вновь очутилась в ее плену. — Чего она хотела?

— О, сколько эмоций сразу всколыхнулось, — усмехнулся Лукас. — Вы чрезвычайно сильно связаны между собой, сестрички Саймон…

…одна из которых виртуозно подставила другую.

Наверное, Старк догадался, что за мысль сейчас бродит в голове Калли, потому как его улыбка ужесточилась, скрылась в глубоких складках.

— …и каждая неистово жаждет узнать про другую частичку одного целого. — Слова у него теперь явственно произносились нараспев. — Ари я утешил, сказал, что у ее сестрицы пока все хорошо. Я ведь не ошибаюсь?

Калли неотчетливо мотнула головой.

— А вот Ари, как мне показалось, была немного расстроена. Голосок у нее заметно дрожал.

Вновь от затылка вниз по позвоночнику пробежал озноб, покалывая, словно еловая ветка.

— Вы спросили про орнитоптеру?

— Разумеется, — кивнул Старк. — Как же я мог не спросить об этом! Но орнитоптеры у Ари по-прежнему нет, и уже не будет.

— Откуда вы знаете? — огрызнулась Калли.

— Интуиция, — цинично ответил Старк.

Калли вздрогнула и заставила себя всмотреться в его лицо. Там, в глубине удивительных глаз, темным облачком затаилось нечто невысказанное словами, страшный секрет. И добраться до него не было никакой возможности.

— Почему вы не хотите отпустить меня? — Калли попыталась высвободить свою руку, однако безрезультатно.

— А почему ты хочешь меня покинуть, милая?

Одно-единственное движение, и Калли оказалась вжатой в кровать. Палец Старка медленно очертил ее подбородок, спустился по шее к открытой ложбинке груди и замер.

— Так почему же, Калли?

— Где ты был, Айви? Я не видела тебя весь день.

— Ари, я сделал это!

— Ты продал орнитоптеру?

— Ты чрезвычайно догадлива, моя прелесть. Тебя нельзя ничем удивить. Да, я ее продал. За тридцать тысяч, как и собирался. Теперь Лукас отвяжется от меня наконец! Боже мой, как я счастлив. Хотя признаю, что продешевил неописуемо.

— Ты узнал имя того, кто ее у тебя купил?

— Нет. А зачем? Это была честная сделка. И для нее имена не нужны.

— Ах, Айви…

Что она могла ему сказать? Сейчас? Когда его ладонь мягко обхватила ее грудь? Мужское тепло проникало сквозь кожу, вливалось в кровь, убыстряя ее бег. Сердце сходило с ума…

— Мистер Старк… — прошелестела она немеющими губами.

— Лукас, — светлые глаза блеснули совсем рядом. — Меня зовут Лукас. Забудь про мистера Старка и про благовоспитанное «вы». Мы слишком близки, чтобы соблюдать приличия.

Близки…

Возражения, логичные и необходимые, так и остались невысказанными, прикипели к тубам безвкусной пенкой.

— Назови меня по имени, я хочу увидеть, как твои губы выговаривают его.

Это походило на мольбу, но не слезную, просящую, а сладострастную, требующую. Калли была слишком слаба, чтобы противостоять этому чувственному натиску. И имя, проклятое ею неоднократно, выговорилось легко:

— Лукас…

Торжествующий смешок показался ей громом небесным.

— Вот так, моя милая, именно так. — Старк принялся покрывать ее приоткрытые губы невесомыми поцелуями. — У тебя отлично получилось.

Нет, она не должна выскальзывать из реальности, как это случилось в прошлый раз. Не должна, если хочет остаться собой. Она не экзотическая бабочка, чтобы принадлежать Лукасу Старку. Ее зовут Каллиста Саймон, и об этом ни в коем случае нельзя забывать.

Калли вывернулась из-под Старка и вскочила. Растрепанные волосы в беспорядке рассыпались по спине, плечам, наполовину скрыли горящее лицо.

— Уйдите, ради Бога, — пробормотала она, не зная, куда деться в этой комнате.

Можно было выбежать прочь, но Старк это наверняка расценит как очередную попытку к бегству. Поэтому Калли стояла посередине комнаты и заламывала руки от отчаяния.

— Никаких «вы», — Старк перевернулся на спину и заложил руки за голову, — мы же договорились.

Волна удушающей ярости вдруг накатила на Калли, когда она услышала ровный голос Старка. Ей очень хотелось чем-нибудь тяжелым швырнуть в этого ледяного дьявола.