Саша Майская - Спасай и женись

Эдик явственно подавился слюнями, отчего голос его прозвучал несколько пискляво.

— Конечно, но… У тебя проблемы?

— Да. Это Волков. Мой дуболом-охранник. Он ходит за мной хвостом и никуда не выпускает. Представляешь, перевез меня в Москву и запер в квартире. Еле вырвалась в спа… Да, так вот. Не мог бы ты позвонить мне домой и пригласить меня официально? Как бы от себя?

— Господи, и все? Разумеется! Я завезу тебе приглашение сегодня же вечером.

— Эдик, ты мой самый настоящий друг.

— Лиза… А твой Волков и ты… ну, я понимаю, что это не мое дело…

— Эдик! Ты о том поцелуе, что ли? Да я нарочно это сделала, чтобы Сережка ему всыпал. Ты себе не представляешь, как меня утомил этот Волков! Он же солдафон! Резьба по дубу лобзиком. Даже не напоминай мне о вчерашнем.

— Прости, прости. Я не буду. Лиза, ты просто возвращаешь меня к жизни. Вчера я уезжал в ужасном настроении…

— Эдик, я побежала, а то сейчас облысею. У меня мелирование на голове. До вечера?

— До вечера, Лизонька.

Лиза нажала отбой и перевела дух. Мысленно извинилась перед Волковым. А потом неожиданно вспомнила вчерашнюю ночь… Она не могла заснуть, это объяснений не требовало. Все ее тело горело, живот то и дело сводило сладкой судорогой. Казалось, на губах по-прежнему горит поцелуй Волкова.

Лиза откинула простыню, медленно провела ладонями по телу. Соски отозвались болезненным нытьем, возбуждение, казалось, нарастало с каждой минутой.

Он будет спать со мной в одной комнате… Он будет спать со мной… Нет, спать мы с ним точно не будем.

Жорка огромный. Она видела его во время тренировок с ребятами. Широченная грудь, плечи метра два, ручищи, которыми можно сваи забивать. И при этом двигается, как балерина, легко-легко. Словно танцует.

И танцует он хорошо. Когда он ее вел в танце, Лиза отдыхала. Конечно, было бы хорошо просто прислониться к нему всем телом, прижаться, обвить могучую шею руками и закрыть глаза. Волков ее возьмет на руки, и они будут танцевать, пока не кончится музыка, а потом он отнесет ее сюда, в спальню, запрет дверь…

Раздавшийся из гостиной стон вывел ее из сладостного забытья. Лиза рывком села в постели, прислушалась. Стон повторился.

Она соскользнула с кровати, на цыпочках проскакала к двери и аккуратно приоткрыла ее.

Когда Жора успел прийти и лечь, она понятия не имела, но сейчас он спал на этом дебильном диванчике из «ИКЕА», узком и коротком, особенно для такого здоровенного мужика. Но Жора спал мертвым сном смертельно уставшего человека. Лиза все так же на цыпочках вышла из комнаты, подошла к спящему.

Лицо капитана Волкова во сне было совсем юным, почти мальчишеским и очень измученным. Щетина уже проступила на загорелых щеках, ворот рубахи расстегнут, а галстук зажат в руке. Он даже раздеться не успел, бедный. Надо хоть ботинки с него снять.

Она осторожно стянула с него ботинки и носки, потом с трепетом взялась за ремень брюк. Она хотела просто расстегнуть, чтобы не давило…

Громадная рука взметнулась, сгребла, прижала ее к широченной груди. Через секунду Лиза поняла, что Жора при этом так и не проснулся. А еще через секунду ее прошибло жаром, по сравнению с которым вулкан — холодильник.

Жесткая, теплая ладонь накрывала ее обнаженное плечо, пальцы слегка подрагивали во сне, создавая ощущение нежнейшей ласки. Лиза попробовала расслабиться и прижалась щекой к Жориной груди. Улыбнулась. Совсем рядом мерно и гулко билось его сердце. Жоркино смелое сердце.

Через некоторое время затекли мышцы и Лиза осторожно высвободилась из-под каменной руки. Волков при этом как-то по-детски всхлипнул и явственно произнес: «Лизка… Котенок маленький…» У Лизы защипало в носу. А потом она вдруг начала его раздевать.

Осторожно, расстегнув все пуговицы, стащила рубашку — благо, Жорка повернулся к тому времени на бок. Затаив дыхание, взялась за брюки и медленно стащила их с неподвижного тела…

И опять его рука сцапала ее абсолютно неожиданно. Только теперь Лиза уткнулась Жорке в совершенно обнаженный живот, а скосив глаза, обнаружила, что вместе с брюками слегка уехали вниз и трусы типа «семейные», которые, впрочем, на Жорке смотрелись очень даже мужественно.

Она лежала у него на животе, твердом, как гладильная доска, и смотрела, как темная дорожка волос убегает от груди по животу вниз, туда, где…

Лиза вдруг отчетливо поняла, что если немедленно не встать и не уйти к себе, то следующим ее поступком будет изнасилование капитана Волкова во всех известных мировому эротическому искусству позициях. Лиза медленно выползла из-под руки, поднялась с коленок, наклонилась над Волковым — и осторожно поцеловала его под левый сосок. Прямо в сердце.

А потом, удрав в спальню, в исступлении обхватила подушку руками и ногами — и заснула, представляя, что засыпает в объятиях Жорки Волкова.

Когда в конце коридора мелькнула знакомая фигурка, Волков встрепенулся и с облегчением поднялся навстречу. Когда же Лиза приблизилась, уставился на нее с явным недоумением.

За этот год он неоднократно сопровождал ее в спа-салоны, привыкнув к тому, что из них девушка выпархивает посвежевшей и шикарно причесанной. Однако на сей раз ему навстречу спешило лохматое чудовище с пунцовыми щеками и лихорадочно блестящими глазами. Кофточка застегнута неправильно, юбка перевернута… Волков изумленно охнул:

— Чего это с тобой, Лизавета? Такое ощущение, что тебя одетую заперли в сауне, а потом выгнали оттуда веником. Ты чего там час делала?

— Отстань! Без тебя тошно. Ух, Волков! Ну, Волков…

Она сердито покачала головой и на подкашивающихся ногах зашагала к выходу. На пороге споткнулась, и Жора машинально ее поддержал под локоток. Эффект вышел потрясающий. Лиза дернулась, как от ожога, выдернула руку и с размаху въехала в косяк. Садясь в машину, Волков хмуро поинтересовался:

— В спа теперь наливают, что ли?

— Дурак!

— Ладно, замнем. Куда теперь? В ресторан?

— Домой! Я в душ хочу.

— Ты же из сауны?

— Слушай, Волков, какое тебе дело? Поцелуй меня, а?

Он ошалело уставился на нее, а Лиза вдруг тяжело, с подвыванием вздохнула — и полезла ему на руки. Через секунду девушка сидела на нем верхом, жадно целуя его открытый в изумлении рот, а ее руки сноровисто освобождали Волкова от рубашки, норовя залезть по пути и в джинсы. Только тут он опомнился и перехватил инициативу в свои руки, для чего пришлось не слишком ласково завалить Лизу на соседнее сиденье и слегка придавить сверху. Самое интересное, что в результате она издала блаженный стон и замерла под ним — ни дать ни взять законная молодая жена после ночи любви.