Саша Майская - Спасай и женись

Лесик Оршанский, в миру Леонид Пеночкин, молодой актер театра и кино, принял заказ по телефону в полдень, все записал, перечитал бдительному диспетчеру записанное, положил трубку и издал ликующий вопль:

— Живем! Любимая, в четверг я поведу тебя в ресторан!

Любимая взглянула на Лесика недоверчиво, но с надеждой. Соня — так ее звали — в душе гордилась тем обстоятельством, что уже два месяца спит в одной постели с настоящим артистом, но природная сметка не давала ей забыть и о том, что артист этот, то есть Лесик, пока, мягко говоря, не очень широко известен широкой публике.

Лесик закончил театральный институт и с тех пор блеснул своим талантом всего три раза. Два из них касались рекламы детских памперсов (неудачной) и свечей от геморроя (удачной, но неэстетичной), зато третий раз сразу выдвинул Лесика на широкие сериальные просторы. Он сыграл трудного подростка в сериале, прошедшем по одному из кабельных каналов Северо-Западного административного округа. По сценарию Лесикова персонажа убивали злые люди в конце второй серии, но зато потом — в восьмой, шестнадцатой и сто семьдесят четвертой — он являлся главной героине в воспоминаниях.

Деньги за сериал они с Соней проели быстро, так что в последнее время Лесик озаботился их добычей. Судьба решила не изгаляться над юным дарованием и подбросила ему счастливый случай. Лесика по знакомству засунули в картотеку одной успешной фирмы, занимающейся — тут Лесик несколько путался, потому что толком не знал, чем там занимаются — чем-то вроде организации досуга для богатых, но исключительно в приличном смысле этого выражения. Во всяком случае, Лесик для себя решил, что это что-то типа фирмы «Заря», а всякий молодой актер знает: где фирма «Заря», там и елки, а значит, Дед Морозы и Снегурки, верный калым хотя бы зимой, а то и клоуны летом…

И вот оно! Первый заказ, да еще какой шикарный! Лесику предписывалось утром в четверг на большой скорости подъехать в казенной машине по указанному адресу, дождаться выхода подробно описанной особы и сымитировать ее похищение. Для этого следовало аккуратно обхватить особу и тянуть ее в казенную машину. Особо оговаривалось, что у особы будет сопровождающий, который бросится особу спасать — тут следовало особу отпустить и немедленно кидаться на землю, потому что лежачего не бьют. Далее у особы с сопровождающим, по идее, должны были начаться глубоко личные отношения, после чего Лесик должен был в темпе линять с места преступления. Просто, элегантно — и стоит кучу денег.

Лесик заметался по квартире, продумывая образ. Воображение уже рисовало ему гангстерский костюм в мелкую полоску, широкополую шляпу, небрежно заломленную набок, и тонкие усики а-ля Аль Капоне. Соня вздохнула и пригорюнилась, подперевшись ладошкой. До четверга было еще очень далеко, а кушать хотелось еще с воскресенья…

В четыре часа Лизе удалось ускользнуть от бдительного Волкова. Для этого она настояла на спа-салоне. При виде снующих за стеклянной перегородкой женщин в простынях и обмазанных бурой грязью Волков закручинился и согласился остаться в вестибюле. С Лизы была взята страшная клятва не хулиганить, не убегать через черный ход и не устраивать веселых розыгрышей, типа вызова милиции по поводу преследующего ее, Лизу, здоровенного мужика, затаившегося при входе в спа-салон. Зная Лизу, Волков без труда мог допустить, что она на это способна.

И вот теперь Волков скучал в вестибюле, а Лиза, обмотавшись простыней и быстренько прогнав от себя назойливую косметичку с мисочкой жидкой грязи, уединилась в кабинетике и набрала номер Панка.

— Привет, это я. Ну что? Нашел?

— Пляши, Волынская. Твой друг Панк, как всегда, на высоте. Будет тебе похищение, аккурат в четверг с утра. Твоя задача — оказаться в районе одиннадцати на выходе с ипподрома.

— Сдурел? Что я там забыла?

— Не бэ, Капустин! Все схвачено. В четверг на ипподроме будет заезд орловских рысаков. Кубок мэра. Народу тьма. Как девушка светская, вполне имеешь право отправиться на ипподром. В десять первый заезд, после него перерыв. Ты как бы заскучаешь и как бы захочешь домой. Твоя задача — оторваться от твоего Волкова метров на десять. Террористы будут заряжены.

— Панк, ты гений.

— Я знаю, милая.

— А они не пострадают? Крепкие ребята?

— Все продумано, не волнуйся. Твое дело — душераздирающе вопить и призывать Волкова на помощь. Если хочешь сберечь ребятам здоровье — смело падай в обморок, только покрасивше. Ставлю штуку баксов, что он сразу бросится к тебе.

— Отлично! Сколько я должна?

— Волынская! Обижаешь! Я еще способен делать девушкам подарки, не залезая в заначку. Целую, пупс. Потом позвонишь, расскажешь.

Удовлетворенная Лиза отправилась в сауну, где и принялась продумывать детали операции. На первый взгляд все обстояло неплохо, вот только… Зная Волкова, можно ожидать трудностей. Возьмет и не пустит ее на ипподром. Что тогда?

Тут ее осенило. Эдик!!! Верный друг, благородный рыцарь и вообще прекрасный человек. Если он позвонит и официально пригласит ее на скачки, Волков не сможет придраться, что она это сама придумала. От нетерпения Лиза начала подпрыгивать на полке.

Наскоро вытершись и натянув на себя одежду, она набрала телефон Эдика. Печальный голос в трубке неуверенно сказал «алло?». И начался сеанс лицемерия.

— Эдик? Это Лиза Волынская. Ты не занят?

— Лизонька? Как я рад, что ты позвонила. Разумеется, для тебя я всегда свободен.

— Эдик, я всю ночь места себе не находила. Мне вдруг стало ужасно стыдно, что я так с тобой обошлась.

— Лиза, ты просто поступила честно, разве это плохо? Немногие девушки способны на это.

— Эдик, ты удивительный человек. Ты знаешь, я думала до самого утра и поняла, что очень не хочу тебя терять. Понимаешь… возможно, мы и не станем мужем и женой, но ведь наша дружба длится уже довольно долго? Скажу тебе честно, мне не хотелось бы ее утратить.

— Лиза, если бы ты знала, как мне приятно это слышать!

— Давай сходим куда-нибудь, посетим какое-нибудь шоу, или спектакль…

— Я был бы счастлив пригласить тебя, Лизонька.

— О, кстати, не хочешь сходить на скачки?

— Скачки? Это где лошадки, да?

Лиза закатила глаза и показала истекающей сиропом трубке язык. Лошадки! Папа, пусть слоники еще побегают…

— Да, Эдик, только это не лошадки, а орловские рысаки. Дивное зрелище! Куда бы нам поехать… Битца… О! Ипподром! В четверг будет Кубок мэра, утром.

— Лиза, это замечательно! Я закажу ложу на двоих.

— Эдик, мне страшно неудобно, но… могу просить тебя об интимной услуге?