Джудит Макуильямс - Как помочь папе

– Но все равно хорошо было бы…

Он резко замолчал, потому что в эту минуту вбежал Уилл и остановился как вкопанный, увидев Джулию.

– Ты вернулась, – удивленно сказал он.

– Я же говорила, что вернусь, – напомнила ему Джулия и вздрогнула: скептическое выражение лица мальчика сказало ей гораздо яснее любых слов, как мало он верит в то, что взрослые держат свое слово.

– Я тоже, – добавил Калеб.

– Ты здесь живешь. Потому ты и вернулся, – отозвался мальчик. – А что ты собираешься делать сегодня? – требовательно спросил он у Джулии, повернувшись к ней.

– Сначала я собираюсь переодеться, а потом мы что-нибудь приготовим, – ответила она.

Уилл заморгал, обдумывая ее слова.

– Почему? Он… – Уилл ткнул в сторону отца грязным пальцем, – у него есть экономка. Она и должна готовить.

– Когда человек умеет готовить, он может быть независимым, – ответил Калеб. – А что ты станешь делать, если у тебя не будет экономки?

– Пойду в закусочную, – предположил Уилл.

– Да, но… – начал Калеб.

– Мы собираемся испечь шоколадное печенье, – вмешалась в их бессмысленное препирательство Джулия. Калеб, ясное дело, не знает, что любой ребенок в состоянии легко завести в тупик родителей своими гипотетическими предположениями и спорами. А Уилл к тому же далеко не обычный ребенок. – А приготовив печенье, мы сначала все уберем, а потом станем его есть.

– Я не люблю убирать, – заявил Уилл. Джулия с симпатией ему улыбнулась:

– Я, Уилл, тоже не люблю это занятие. Но надо же вымыть то, что мы испачкаем.

– Я тоже так считаю, – нехотя согласился Уилл.

– Я знаю, – мягко сказала Джулия. – А теперь покажите мне, где я могу переодеться.

– Сюда, – и Калеб повел ее по широким деревянным ступеням в переднюю часть дома. – Я тоже пойду переоденусь, а вы можете занять одну из гостевых спален, – сказал он.

– Благодарю, – и Джулия двинулась за ним.

– Побыстрей, – закричал им Уилл. – Я хочу скорее попробовать шоколадные чипсы.

– Чанксы, – пробормотал Калеб, и Джулия засмеялась.

– Вы звучите как греческий хор.

Калеб остановился у одной из дверей и открыл ее.

– Вы можете воспользоваться этой комнатой. Я вас подожду.

– Спасибо. – Джулия вошла внутрь и закрыла за собой дверь. Это была просторная комната, как и все остальные в доме Калеба. И вместе с тем очень уютная. Огромная кровать красного дерева застелена пушистым бледно-розовым покрывалом. В изголовье кровати – гора разноцветных разного размера подушечек, так и соблазняющих прилечь. На стене, оклеенной кремовыми обоями, – натюрморт с полевыми цветами в нежно-розовых и зеленых тонах, на двух больших окнах – шторы в тон цветовой гамме комнаты. Через открытую дверь справа видна ванная комната.

Помня, что Калеб ждет ее, она поспешно сняла свой деловой костюм и надела джинсы и ярко-красную майку. А костюм повесила во встроенный шкаф.

Задержавшись на мгновение, Джулия окинула себя взглядом в трехстворчатом зеркале и вздохнула. Она походила на подростка. Это никуда не годится! Даже если мама права и придет время, когда ее будет радовать то, что она выглядит моложе своих лет, сейчас это ей только мешает. Сейчас ей бы хотелось выглядеть компетентным профессионалом.

– С таким же успехом ты можешь мечтать о том, чтобы стать красавицей и приобрести сексуальную привлекательность, которая у тебя отсутствует, – проворчала она себе под нос.

Открыв дверь спальни, она увидела, что Калеб стоит напротив, привалившись к стене.

Она оценивающе скользнула взглядом по его почти новым джинсам и бледно-желтой рубашке. Словно с рекламы, отметила Джулия.

– А вы к тому же проворная, – сказал он.

– Как и большинство учителей, – невозмутимо ответила Джулия, хотя ей хотелось бы спросить, что означает это «к тому же». Но не спросила, боясь, что ответ ей не понравится. – Мы идем готовить, мы идем готовить, – напевала Джулия, спускаясь с Калебом по ступеням.

Калеб улыбался в ответ на ее веселую песенку. На душе у него стало тепло при звуках ее счастливого голоса. Ему хотелось обнять Джулию, прижать к себе и поцеловать губы, с которых срывались эти звуки. Ему хотелось, чтобы ее радость вошла в его жизнь.

– А ты смешно поешь, леди, – недовольно заметил Уилл.

– Зови меня Джулией, – напомнила она ему. – А почему тебе кажется, что я смешно пою?

– Ты поешь… просто неправильно, – пытался объяснить Уилл. – Эта песня не так звучит.

– А как должна звучать? – спросила Джулия, и Уилл в ответ звонко запел.

Джулия засмеялась:

– Теперь я поняла. Ты хотел сказать, что я фальшивлю.

– Может быть, – пробормотал Уилл. – Просто я знаю, что не так.

– Он, кажется, унаследовал способности своей прабабушки Фробистер, – предположил Калеб. – У нее был идеальный слух, и она никому из семейства не позволяла фальшивить.

– Виновата. Я не могу правильно напеть мелодию. Но это меня не останавливает. А теперь… – Входя в кухню, Джулия на мгновение замолчала, оглядывая помещение и размышляя, смогут ли здесь заниматься готовкой три человека. Места оказалось предостаточно. Огромный холодильник, плита, которая подошла бы небольшому ресторану. Духовка, две посудомоечные машины, вторая раковина.

– Вам не нравится? – поинтересовался Калеб, который никак не мог угадать ее реакцию, глядя на выражение лица, с которым она оглядывала кухню.

– Слово «нравится» не отражает моих чувств. Это просто фантастика! Все так совершенно. Вы сами все это придумали?

Ее неприкрытое восхищение польстило Калебу.

– Да, – сказал он. – Мне хотелось совместить функциональность и самые последние достижения техники, но при этом чтобы все это не походило на ресторан, а было по-домашнему уютно.

– Вы определенно преуспели в этом, – одобрительно заметила Джулия.

– Ну, мы собираемся делать печенье? – вмешался Уилл, которому надоело, что на него никто не обращает внимания.

– Да, и для начала тебе нужно вымыть руки, – Джулия указала на раковину.

– А это еще зачем? – Уилл поднял руки и стал с удивлением рассматривать свои пальцы, будто они у него только что выросли.

– Чтобы избавиться от микробов.

– Чепуха! Ты что, не знаешь? Нагревание убивает микробы, а мы собираемся готовить печенье в духовке, где очень горячо.

Калеб мрачно взглянул на Джулию.

– Жаль разочаровывать тебя, малыш, – возразила Джулия, – но мытье рук не обсуждается. Мы потом обсудим необходимые навыки гигиены, но мытье рук – основное. Сначала я, потом ты и твой папа.

Джулия тут же вымыла руки и махнула Уиллу, чтобы теперь мыл он.

К ее облегчению, тот безропотно вымыл руки. Ей очень не хотелось сейчас заставлять его что-то делать, но стало ясно, что он учится выполнять указания.