Сесиль Макколей - Желанный

— Да ну? — спросил Кевин. Его голос вдруг стал томным и ласковым; облокотившись на стол, он склонился к ней. Элис боялась пошевелиться, чтобы не выдать себя. — Расслабься, Элис, — с нежностью прошептал он. От этого голоса мурашки пробежали у нее по спине. Еще никто и никогда не произносил так ее имя.

— Я рас… — Подняв голову и заметив, в какой опасной близости находится от нее его лицо, Элис запнулась. Она ощущала его теплое дыхание на своем разгоряченном лице, видела, как его глаза горят чувственным огнем.

Когда губы Кевина нежно и ласково коснулись ее губ, Элис закрыла глаза и потянулась к нему. Но какое же разочарование постигло ее, когда она поняла, что он вовсе не намерен ее целовать. Она густо покраснела, заметив, что на губах Кевина заиграла самодовольная ухмылка. Его глаза победно блеснули; откинувшись на спинку стула, он с нескрываемым весельем наблюдал за ней.

— Я считаю ваше отношение к женщинам просто оскорбительным, — выпалила Элис, негодуя на себя за свое дурацкое поведение. Если она и дальше будет вести себя так же, то добром это не кончится.

— А что вы знаете о моем отношении к женщинам? — Кевин явно развлекался.

— Мне известно ваше отношение ко мне, — возразила она, сделав над собой усилие. В ее зеленоватых глазах вновь вспыхнуло возмущение.

— Вы весьма сексуальны и чертовски соблазнительны, — рассмеялся он. — Считайте это комплиментом.

— Мне не нужны подобные комплименты, — густо покраснев, Элис из последних сил старалась скрыть тот постыдный, как ей казалось, факт, что его слова ничуть не оскорбили, а напротив, приятно взволновали ее.

— Правда? Это интересно. — Его голос звучал тихо и задумчиво. Затем Кевин внимательно посмотрел на нее, чем окончательно смутил. — Откуда в вас этот страх? Что сделало вас такой? — Теперь он говорил серьезно.

— У меня нет прошлого, — резко сказала Элис. — Я смотрю только в будущее.

— Согласен с вами, Элис, — мягко ответил Кевин, — но прошлое имеет скверное обыкновение напоминать о себе.

— Ко мне это не относится, — отрезала девушка. Ее семье никогда не удастся разыскать ее, да и не захотят они этого делать.

— Не зарекайтесь. Я провел десять лет на отдаленном острове, но прошлое все равно нашло меня, — мрачно произнес Кевин. Его голос показался ей жутче звука трубы апокалипсиса. Элис почувствовала, как все внутри нее сжалось от ледяного ужаса. Она понимала, что если позволит прошлому вновь войти в ее жизнь, то это возвращение станет для нее роковым.

Элис резко побледнела. К ней снова подступили уродливые призраки ее прошлого. Нищая улочка Уайтчепеля, грязный, старый домишко, убогая комната, наполненная вонью дешевых сигарет и перебродившего пива, пьяная мать, гнусная рожа Дона, его мерзкий хриплый гогот…

— Элис, Элис, что с вами? — донесся до нее голос Кевина. Он привлек ее к себе, и она безропотно положила ему голову на грудь, стараясь скрыться от этого наваждения. — Вам плохо? Проклятая жара!

Элис безропотно позволила успокоить себя. Страшные образы прошлого постепенно отступали.

— Все уже в порядке, — сказала она Кевину, вздыхая и слабо улыбаясь.

— Наверное, это из-за жары, — внимательно наблюдая за ней, сказал он. — Его глаза буквально сверлили ее.

— Да… да, наверное, — согласилась Элис, кивая головой. Но подняв на него глаза, она увидела, что он ей не поверил. Что-то в его глазах заставило ее насторожиться.

Элис плотно зажмурилась. С того самого момента, как она взялась за эту работу, ее не покидали дурные предчувствия. Видимо, ей не суждено работать в корпорации «Хант». Но даже если это и произойдет, внутренний голос предостерегал ее, что с той поры в ее жизни произойдут важнейшие перемены.

Глава 5

…Двери лифта бесшумно раздвинулись. На пороге стоял Кевин Брэдли. Элис обмерла. Она знала, что рано или поздно они встретятся, хотя вот уже три недели ей удавалось избегать его.

— Доброе утро, мисс Пауэр. Как ваши дела? — официальным тоном спросил Кевин, когда двери лифта закрылись.

— Прекрасно, благодарю вас, мистер Брэдли, — не менее официально ответила она, инстинктивно выставив перед собой толстую папку с документами, точно та могла послужить ей защитой.

— Рад, что вы решили вступить в наши ряды. Уверен, что вы станете отличным приобретением для компании «Хант», — холодно процедил Кевин. Его взгляд скользнул по ней. Элис стало не по себе.

— Постараюсь сделать для этого все от меня зависящее, мистер Брэдли, — ответила она с фальшиво безразличным видом.

— Вам ведь поручено заняться проблемой скупки акций компании? — внезапно спросил Кевин. Элис струсила не на шутку. Так он все знает? А она-то думала, что все держится в строгой тайне между нею и Джеймсом Брэдли.

— Да, — вяло промямлила она. — Кто-то скупает акции через бывших служащих компании и биржу. Я должна разобраться в этом.

— Навряд ли вам удастся. Бывших служащих тысячи, и вам их не отыскать. — Голос Кевина звучал холодно и даже враждебно. — Впрочем, — тут он неожиданно смягчился, — это ваше дело. Куда вы сейчас направляетесь?

— К себе в кабинет. У меня масса дел. — Элис постаралась придать своему лицу как можно более сухое и деловитое выражение.

— Но ведь сейчас в компании время обеда. Вы что же, и в этом себе отказываете? А я думал пригласить вас во французское бистро по соседству, — насмешливо протянул Кевин. — Признаюсь, я скучал эти три недели без вашего общества, да и вообще не люблю обедать в одиночестве.

— Это ваше личное дело. — Элис опустила голову, пытаясь скрыть душевное смятение. Ее тело снова поднимало бунт против разума — так всегда происходило в его присутствии. — А если вам не хватает общества, предлагаю вам пообедать в столовой компании.

— Сами вы никогда не ходите в столовую, — оборвал ее Кевин.

— Понятия не имела, что это обязательно, — парировала Элис.

— Это совсем не обязательно, но мне просто интересно, почему вы никогда туда не ходите? — мягко спросил он.

— Обычно я приношу еду с собой, — холодно ответила она. — Я обедаю у себя в кабинете. Вас это устраивает? — резко бросила Элис, старательно избегая его пристального взгляда.

— Почему вы избегаете людей, Элис? — спокойно спросил Кевин. В его голосе было такое искреннее участие, что в какой-то момент Элис вдруг захотелось во всем ему признаться, но она быстро одернула себя. Перед ней был мужчина, исконный враг, она не должна, не может себе этого позволить!

— Я прихожу сюда работать, а не развлекаться, — презрительно сказала она. Однако ее колкость ничуть его не тронула.