Алекс Стрейн - Рождественское желание

— Ого, опять показываете зубки! — насмешливо сказал он, и в его глазах опять мелькнули какие-то искры. Дайана продолжала настороженно ждать, а на губах Рида совершенно неожиданно появилась легкая улыбка. Дайана сжала зубы так, что у нее заныли челюсти. — Как мы уже выяснили, вам будет весьма проблематично воспользоваться телефоном, а что касается остального, то ваших соседей — если вы рассчитываете на них — нет дома. Я уже несколько дней в городе, и я наблюдал за вами.

Похоже, что, делая это заявление, он не испытывал не малейшего смущения, и Дайана возмутилась.

— Что? Как вы смели?.. — просипела она, чувствуя, как горло сжал спазм.

— Бросьте, Дайана. Я не подглядывал в ваши окна, не прослушивал телефон. Я просто смотрел на вас и на моего сына. Не вижу в этом ничего предосудительного.

— Замечательно! Наверное, у вас извращенное восприятие правил приличия!

Он не обратил внимания на этот выпад, смотря куда-то в сторону. Дайана обернулась и обнаружила Райана, который с любопытством взирал на происходящее.

— Мама, зачем тебе это? — Мальчик кивнул на биту. — Мне надоело сидеть в своей комнате и ждать тебя. И еще я услышал голоса и понял, что ты захотела пригласить Рида в гости. Смотри, что Рид мне подарил. — Райан показал Дайане пластикового Человека-паука. — Мама, я хочу есть. А давай пригласим Рида к столу? Ты поешь с нами, Рид? Мама испекла такой вкусный пирог, а я ей помогал. Правда, мама?

Дайана, метнув взгляд на Рида — уж не принял ли он приглашение Райана всерьез, — вдруг с изумлением заметила на его лице жадный интерес к ребенку, восхищение и что-то еще, что она боялась идентифицировать. Ей стало не по себе. Рид вдруг посмотрел на Дайану, поймав ее взгляд, и его лицо мгновенно стало невозмутимым.

— Райан, думаю, что мистеру Дейву сейчас некогда, — попыталась она урезонить сына.

— Я приму твое приглашение, Райан, в следующий раз, — пообещал Рид, и Дайана опять испытала приступ гнева пополам с отчаянием.

— Хорошо, — тут же согласился мальчик. — Но помни, ты обещал!..

— Я не забуду.

— Иди, Райан, я сейчас приду.

— Зачем вы это сделали? — набросилась она на Рида, когда Райан исчез на кухне.

— Я никогда не даю невыполнимых обещаний, — твердо сказал Рид. — Не стану от вас скрывать: моя цель — не просто повидать сына. Я приехал, чтобы вернуть его.

— Что вы говорите?..

— Меня лишили сына шесть лет назад. И теперь я приехал, чтобы вернуть его, — медленно и очень четко повторил он. И добавил уже жестко: — Любыми способами. Вам это ясно?

— У вас ничего не выйдет.

— Вы так думаете? Прежде чем приехать сюда, я проконсультировался с адвокатом. У меня есть реальные шансы вернуть Райана. Если вы мне не верите, можете позвонить по этому телефону. — Он достал из кармана прямоугольник визитной карточки и сунул ей в руки.

— Нет, — в отчаянии прошептала Дайана. От вида его ставшего жестким лица, сурового выражения глаз и от резкого голоса ее замутило, а сердце забухало, как похоронный набат. Он собирается отнять у нее Райана! — Нет… — прошептала она побелевшими губами, и острый, неумолимый взгляд Рида, его лицо, его фигура стали медленно расплываться перед ее глазами.

Прежде чем Дайана свалилась в обмороке на пол, Рид успел подхватить ее. Он несколько секунд держал ее на руках, растерянно оглядывая холл. Потом, безошибочно определив, где гостиная, отнес ее туда и опустил на диван. Рид был растерян, он совсем не ожидал такого эффекта от своих слов.

— Дайана, — позвал он, осторожно похлопав ее по щекам.

Она медленно распахнула огромные глаза, в которых медленно протаяло узнавание, а потом они стали такими беспомощными и тоскующими, что у Рида защемило сердце.

— Не надо так смотреть на меня, — отрывисто бросил он, выпрямляясь и отступая на шаг. — Я вовсе не людоед, желающий съесть вас с потрохами. Я не собираюсь причинять вам вред.

— А как же иначе трактовать ваши слова? Вы не можете бросать такие заявления и потом ждать, что я спокойно с этим соглашусь.

— У вас нет выхода.

— А вы подумали, что будет с Райаном? Как он это воспримет? Он только недавно… только недавно…

Дайана поняла, что не сможет больше сказать ни слова без того, чтобы не расплакаться, и сжала губы, борясь со слезами. Она была уязвима, как никогда. Что будет с Райаном?.. А что будет с ней? Брови Рида сошлись у переносицы, а взгляд стал отстраненным, как будто эта мысль всерьез озаботила его.

— Я подумаю над этим. Но если вы думаете, что вам удастся держать меня от Райана на расстоянии, вы глубоко заблуждаетесь. Сейчас я ухожу, чтобы дать вам время прийти в себя и обдумать ситуацию. Но завтра я вернусь. И не вздумайте выкинуть какую-нибудь глупость!

И он стремительно вышел. Настолько стремительно, что Дайана даже заподозрила, а не привиделось ли ей все это. Преодолевая слабость, она медленно встала с дивана и вышла в холл. Нет, ей не пригрезилось, все было слишком реально: бита, валяющаяся на полу; пластиковая фигурка, которую оставил Райан, убегая на кухню, и… запах Рида.

— Мама, тебе нехорошо?

Дайана очнулась, услышав встревоженный голос Райана.

— Нет, милый, все в порядке.

Она посмотрела на личико Райана, и от ужаса комок встал в ее горле. Нет, она не может потерять сына, она не переживет этого. Рид предлагал ей обдумать ситуацию, но при этом предстать в виде пассивного наблюдателя, за которого уже давным-давно все решили. По сути, его предложение «обдумать ситуацию» звучало не иначе, как «смириться с данной ситуацией», принять его заявление и его намерения, как должное. Он отрезал ей все пути к отступлению и не оставил сомнений в серьезности его намерений. Из его слов очевидно, что он поставил перед собой четкую цель — отобрать Райана. Что он собирается делать, каковы его последующие шаги? Конечно, теперь ему нужны доказательства их кровного родства — анализ крови, ДНК — и доказательства, что его преднамеренно лишили сына. А потом суд? Дайана содрогнулась. Дальнейшая перспектива ее существования представлялась ей чередой страшных потрясений.

Но так ли все, как Рид рассказывает? Действительно ли он ничего не знал или намеренно вводит ее в заблуждение? Она вздрогнула, поняв, что своими руками уничтожила возможное доказательство его лживости — дневник Аманды, и, поддавшись эмоциям, даже не дочитала записи до конца, лишив себя возможности получить зацепку… Теперь Аманда мертва, записи уничтожены — и что осталось ей? Пепел в доказательство? Есть ли у нее шансы отстоять своего сына?.. Что же делать?! Нэнси! Она должна позвонить Нэнси!

7