Гарриет Хок - Твоя улыбка

Эти мысли вылетели у нее из головы, когда она здоровалась с Ником. Именно он позвонил в дверь.

— Ты опаздываешь, — ласково пожурила его Фрэнсис, после того как они нежно поцеловались.

— Прошу прощения, босс, — улыбнулся Ник. — Держу пари, что работой я искуплю свою вину.

— Не слишком-то задавайся, — рассмеялась девушка.

Утром Ник уехал от нее очень рано. Он хотел заскочить домой и переодеться. Естественно, он оставил дома костюм, в который был одет накануне, именно тот, который Фрэнсис только что уложила в коробку.

Переодевшись в джинсы и свитер, Ник отправился в близлежащее кафе позавтракать. Он позволил себе три чашки кофе, яичницу из трех яиц с ветчиной и кроме того от корки до корки прочитал «Нью-Йорк таймс».

Ник считал, что и так явился на работу слишком рано. Было всего около восьми часов, когда он позвонил в дверь собственной квартиры.

— Скажи-ка, Ник, не стоял ли здесь вчера чемодан? — спросила Фрэнсис, указывая на стену в прихожей. — Могу поклясться, что я его видела.

— Это было бы лжесвидетельством, — усмехнулся Ник. — Здесь ничего не стояло, — слукавил он.

Только сегодня утром он распаковал чемодан и достал оттуда нужные ему вещи — бритвенный прибор и некоторые бумаги. Браун снова не подумал, что опрометчивые действия могут его выдать и возбудить недоверие Фрэнсис.

— Замечательно, — резко отозвалась Фрэнсис. — В последнее время с моим восприятием происходит что-то неладное.

— Вот как? — протяжно спросил Ник. Он положил ладони на грудь Фрэнсис и начал нежно поглаживать. — Скажи дяде доктору, что ты сейчас воспринимаешь?

Девушка отстранилась и рассмеялась. Сегодня она надела легкий хлопчатобумажный свитер, под которым были неразличимы мгновенно напрягшиеся соски, что очень ее обрадовало. Нику совершенно необязательно видеть, что она возбуждается от малейшего его прикосновения.

— Я серьезно, Ник. — Фрэнсис сделала строгое лицо. — Мы вместе работаем. Давай отложим все остальное до конца рабочего дня.

— Отложим? — Ник буквально прилип алчным взглядом к ножкам Фрэнсис, туго обтянутым джинсами.

— Никаких заигрываний и никаких частных разговоров, — строго произнесла Фрэнсис. — Займись коробками в спальне, а я разберусь с книгами.

— Тебе не надо помочь? — осведомился Ник.

— Нет, занимайся коробками, — окончательно решила Фрэнсис. — Когда закончишь, позовешь меня.

Ник принялся за дело.

Сначала работа продвигалась довольно споро, но потом Ник углубился в рассматривание вещей, дорогих ему как память, которые он давно не видел. Семейные фотографии, театральная программка понравившегося спектакля, вырезка из газеты с отчетом о судебном процессе, который удалось выиграть фирме «Кинг и партнер». Попадались в спальне и другие подобные вещицы.

Пакуя одну за другой вещи, Ник складывал в отдельную кучу то, что посчитал необходимым выбросить — сломанную рамку, старую беззубую расческу, клочок бумаги с какими-то старыми заметками и пару пустых конвертов.

Он закрывал заполненную коробку, когда в комнату пошла Фрэнсис. Она с таким видом посмотрела на кучу предназначенных на выброс вещей, словно та готова была вот-вот взорваться. Ник сразу понял, что сейчас скажет Фрэнсис. Опередив ее, он заговорил сам.

— Да, да, я все знаю, — примирительно произнес Ник. — Это собственность твоего клиента. Но ты посмотри на всю эту дрянь. Наверняка клиент не захочет обнаружить такое барахло в своих ящиках. Это же мусор.

— Так, значит, ты говоришь, мусор? — спросила Фрэнсис тоном, не предвещавшим ничего хорошего. — А кто это решает? Ник, Ник Браун, упаковщик фирмы «Уайлер и Стоктон». Он лучше заказчика знает, что надо выбросить, а что сохранить.

— Ну подожди, — снова попытался успокоить Фрэнсис Ник, но в это время зазвонил телефон.

Ник проскочил мимо Фрэнсис и поспешил в гостиную. Надо успеть к аппарату раньше нее. Браун уже представлял себе, кто звонил.

— Алло, — произнес Ник, подняв трубку, и покосился на дверь спальни.

Фрэнсис рядом не было. Она осталась в спальне.

— С вами хочет поговорить Мэйбл, — предупредила его Глэдис, и в трубке тотчас зазвучал сердитый женский голос.

— Если ты не появишься в офисе в ближайшие двадцать минут, я подам на тебя в суд, — пригрозила Мэйбл.

— Послушай, Мэйбл, — выкручивался Ник. — Я еще ни разу…

Закончить фразу он не успел, Мэйбл перебила его:

— У Айрин Литтл висит на шее личный доход с прибыли. Речь идет об ошибке в бухгалтерских расчетах ценой в восемьдесят шесть тысяч долларов. Если мы не сумеем срочно найти эту ошибку, то клиентку уведут из зала суда в наручниках.

— Я сейчас буду, — заверил Ник Мэйбл, повесил трубку и прошел в спальню.

— Мне надо уйти, — заявил он Фрэнсис, поднявшейся ему навстречу. — Это вопрос жизни и смерти. Мне очень жаль, но я не могу ничего изменить.

— Ты сейчас уходишь? — спросила Фрэнсис с плохо скрытым ужасом. Мебельный фургон должен прибыть в полдень, и им надо было спешить.

— Прости. — Ник опустил голову и вышел, прежде чем Фрэнсис успела что-нибудь сказать.

Фрэнсис чувствовала себя так, словно ее ударили по голове. Первым побуждением было догнать Ника на лестнице и заставить его объясниться. Но она сумела удержаться. Единственным правильным решением было позвонить в бюро и попросить прислать нового упаковщика.

Сделав это, Фрэнсис предалась тягостным раздумьям. Что могло случиться у Ника? Она наивно думала, что сможет понять и оценить его. Как так получилось, что этот человек не чувствовал неприкосновенности чужой собственности? Правда, речь шла о старых бумажках и сломанных расческах…

И что это за дело, где речь идет о жизни и смерти? Неужели это было так важно, что он бросил ее в этом хаосе и убежал сломя голову? Возможно, у Ника неприятности? Может быть, он не в ладах с законом и скрыл это от нее?

Почему ему позвонили сюда? Кому он дал номер? Неожиданно Фрэнсис пришла в ярость. Почему Ник не посвятил ее в свои проблемы? Возможно, она могла бы ему помочь.

Фрэнсис было совершенно ясно, что Ник должен ей все объяснить. Он не мог просто так, без всякой причины бросить ее в процессе работы, и он не отделается простыми извинениями. Ему придется все подробно рассказать.

Девушке пришлось некоторое время поработать одной, пока не явился помощник, присланный из бюро. Некрасивый тип с соломенными волосами, однако оказавшийся неплохим упаковщиком. Придя, он сразу поинтересовался, нет ли здесь еще одного упаковщика.

— Нет, другого здесь нет, — заверила Фрэнсис. — Вы думаете, что не справитесь?