Сюзанна Форстер - Неприступная Эммелина

Джефф любовался ее локонами, он так смотрел на развевавшиеся на ветру пряди, словно хотел прикоснуться к ним. Впрочем, Эммелина с легкостью была готова ответить на его возможный комплимент – взъерошенные волосы Джеффа так и светились в лучах солнца. На этот раз на нем вместо джинсов были летние брюки цвета хаки и рубашка элегантного цвета ирисов, который эффектно контрастировал с его загорелой кожей. В солнечных очках Уэстон был похож на кинозвезду.

Мисс Прайс едва не расхохоталась. Она? С кинозвездой? Ее состояние было схоже с тем, которое Эммелина испытала, когда впервые увидела Джеффа в своем патио. Вот только тогда она просто испугалась, а сейчас, находясь рядом с Уэстоном в автомобиле, Эммелина нервничала от его близости. А уж когда они подъехали к Ла-Джолле, у нее просто перехватило дыхание, и мисс Прайс вынуждена была влюбиться во что-нибудь, хоть в город.

Джефф Уэстон сказал ей, что сначала они позавтракают в ресторанчике на вершине скалы, а потом не спеша прогуляются по Джерард-авеню, где расположены десятки бутиков. Но Эммелина уговорила своего спутника сначала пройтись по магазинам и там же перекусить. Потому что вечером они должны были обедать с каким-то приятелем Уэстона, биржевиком, и она не хотела наедаться за ленчем.

Каким-то чудом Уэстону удалось найти местечко для парковки на нужной улице, и они начали прогулку прямо оттуда. От модных бутиков Эммелина ничего особенного не ожидала, зато по-европейски узенькие, извилистые улочки города сразу же покорили ее сердце. Было невозможно не влюбиться в подвешенные к стенам и поросшие мхом корзины с цветами и в старинные уличные фонари. Впрочем, и в магазинах оказалось немало интересного. Между бутиками с одеждой они то и дело встречали художественные галереи, магазинчики, в которых торговали различными старинными вещицами, и базары с антикварной одеждой.

– Обрати внимание на клоунов, – сказал Джефф, когда они проходили мимо магазина детской одежды.

Витрина этого магазина была оформлена в виде арены старинного цирка, по которой передвигались живые клоуны, вот только догадаться о том, что это не игрушки-манекены, а люди, можно было лишь по блеску их глаз. Внезапно Эммелина почувствовала, как Джефф положил ей руку на талию, чуть подтолкнув в сторону от дороги. Как это странно – ощущать, что мужчина заботится о ней…

Эммелина решила не закалывать волосы после поездки в открытом автомобиле и почувствовала себя чуть ли не развратницей, когда откусила кусочек соленого кренделька. Они попробовали в кондитерской помадку из арахисового масла и полакомились восхитительными и нежными сырными палочками в открытом кафе.

На другой стороне улицы раздались гитарные переборы – там в честь пышного открытия нового магазина Гуччи шампанское лилось рекой. Эммелина сунула пакет с крендельками в сумку, и они с Джеффом вошли в ярко освещенное помещение. Бродя по множеству секций, они рассматривали модели новой весенней коллекции. Уэстон игриво предложил Эммелине примерить что-нибудь из одежды, но она и слышать не захотела об этом.

– Мое белье скромнее, чем эти наряды, – заявила она, когда Джефф снял с вешалки нежно-розовое платье из органзы.

– Цветы для дамы? – крикнул продавец цветов, когда они вышли из магазина.

Эммелина собралась было отказаться, но Джефф тут же схватил ее за руку, подвел к торговцу и купил ей букетик восхитительных фиалок. Расплатившись, Джефф сначала вытащил из букетика несколько ароматных фиолетовых цветков и только потом отдал остальные Эммелине.

– Цветы для прически дамы, – сказал Уэстон, явно намереваясь украсить ее волосы своими руками.

Эммелина ощутила странное волнение, когда Джефф приподнял шелковистую прядь ее волос, убрал ее назад и засунул цветы ей за ушко, которое, казалось, именно для этого и было предназначено. Продавец краем глаза следил за его действиями, да и остальные покупатели наблюдали за Уэстоном. Такое внимание ее, конечно же, смутило, однако она поняла, что это довольно приятно.

– Ну вот, теперь ты похожа на цыганку, – промолвил Джефф. – А мне, между прочим, всегда хотелось услышать предсказание судьбы.

Он указал на ближайшее кафе, в котором столики на двоих прятались под тенью больших солнечных зонтов. Они сели, и Уэстон заказал холодный кофе мокко со льдом и шапкой взбитых сливок. На вкус кофе напоминал шоколадный коктейль.

Одной рукой Джефф покачивал бокал с кофе, а другую протянул Эммелине ладонью вверх, и та с серьезным видом предсказала крутые перемены в жизни человека в солнечных очках. Уэстон потребовал подробностей, однако «гадалка» не стала открывать их.

Уэстон был гораздо откровеннее.

– А вот я предсказываю, что скоро на этой улице появится магазин «Бесценный».

– Честно говоря, я и сама пыталась представить это себе, – призналась мисс Прайс, – однако это нелегко. Да и ренту мне никогда не оплатить.

– Ты недооцениваешь привлекательности своего товара, – проговорил Джефф. Внезапно он схватил ее за руки и так сильно сжал, что мисс Прайс едва не вскрикнула. – Как бы я хотел сегодня пообедать с тобой наедине! – прошептал он.

День был поистине волшебным. У Эммелины голова пошла кругом, и в ответ она смогла лишь кивнуть. Ей тоже безумно хотелось этого. Больше всего на свете.

Увы, их желаниям не суждено было сбыться, и Джефф больше Эммелины сожалел об этом. Уже через пять минут после встречи с Майком, «биржевиком», Джефф подумал, что неплохо, если бы земля под Майком сейчас разверзлась и тот провалился прямиком в Китай.

Ресторан Уэстон выбрал за его сдержанную элегантность. Ему хотелось, чтобы Эммелина чувствовала себя непринужденно и полностью раскрылась перед Майком. Ему не стоило волноваться: мисс Прайс раскрылась, как коробка е подарками, в которую нетерпеливый десятилетний мальчуган, жаждущий получить приз, с готовностью сунул голову.

– Джефф говорил мне, что вы поклонница викторианского стиля, – начал разговор Майк. – Один мой родственник оставил мне собрание сочинений Пруста с автографом, и я хотел бы узнать, насколько это большая ценность.

– Как?! – восторженно воскликнула Эммелина. – Все семь томов?! Это же замечательно! Я могу назвать вам имена нескольких коллекционеров старинных книг. Ох! Это невероятно! Скажите же скорее, понравились ли вам его произведения? Скажите честно, нашли ли вы Пруста таким же скучным, как и я?

Рассмеявшись, Майк нацепил на нос большие квадратные очки в черепаховой оправе и, опершись локтями о стол, стал внимательно рассматривать Эммелину. Она улыбнулась, при этом ее густые бархатные ресницы затрепетали.