Аманда Браунинг - Женщина, которая боялась любви

– Ты способна заставить меня забыть о джентльменстве. Но по крайней мере я могу успокоить совесть, зная, что бывают случаи, когда ты тоже далеко не леди, – ловко парировал Лукас.

Она заподозрила в его словах двойной смысл, но предпочла не обращать внимания.

– Должна тебе сказать, что я уже много лет назад перестала лазить по деревьям.

– Какая жалость. А я привык наслаждаться, разглядывая твои длинные ноги в очень коротких шортах, которые ты обычно носила! – Он с сожалением вздохнул. В этот раз у нее и правда от его замечания перехватило дух. Лукас взглянул на нее с дьявольским блеском в глазах. – Как говорят американцы, увидеть такие ноги – и умереть.

Когда они входили в клуб, Меган почувствовала, как эти самые ноги дрожат и подгибаются. Она понимала, что Лукас хотел вывести ее из равновесия. Но все равно тело наполнилось жаром от мысли, что он восхищается ее ногами. Она напряглась, чтобы отбить подачу, но в это время к ним подошел мужчина в вечернем костюме, и момент был упущен.

– Добрый вечер, сэр, мадам. Вы будете обедать?

Лукас взял у Меган шаль и вручил мужчине.

– У меня на восемь тридцать заказан столик.

– Ресторан от вас налево. Надеюсь, вам понравится наша кухня. – Мужчина кивнул им обоим и удалился.

Лукас посмотрел в сторону прохода под аркой, откуда доносились взрывы смеха.

– Похоже, что бар переполнен. Если ты не возражаешь, мы пойдем прямо к нашему столику.

Ресторан представлял собой часть ночного клуба. Интимно освещенные столики окружали площадку для танцев, на которой уже скользило несколько пар под музыку группы, игравшей на сцене. Стены, растения и перегородки превращали некоторые столики почти в отдельные кабинеты. Хорошо для влюбленных, рассеянно подумала Меган. И не удивилась, когда официант подвел их к уединенному столику.

– Шампанское, как вы распорядились, сэр, охладили, – сказал официант, когда они сели. – Я могу принести его сейчас, если леди не предпочтет что-нибудь еще.

– Меган? – Лукас вскинул одну бровь.

– Леди хотела бы «стингер», пожалуйста.

Лукас заказал коктейли. Для нее «стингер» – виски с мятным ликером и со льдом, для себя «манхэттен» – виски с вермутом и прочим. Официант кивнул и вручил каждому пухлую папку с меню. Едва они остались одни, Меган поставила на стол локти и спрятала подбородок в ладонях. Машина обольщения Лукаса Кэнфилда пришла в действие. Губы Меган ехидно изогнулись. Механизм работал безотказно – сказывались годы практики.

– Шампанское? Такое безмерное внимание очень легко вскружит голову девушке. Если она не будет начеку.

Лукас подвинул стул, и расстояние, разделявшее их, отчаянно сократилось.

– Ах, Рыжик, но ведь мы оба знаем, какая ты осторожная. Когда дело доходит до теплых чувств, твоя голова командует сердцем.

Он не собирался уколоть ее. Просто констатировал факт. Откуда Лукасу было знать, что с ней так лишь потому, что существует риск, который она не готова принять? Кто-то должен быть сильным. Но хватит об этом. Дело касается только ее. И наплевать, кто что подумает!

– Ты уверен? – Меган встретила настойчивый взгляд голубых глаз.

– Я никогда не бываю уверен в женщинах. Они почти всегда удивляют меня, – сухо пробормотал он.

– Даже я?

– Было бы не похоже на правду, если бы я сказал – даже ты. Ведь я знаю тебя лучше, чем других женщин.

– Какой ты дипломат, – засмеялась она и изучающе осмотрела помещение. – Наверно, ты всех своих женщин приводишь в места вроде этого, – заметила Меган. Она только что столкнулась с разъяренным взглядом полной блондинки, сидевшей через несколько столиков от них. Сначала Меган опешила, но потом развеселилась, строя разные предположения. – Признайся, ты любишь ворошить потухающие костры? Вроде этого? – Меган показала головой в сторону блондинки.

Лукас бросил быстрый взгляд.

– Ах!

Угадав интригу, Меган вскинула брови и сладко улыбнулась.

– «Ах»? – Меган мысленно торжествовала, ожидая ответа и предвидя сцену ревности.

– Это Мона, подруга Сони. – Лукас моментально заметил ее злорадство.

Все ясно. Меган еще ярче засияла улыбкой.

– О, понимаю. У тебя было назначено с ней на вечер свидание, да? А ты отменил его, сказав…

– …что у меня деловая встреча. – Зубы ослепительно сверкнули в улыбке нераскаявшегося грешника.

Меган решила, что вечер приобретает дополнительный интерес.

– И теперь Мона знает, что это не так, и расскажет Соне. Ой, кажется, у тебя будут неприятности, да? Я и понятия не имела, каким волнующим может быть распутный образ жизни. – Она не сделала и попытки скрыть свое ликование. Ее сочувствие тонуло в иронии. – Чем тебе помочь? Хочешь, я подойду к ней и объясню, что я всего лишь хороший друг?

С веселым изумлением наблюдая за ней, Лукас жестом ее остановил.

– Побереги силы. Я сам могу объясниться. Я знаю, как справиться с такими женщинами, как Соня.

– И секунды не сомневаюсь. – В улыбке Меган появилось презрение. – Господи, у тебя же такой большой опыт!

При появлении официанта с коктейлями ответ замер на губах Лукаса. Он дождался ухода официанта и отбил подачу.

– Хотя ты сама, Рыжик, далеко не безукоризненно обращаешься с мужчинами, ты все равно оставляешь за собой право выносить суждения?

Можно было предвидеть, что он бросит ей в лицо встречное обвинение.

– Я не использую мужчин таким образом, как ты используешь женщин. Ты, Лукас, заботишься о них не больше, чем о своей машине, – осуждающе вздохнула она. А он еще шире заулыбался.

– О, напротив. В машине я вижу произведение искусства и соответственно отношусь к ней, – уточнил он, а Меган тотчас ощетинилась.

Из всей хамской мужской фразеологии это был перл!

– Женщина – больше чем тело, созданное для восхищения и украшения! – с презрением в голосе заявила она и поймала в его глазах огонек, открывший ей, что Лукас нарочно бросил приманку. На которую она с готовностью клюнула. Теперь он наблюдал, как она успокаивалась.

– Не правда ли, тебе хотелось бы командовать простым движением подбородка?

Он был увертлив, как змея, и слишком хорошо знал ее!

– Это не меняет того факта, что твоя репутация не внушает к тебе доверия.

– Я не несу ответственности за то, что предпочитают писать газеты и чему предпочитаешь верить ты, – спокойно заметил Лукас, потягивая коктейль.

– Значит, сообщения о твоих достоинствах сильно преувеличены? – бросила она вызов. В голубых глазах снова заплясали дьявольские огоньки.

– Как я могу ответить, не показавшись хвастуном? Позволь только сказать, что, когда я хочу женщину, она тут же начинает мурлыкать, как кошка.

Хотя Меган и чертовски хорошо знала, что он дразнит ее, дрожь пробежала по позвоночнику. И вовсе не от отвращения. Просто у Лукаса такая манера говорить и действовать, от которой в чувствах ее начинается полная неразбериха. Меган попробовала свой коктейль и лишь потом попыталась ответить.