Кейт Доули - Замуж за миллионера

— Если бы ты знала, что могут делать деньги, — протянул Уильям.

— Знаешь, мои родители совсем не бедные люди, но им этого не удалось.

— А кто они? — спросил Уильям.

— Папа владеет несколькими судостроительными верфями в Штатах, это основной их капитал, есть еще кое-что по мелочи! — отмахнулась Мэри.

— Так ты богатая наследница?

— Учитывая, что я несколько дней назад страшно рассорилась с мамой… — Мэри только покачала головой.

— Не волнуйся, — поспешил успокоить ее Уильям. — Вы обязательно помиритесь. Что случилось?

— Эта история началась еще до моего рождения, — грустно улыбнулась Мэри. — Она слишком длинная, чтобы всю пересказывать, в противном случае мы можем опоздать на сеанс. А этот фильм я не хочу пропустить!

— Тогда пойдем. — Уильям предложил Мэри руку, и она совершенно естественно оперлась на нее, так словно делала это всю жизнь.

Мэри вдохнула его завораживающий запах и почувствовала, что пол уходит из-под ног. Только усилием воли она взяла себя в руки и продолжила поддерживать разговор с Уильямом.

Весь сеанс он держал Мэри за руку, словно боялся, что она может исчезнуть. Когда свет включили, Мэри не могла точно сказать, что же ее разочаровало больше: конец прекрасного фильма или то, что их близость прервалась.

— Это было просто замечательно! — эмоционально воскликнула она.

— Я знал, что тебе понравится. — Уильям улыбнулся. — Как ты смотришь на то, чтобы зайти куда-нибудь и выпить чашечку кофе?

— Положительно! — отозвалась Мэри. Уверенным движением она взяла Уильяма под руку.

Этот жест казался ей таким естественным, что она даже и не задумалась, насколько прилично самой проявлять инициативу.

Мама была бы недовольна! — подумала Мэри и с трудом подавила смешок. Какая мне разница, что она подумала бы! Главное, что я рядом с Уильямом. Я даже и мечтать не могла, что у нас одинаковые пристрастия. Мы любим одни и те же фильмы, читаем одни и те же книги, даже предпочитаем одинаковый вид пирожных! И это не наигранно, как у Брайана! Уж я-то знаю, что он терпеть не может суфле, но ради меня готов есть его килограммами. Нужно, кстати, все же позвонить ему и извиниться еще раз. Заодно объяснить ситуацию.

— Что тебя беспокоит? — спросил Уильям, увидев, что она нахмурилась.

— Не важно! — отозвалась она, поднимая огромные фиалковые глаза на Уильяма.

Как и в первый раз, он был сразу же сражен этими прекрасными глазами. Он улыбнулся Мэри и нежно приобнял ее за плечи.

Как же мне хочется защитить тебя от всех бед! — подумал он. Как хочется прижать тебя к своей груди и держать так. Я буду благодарить судьбу до конца моих дней, если она позволит тебе засыпать на моем плече, а мне, просыпаясь, видеть твое лицо. Господи, я молю только об одном, пусть у меня хватит сил сказать ей эти слова! Пусть она узнает о том, что я чувствую, о том, какой пожар разожгла в моем сердце. Я люблю эту женщину и сделаю все, чтобы она была счастлива! — поклялся он самому себе.

— Ты тоже о чем-то задумался? — прервала его мысли Мэри.

— Только о тебе, — честно ответил Уильям. — С тех пор как я встретил тебя, я больше ни о чем не могу думать!

— Бедненький, как же ты живешь? — Мэри хихикнула и прижалась к нему.

— Ты права, я действительно забываю обо всем на свете, когда ты рядом! — Уильям нежно прикоснулся губами к ее виску. Он почувствовал, как тело Мэри отозвалось на эту ласку, как она потянулась к нему, точно цветок к солнечным лучам.

— Может быть, нам не стоит тратить время на кофе? — хриплым от напряжения голосом спросила она. — В конце концов, кофе можно сварить у меня дома.

Мэри развернулась лицом к нему, и Уильям вновь утонул в ее огромных глазах. Какая-то сила руководила им, заставляя забывать о правилах приличия, о том, что есть препятствия на пути их любви. Ничего и никогда не желал он так страстно, как эту женщину с волшебными аметистовыми глазами.

Уильям наклонился и прикоснулся к губам Мэри тем же легким движением, как и к виску всего минуту назад. Ее губы раскрылись навстречу ему. Уильям осторожно провел языком по ее губам и услышал в ответ тихий стон, такой тихий, что больше его никто не слышал. И он понял, что больше не может сдерживаться.

Может быть, утром я и пожалею о том, что торопил события, но если она не будет сегодня принадлежать мне, я сойду с ума! — подумал Уильям.

Он с трудом оторвался от сладких, словно первый мед, губ Мэри. Она слегка покачнулась, будто только что очнулась от сна, и удивленно посмотрела на него, словно призывая продолжать эту волшебную ласку.

— Скажи мне только одно: да или нет! — попросил ее Уильям.

— Да, — прошептала Мэри.

Она обхватила руками его шею и прижалась к губам в поцелуе, страстном, разрушающем плотину всех предрассудков и воспитания.

— Сегодня ты моя, — хрипло сказал Уильям, оторвавшись от ее губ.

— Сегодня и всегда, — прошептала в ответ Мэри.

6

Когда Мэри открыла глаза, за окном только занимался холодный зимний рассвет. Теплое дыхание Уильяма приятно согревало ей затылок. Мэри осторожно перевернулась, чтобы оказаться лицом к лицу со своим мужчиной. Теперь уж она не сомневалась в том, что Уильям принадлежит ей. Приятная истома разлилась по ее телу, как только она вспомнила прошедшую ночь.

Как же долго я искала тебя, Уильям! — подумала она, вглядываясь в черты любимого.

Мэри осторожно провела пальцем по жесткой складке возле губ, по тонкому, с легкой горбинкой носу, по чувственным губам. Потом обняла Уильяма и уткнулась носом в его плечо.

— Мне нравится, когда ты рядом, но сейчас мне ужасно щекотно! — услышала она его бархатный голос.

— Я тебя разбудила? Извини, пожалуйста. Просто не могла сдержаться!

— Доброе утро, Мэри, — весело сказал ей Уильям и звонко поцеловал в щеку.

— Доброе утро! — потянувшись, ответила она. — У тебя очень колючая борода, но мне нравится.

Уильям рассмеялся и потерся щекой о ее щеку.

— Мне так хорошо, что ужасно не хочется вставать, — призналась Мэри.

— Мне тоже. Готов поспорить, за окном лютый холод.

— Градусов пять выше нуля! — рассмеялась она. — Какой же это холод?!

— Мне тепло только в твоих объятиях! — Уильям крепко обнял ее и принялся покрывать лицо, шею, плечи поцелуями.

— Ну же! — Мэри осторожно оттолкнула его. — Прекрати немедленно! Ты же не хочешь, чтобы я сошла с ума от хохота?

— Но ведь ты сама щекотала меня две минуты назад! Я решил, что тебе это нравится.

— Я тебя не щекотала!

— А чьи это пальчики бродили по моему лицу? Дай-ка я попробую провести опознание. — С самым серьезным видом Уильям взял ее кисть и поднес указательный палец к своей щеке, затем провел им по носу и наконец прикоснулся к губам.