Кейт Доули - Замуж за миллионера

— Да, я тоже очень рада тебя слышать. Понимаешь, у меня возникли определенные проблемы, я не смогу сегодня пойти с тобой в ресторан.

— Почему? — удивленно спросил Брайан.

— Этого я тоже тебе объяснить не могу. Прости.

Несколько долгих секунд он молчал.

— Ничего страшного, — наконец сказал Брайан. Мэри почувствовала, что он борется с подступающими слезами. — В конце концов, мы с тобой не в последний раз видимся. Может быть, в следующие выходные ты будешь свободнее?

— Может быть, — словно эхо отозвалась Мэри.

— Тогда позвони мне обязательно, когда будешь знать точно свое расписание.

— Конечно, Брайан. — Мэри положила трубку и почувствовала, как неприятный скользкий комок подкатывается к горлу. Она даже представить себе не могла, что сейчас чувствует преданный ею Брайан. Преданный в который раз!

Долорес права. Мне давно следовало поговорить с ним и объяснить, что нам не следует даже оставаться друзьями. Эта дружба ни к чему хорошему привести не может. Если бы не я, Брайан давно бы нашел себе другую женщину и, возможно, был бы счастлив. Хотя могла бы я быть счастлива, если бы Уильям отказался от меня? Я ведь только что поняла, что без него для меня нет ни солнечного света, ни весны, ничего нет! Бедный Брайан!

Но при мысли о том, что Уильям назначил ей свидание, что он хочет быть с нею, Мэри почувствовала, как противный комок в горле рассасывается.

С другой стороны, если я могу быть счастлива лишь рядом с Уильямом, что же мне делать? Если Брайан действительно любит меня, он сможет понять!

Впервые в жизни Мэри не могла решить вечный женский вопрос «что надеть?». Она металась от легких платьев в кружевах, к теплым свитерам, джинсам и ботинкам на платформе.

Все же на улице почти зима, подумала Мэри и отложила в сторону изящную блузку из легкого шелка. Пожалуй, будет лучше, если я надену шерстяные брючки и тот милый свитерок из ангоры, что мне подарила Долорес. Она же всегда утверждала, что сиреневый цвет мне к лицу, вот и проверим.

Мэри надела облегающие, чуть расклешенные книзу брюки и легкий свитер, отделанный бисером. Она покрутилась перед зеркалом и осталась довольна результатом. Долорес как всегда оказалась права: сиреневый цвет делал глаза Мэри еще более выразительными, если такое вообще было возможно. Да и фарфоровая, словно светящаяся кожа позволяла ей носить оттенок, делающий многих похожими на мумии.

От приятного зрелища Мэри оторвал дверной звонок. Она игриво подмигнула своему отражению и пошла открывать.

Что со мной творится?! — думала она. Я почти не знаю Уильяма, но уже наряжаюсь для него так, как не наряжалась ни для кого на свете, даже для Фреда, за которого чуть не выскочила замуж, или для Дэвида… А все потому, что Уильям не похож ни на кого из них. Мне хочется, чтобы он любовался мною, чтобы считал меня самой привлекательной. Я хочу стать необходимой ему.

Мэри распахнула дверь и улыбнулась, увидев в руках Уильяма кремовые розы.

— Я решил, что это могло бы стать замечательной традицией, — пожал он плечами в ответ на ее невысказанный вопрос.

— Проходите, Уильям, — пригласила его Мэри. — Мне нужно поставить цветы в воду, а так я готова.

— Вы прекрасно выглядите! — восхищенно сказал ей Уильям. — Я даже жалею, что взял билеты в кино, а не заказал столик в ресторане.

— Почему же жалеете?

— Потому что все мужчины бы до смерти завидовали мне, покажись я там с вами, Мэри.

Мэри зарделась от комплимента и постаралась спрятать смущение, наклонившись к букету. Уильям понял ее замешательство и перевел разговор в другое русло.

— У вас просто замечательная квартирка.

— Вот только очень маленькая! — откликнулась Мэри из кухни, где наливала воду в вазу. — Хотя для меня одной ее вполне хватает.

— Здесь очень мило. Виден ваш прекрасный вкус, — похвалил ее Уильям.

— Правда? — вновь зарделась Мэри, входя в комнату с вазой и цветами.

Так получилось, что Уильям оказался у нее на пути и чтобы пройти к столику, где она собиралась поставить цветы, пришлось почти вплотную пройти возле него. Мэри почувствовала у себя на виске горячее дыхание, каждой клеточкой ощутила тепло его тела, его привлекательность.

Мэри заметила, как вздрогнул Уильям от этой неожиданной близости и как поспешно отошел в сторону, пропуская ее.

Мэри поставила цветы на столик.

— Вот я и готова. Пойдемте?

— Мэри, пока мы не вышли, у меня есть к вам предложение, — серьезным тоном сказал Уильям.

— Какое же? — удивленно спросила она, поднимая на него свои огромные фиалковые глаза.

— Давайте перейдем на «ты». Я привык ходить в кино с одной женщиной, а не с неопределенным количеством. «Вы» и множественное число меня угнетают!

Мэри весело рассмеялась.

— Хорошо, Уильям, теперь мы с тобой на «ты».

— Вечер определенно удался! — констатировал Уильям и подал Мэри руку. — Всего пять минут, а мы уже перешли к более доверительным отношениям.

— Если так ты хочешь отвертеться от кино…

— Как можно! — в притворном возмущении воскликнул Уильям. — Я взял билеты на прекрасный фильм. И вообще, я жадный, не могу выкидывать деньги на ветер.

— Ни за что не поверю!

— Вот посмотришь через несколько месяцев, — вырвалось у Уильяма, и он смущенно замолчал. Он и сам не ожидал, что скажет Мэри нечто подобное. Интересно, что бы сказал об этом Зигмунд Фрейд? — подумал Уильям. Это была не просто оговорка, я действительно хочу продолжать отношения. Я уверен, что буду с Мэри, пока она сама этого хочет. Вот только, боюсь, придется улаживать много вопросов…

— А что за фильм? — спросила Мэри, делая вид, что не придала значения его словам, но душа ее пела от счастья.

— Тебе что-нибудь говорит имя Тони Ричардсона?

— «Оглянись во гневе»?! Экранизированный спектакль по пьесе Осборна? — с восторгом уточнила Мэри.

— Именно! — Уильям удивленно посмотрел на нее. — Не думал, если честно, что ты увлекаешься кино!

— Если честно, не столько кино, сколько театром, — призналась Мэри. — Но крупных английских режиссеров я знаю.

— У меня дома есть копия Корды «Частная жизнь Генриха VIII»! — похвастался Уильям. — Я считаю, что ее должен посмотреть каждый интеллигентный человек.

— Боюсь, ты не будешь считать меня интеллигентным человеком, но я смотрела только «Леди Гамильтон». И не потому, что имею какие-то личные пристрастия, — усмехнулась Мэри.

— Ты, кстати, будешь не из тех ли Гамильтонов?

— Что ты! Я вовсе не имею никакого отношения к столь прославленной фамилии, — рассмеялась Мэри. — В свое время я не смогла найти копии «Частной жизни». Как ты ее нашел?