Фиона Харпер - Медовый месяц в Париже

— Я не знаю, Алекс. Я просто не знаю. Ты снова объявился, вывалил мне всю эту информацию всего за несколько часов… Нужно о многом подумать. Я вымоталась…

Он чувствовал, как под его пальцами дрожит ее тело. Алекс никогда не видел, чтобы Дженни была на грани потери самообладания.

— Почему бы тебе не поспать? — мягко спросил он и кивнул на широкую кровать в спальне.

— А ты?

Она обхватила себя руками.

Он одарил ее унылой улыбкой:

— Я останусь здесь, в гостиной. Мы поговорим снова завтра утром.

Она кивнула и удалилась в спальню. Прежде чем закрыть дверь, Дженни обернулась.

— Доброй ночи, Алекс, — сказала она и тихо закрыла дверь.

Долгое время он сидел на диване, стараясь придумать, как рассказать ей об остальном, потом вздохнул. Сейчас у него появилась надежда сохранить свой брак, но надежда очень слабая. Одно неверное движение, и он снова все испортит.

А вдруг, узнав обо всем, Дженни не совладает с собой? Если такое произойдет, жизнь Алекса рухнет. Он не мог игнорировать того факта, что опасности подвергнутся и он, и Дженни.

Дженни проснулась и почувствовала, как болит каждый мускул. Несмотря на физическую и эмоциональную усталость, вчера вечером ей все-таки удалось уснуть. Воспоминания и страхи, перемешанные с обрывочными образами, кружились в ее мозгу, оставляя ее озадаченной и дезориентированной. Честно говоря, после сна Дженни ничуть не чувствовала себя лучше.

Поднявшись, она отправилась принимать душ и обнаружила, что Марион принесла в номер ее чемодан и косметичку. Дженни надела удобные брюки и мягкий джемпер, а волосы собрала в хвост.

Алекс много раз видел ее взъерошенной и без косметики. Поэтому Дженни решила не наносить на лицо тональный крем, стараясь скрыть пурпурные круги под глазами.

Выйдя из ванной комнаты и заглянув в гостиную, она сразу же насторожилась, решив, что Алекс снова ушел. Может, он решил отплатить ей той же монетой? Но вот она услышала тихое дыхание и заметила руку, покоящуюся на краю дивана.

Она сделала несколько шагов вперед, не сводя взгляда со спящего. Алекс лежал в неудобной позе, ибо изящный диван был коротковат для человека его роста. Дженни не знала, то ли обидеться на него за то, что он даже не попытался пробраться в ее огромную кровать, то ли восхититься его галантностью.

Алекс дернулся во сне, и она шагнула назад, затаив дыхание.

Алекс открыл глаза. Не неторопливо и моргая, как делают некоторые люди. Он открыл их резко и широко. Он обладал раздражающей способностью быстро переходить из состояния сна в состояние бодрствования, в то время как Дженни требовался примерно час времени и пара чашек капучино, чтобы полностью проснуться.

Он мгновенно отыскал Дженни глазами, легко поднялся с дивана и провел руками по волосам, которые были так коротко острижены, что их не нужно было причесывать.

— Доброе утро, — тихо сказала она. А затем, когда молчание стало неловким, прибавила: — Хорошо спалось?

Он посмотрел на диван, потом на Дженни.

— Я поспал, и этого достаточно.

Дженни нервно ему улыбнулась. Что дальше? Чем они станут заниматься?

Она никогда не чувствовала себя неловко с Алексом, но после всего того, что произошло, ей казалось нереальным находиться с ним в одной комнате. В какой-то степени они снова стали незнакомцами. Она столького не знала о своем муже. То, что он вчера ей рассказал, всего лишь история, в которой фигурировали люди, даты, события. Впервые встретившись с Алексом, она считала, что понимает его на каком-то инстинктивном, элементарном уровне. Казалось, она узнала его в толпе, хотя они никогда прежде не встречались. Изменится ли отношение Дженни к Алексу после той информации, которую он ей предоставил? Она полагала, что не изменится, но сегодня утром все выглядело иначе, и она уже ни в чем не была уверена.

Ей хотелось облизнуть губы и непринужденно спросить его, что теперь им делать, но у нее пересохло во рту.

Алекс открыл рот, вздохнул, но не успел он и слова произнести, как в дверь осторожно постучали.

— Входите, — сказал он, совершенно не беспокоясь по поводу того, что их прервали.

Марион просунула голову в дверь и одобрительно им улыбнулась.

— Просто хотела вам сообщить, что в десять тридцать мы все собираемся в столовой на поздний завтрак.

Она выжидающе посмотрела на них.

Дженни и Алекс обменялись взглядами.

— Очень мило, Марион, — произнес Алекс, не сводя взгляда с Дженни, — но мы предпочтем позавтракать в тишине вдвоем.

Улыбка мачехи Дженни стала лучезарной.

— Превосходно! Увидимся позже, я так думаю.

Не попрощавшись, она закрыла дверь.

Алекс снова провел рукой по волосам и вздохнул — первый признак того, что он намного сильнее взбудоражен, чем предполагала Дженни.

— Можешь подождать меня здесь минут десять? — спросил он, мельком взглянув на дверь спальни. — Я приму душ.

Дженни молчаливо кивнула. Внезапно возникший в мозгу образ Алекса, принимающего душ, ничуть не способствовал развитию ее речевых способностей.

Он взял сумку, стоящую рядом с диваном. Должно быть, он принес ее из автомобиля, пока Дженни спала. Но, в конце концов, на то он и Алекс, чтобы подготовиться к любой немыслимой ситуации. А Дженни, напротив, всегда плыла по течению.

Она не заходила в спальню, пока Алекс принимал душ. Некоторое время спустя он вышел в гостиную, выглядя чрезвычайно соблазнительным и отстраненным. Он едва посмотрел в ее сторону, беря часы с серванта и обуваясь.

Дженни украдкой взглянула на свои часы. Почти восемь часов. К счастью, большая часть гостей со свадьбы, остановившихся в отеле, будет маяться от похмелья и не потащится на завтрак в такой час. Ей и Алексу удастся поговорить в относительной тишине. А поговорить они должны. Возможно, Дженни была уставшей и перевозбужденной вчера вечером, но ночью, ворочаясь в кровати, она не могла забыть о том, что Алекс не обо всем ей рассказал.

Ладно, теперь она понимает, почему ему нужно было поехать к Бекки. И, хотя она по-прежнему не была в восторге от произошедшего, она больше не боялась. И не важно, что две недели Дженни доводила себя до бешенства, стараясь выяснить, почему Алекс уехал и так задержался. Но ведь Алекс пребывал в состоянии неопределенности целых четыре года! На его месте Дженни уже давно бы свихнулась. Если Бекки было что сказать Алексу, чтобы облегчить душу перед смертью, значит, ему следовало ее выслушать. В конечном счете это принесло бы пользу недавно заключенному браку между Алексом и Дженни, если бы Алекс отпустил прошлое, но…

И все равно Дженни непонятно, почему он оставался в Лондоне почти неделю.