Фиона Харпер - Медовый месяц в Париже

Она задала еще один осторожный вопрос, побуждая его продолжать. Дженни радовалась тому, что он не заметил, как она перевела стрелки и устроила ему перекрестный допрос. Она подумала — не потому ли он позволяет ей задавать вопросы, что просто хочет выговориться?

Он начал рассказывать ей о том, как последующие несколько лет Бекки изо всех сил старалась наладить собственную жизнь. Благодаря любви и поддержке родителей Алекса она поборола пристрастие к наркотикам и снова начала ходить в школу. Ему было не обязательно говорить Дженни о том, почему он влюбился в Бекки; она поняла это по его взгляду. Несмотря на ужасное прошлое, Бекки оказалась смышленой и волевой девушкой. Было очевидно, что Алекс ею восхищался, и это восхищение вскоре переросло в любовь. И нисколько не удивительно, что он поспешил на помощь Бекки, когда узнал, что она ранена в автокатастрофе.

Дженни старалась не делать сравнений, но это оказалось невозможно. Чем дольше говорил Алекс, тем сильнее портилось ее настроение. Ведь вторая его жена обладала такими привилегиями, о которых девушка может только мечтать. И чего Дженни достигла? Как много силы воли она проявила? Немного. Ей пришлось дожить до тридцатилетнего возраста, прежде чем она осмелилась перестать жить за счет отца и начать собственную жизнь.

Неудивительно, что Дженни никто не уважает. Ее подростковый период растянулся до двадцати лет, и никто не ожидал от нее больших свершений. Она только и делала, что опустошала платиновую кредитную карту своего отца. И к тому моменту, когда Дженни стала доказывать свою состоятельность, ей пришлось узнать, что для завоевания людского уважения недостаточно нескольких престижных клиентов и собственного счета в банке. По мнению членов ее семьи — и, вероятно, по мнению большинства ее знакомых, — она была неисправима.

Дженни осушила бокал и наполнила его снова из бутылки, стоящей на журнальном столике. Вероятно, ей не следовало пить сейчас, ибо она уже достаточно заправилась в баре сегодня вечером, но для выслушивания подробного описания отношений Алекса и Бекки ей требовалась дополнительная стойкость и сила духа.

«Шампанское тебе не поможет», — прозвучал в ее голове тихий голосок.

Дженни не стало лучше даже после того, как Алекс сказал, что именно Бекки его бросила. Дженни понимала — он не остановится, пока не расскажет обо всем, но ей хотелось заткнуть уши. Она не желала знать о том, как сильно он переживал, когда Бекки оставила его, или как много лет ушло у него на то, чтобы прийти в себя после расставания с ней.

Что, если ему понадобилось больше четырех лет? Ведь именно четыре года назад они расстались.

Она посмотрела на Алекса и внутренне сжалась. Его взгляд говорил о том, что ей предстоит услышать нечто еще более важное…

Глава 5

Алекс уставился в потолок. Он постарался описать сложные отношения с Бекки всего несколькими предложениями. Дженни не нужно знать о его переживаниях, ей нужна информация. И он намерен ей ее предоставить.

— Мы поженились, будучи молодыми. Слишком молодыми, по мнению моих родителей. Я заканчивал аспирантуру. Нам обоим приходилось упорно трудиться, чтобы выжить. Но Бекки справлялась. И, честно говоря, мы были по-настоящему счастливы.

Дженни внезапно встала.

— Я думаю, мне нужно на свежий воздух, — сказала она. — Тебе не хочется освежиться? Давай откроем эти двери.

Не успел Алекс ответить, как она открыла балконные двери и вышла на маленький балкон. Мгновение он наблюдал, как она упирается ладонями в каменную балюстраду и глубоко вдыхает воздух, затем вышел из комнаты и присоединился к ней.

Холодало, но каким-то образом прохладный воздух приободрил Алекса, кровь быстрее побежала по его жилам.

— Продолжай, — сказала она, не глядя на него, а уставившись на залитую лунным светом деревню.

Повернувшись, он оперся о каменную балюстраду и пристально посмотрел на теплую комнату, из которой они вышли. Затем ногой закрыл балконную дверь, предполагая, что они недолго задержатся на холодном балконе, а комнату выстуживать не следует.

— После того как я выучился на адвоката, Эдвард предложил мне стать его партнером в адвокатской конторе. Это была фантастическая возможность для нас с Бекки. — Он повернулся, чтобы взглянуть на Дженни, но она по-прежнему смотрела на купавшиеся в лунном свете холмы. — Успех оказался палкой о двух концах. Я выиграл несколько крупных судебных дел, сделал себе имя в адвокатской среде. Бекки нравилось, как мы живем. Мы могли покупать красивые автомобили, отовариваться в эксклюзивных бутиках, а не на распродаже. Нас стали приглашать на вечеринки, связанные с моей работой, и от нас ждали, что мы будем приглашать к себе в дом моих коллег и клиентов.

Дженни нахмурилась и покосилась на Алекса:

— Похоже на сказку, а не на фильм ужасов.

Алекс кивнул. В то время он тоже так думал, но, будучи поглощенным работой, не замечал, что Бекки не справляется с обязанностями жены адвоката.

— Беспокойная жизнь, которую вела Бекки, не дала ей возможность многому научиться. Она внезапно оказалась в мире честолюбцев и преуспевающих дельцов и старалась быть им под стать. Но она настолько долго притворялась счастливой, что я не догадывался, как много шрамов на душе осталось у нее от прошлой жизни.

Дженни посмотрела на свои руки, лежащие на балюстраде. Алекс расценил ее молчание как побуждение продолжать рассказ.

— Несколько незначительных промахов во время важных мероприятий лишь усугубили дело. Когда она наконец дошла до точки кипения, то выплеснула все эмоции на меня. Она говорила о том, как мои сослуживцы смотрят на нее свысока; о том, какой одинокой она себя чувствует, когда мне постоянно приходится отменять наши запланированные вечера вместе; о том, как я одержим работой… — Он задержал дыхание, затем медленно выдохнул. — Доктор диагностировал у нее депрессию. Мы обратились за помощью к специалистам. Она самостоятельно посещала психотерапевта… Какое-то время казалось, что ей стало лучше.

Он умолк. Да, Бекки снова начала улыбаться. Алекс побуждал ее заводить новых друзей и радовался, когда она прислушивалась к его мнению. Одновременно с этим он стал замечать, как она от него отдаляется, но списал это на последствия депрессии. Они даже попытались создать настоящую семью. Алекс знал, что Бекки станет хорошей матерью. Да, у нее были проблемы, но она обладала золотым сердцем.

По меньшей мере, так он полагал в то время. Информация, которая всплыла после смерти Бекки, заставила его задаваться вопросами об адекватности своей первой жены. Он никогда не думал, что она окажется такой жестокой и эгоистичной.