Сандра Мартон - Месть Коула Камерона

– Сейчас натяну джинсы и майку, и мы поедем в город.

– Элис уже купила мне гамбургер, – возразил Питер.

Фейт растерянно кивнула.

– Мы можем поесть мороженого...

– Мам, сейчас же почти ужин!

– Разве? – Фейт окончательно растерялась: действительно, с утра прошла уже целая вечность, но Фейт было не до того. Что же делать? – Мы все равно поедем в город. Купим жареных цыплят и видеокассету и устроим отличный ужин.

Это звучало беспомощно, но Фейт нужно было любой ценой избавиться от Коула и его странного взгляда.

Питер посмотрел на нее.

– Звучит забавно. – Он перевел взгляд на Коула и улыбнулся. – Ты хоть что-нибудь понимаешь? Я – нет. Еще с утра у меня не было никакого дяди.

– У меня тоже не было племянника. С утра. Так что мы квиты.

– А ты чей брат, мамин или папин? Ведь дядя – это брат кого-то из них. Так?

– Питер, – перебила Фейт, – ты бы начал собираться...

– Ты прав, Пит. Я брат твоего отца.

– А. – Лицо Питера стало печальным и торжественным. – Он умер. Ты уже слышал?

– Да. – Коул сжал губы. – Да, я знаю.

– Так ты поэтому приехал? Потому что умер отец? Чтобы позаботиться о нас с мамой?

– Питер! – строго сказала Фейт. – Нельзя задавать так много вопросов!

– Незнакомым людям нельзя, – возразил Коул. – Но я его родня... Хотя ты и скрывала это от меня.

– Пожалуйста, – она бросила на него умоляющий взгляд. – Не будем говорить об этом сейчас!

– Не будем. Но ручаюсь, позже мы об этом поговорим.

– О чем? Если ты хочешь остаться здесь и... Питер, – Фейт с трудом изобразила улыбку, – ты едешь со мной или нет?

– Ну конечно! – И Питер снова повернулся к Коулу. – А как мне тебя называть? Коул или дядя Коул?

– Сойдет и просто Коул.

– Чудесно, – жизнерадостно заключила Фейт. – Просто чудесно, что вы двое встретились. Нехорошо задерживать Коула, у него дела. Ты ведь собирался уходить, когда...

– Да, – задумчиво подтвердил Коул. – Я как раз собирался посмотреть, продают ли еще жареных цыплят на Главной улице. Когда вы обсуждали свои планы на вечер, я понял, что все еще продают.

– Ну да... продают... но...

– Смешное совпадение, да? Я мог бы съездить туда, купить все, что нужно, и поужинать с вами. Что скажешь, Пит?

– Нет, – выпалила Фейт и тут же поправилась: – Спасибо, Коул, но мы не можем тебя утруждать.

– Никто никого не утруждает. – Его глаза смотрели на нее все тем же холодноватым взглядом. – В конце концов, мы семья.

– Мам, ну мы же правда семья...

Слова сына заставили Фейт заколебаться.

– Я бы с радостью, но... ужинать еще рановато.

– Ты же сама сказала, что можно! – обиженно возразил Питер.

– Давай, Фейт, – поддержал Коул, – соглашайся, пока не поздно.

Она почувствовала себя загнанной в ловушку.

– Это же... это же обычный ужин. И детское кино. Ты умрешь от скуки.

– С тобой не соскучишься, – заметил Коул с особенным выражением.

Фейт вспыхнула.

– Хорошо! – Она постаралась говорить холодно. – Делай что хочешь. Поезжай в город за цыплятами и фильмом, а мы с Питером подождем.

– Только ты. Питер едет со мной.

– Нет.

– Он покажет мне, где видеопрокат.

– Точно! – Питер едва не скакал от восторга. – Знаешь, что мы сделаем?..

– Вы что, оглохли? Я сказала «нет».

Фейт все больше злилась. Как он смеет вторгаться в ее жизнь? Она никогда ему этого не позволит, и чем раньше он это поймет, тем лучше.

– Мой сын останется со мной. – Фейт сделала шаг вперед и положила руки на плечи сына. – С тобой я его не отпущу. Я еще не сошла с ума! Питер не будет...

Не будет таким , как ты. Но разве можно это говорить сейчас, вслух? И она сказала первое, что пришло в голову:

– Ему еще рано ездить на мотоцикле.

– На мотоцикле? Ого! – Кажется, Коул вызывал у мальчика все больший восторг. – У тебя есть мотоцикл? Где? Я не видел его снаружи. Там только длинная черная машина, на ней нарисована кошка.

– А ты наблюдательный парень! – Коул бросил на Фейт еще один насмешливый взгляд. – Это «ягуар».

Ловушка захлопнулась.

– Мам, можно я поеду с Коулом? Ну пожалуйста!

Все внутри нее говорило «нет», все кричало: «Скажи Коулу, что это твой дом! Пусть убирается! Немедленно!» Но для Коула ее требование ничего не значит. И рядом стоит Питер. И он счастлив. Впервые за последнее время.

– Ладно, поезжайте. – Фейт обняла своего сына еще раз и прошептала: – Я люблю тебя.

– Я тоже, – сказал Питер, но все его мысли были о предстоящей поездке. Он освободился из ее рук и скорчил Коулу рожицу. – Мы сделаем покупки, а мама как раз оденется.

Коул окинул ее взглядом.

– Устами младенца... – теперь он говорил даже примирительно. Их глаза встретились. – Знаешь, Фейт, мне только что пришло в голову... Ты ожидала, что я приду? Может, Джерген позвонил тебе и сказал, что я загляну? И ты поспешила соответственно одеться?

– Что такое «соответственно»? – полюбопытствовал Питер.

– Это слово, которое говорят взрослые, если имеют в виду, что кто-то сделал что-то вполне сознательно, – пояснил Коул.

– У этого слова совсем другое значение, – натянуто произнесла Фейт.

Коул улыбнулся фальшивой улыбкой. Когда он повернулся к Питеру, она стала настоящей и теплой. Он взял мальчика за руку, и они скрылись за дверью.

Поездка в город и обратно занимает полчаса. Если цыплята не готовы – около сорока минут. Ну еще чуть-чуть, если Питер, как всегда, копается, выбирая фильм. Но не два же часа! Фейт в ужасе металась по комнате. Где Питер? Где Коул? Как она могла отпустить с ним ребенка? Как бы он ни изменился, ему нельзя доверять! С ее стороны это было вдвойне глупо. Он ведь приехал за наследством Теда, не больше. Узнал, что у нее есть ребенок, и забрал его. Что же она наделала?

Если Коул чего-то хочет, он не смотрит на средства. Сегодня ему захотелось произвести впечатление на Питера. И она позволила ему забрать мальчика, потому что он сумел его развеселить этими глупыми жареными цыплятами, дурацким фильмом и катанием на машине.

Такие мысли крутились в голове Фейт, когда зазвонил телефон. Она схватила трубку.

– Где вас черти носят?

Коул засмеялся.

– Где твое радушие?

– Где твоя совесть? Ты знаешь, сколько времени?

– Пожалуй, мы немного задержались.

– Немного? – Фейт почувствовала, что срывается на истерику, и сделала несколько глубоких вдохов. – Где вы сейчас?