Лилиан Пик - Любовь и грезы

Она вдруг почувствовала вокруг себя уязвляющую и колющую ее тишину и подняла глаза. Ее обеспокоила сама холодность атмосферы.

— Кажется, теперь нам надо хорошенько думать, что говорить, — резко заметила Энн. — Тяжело жить, имея под боком племянницу важной шишки. Все равно что постоянно включен микрофон — от нас к ним.

Кэролин закусила губу:

— Простите меня. Впредь я буду более осторожной.

Никто ей не ответил, и в комнате повисла гнетущая тишина. Одним махом она, казалось, превратила себя в чужака. «Шпион на рабочем месте» — вот как они все о ней думают, от главного библиотекаря до самого последнего сотрудника. Кэролин начинала думать о том, долго ли она сможет это выдержать.

Днем ее вызвала мисс Блейн, и перегородка, за которой она сидела, скрыла Кэролин от настойчивых взглядов всех остальных. Они еще не простили Кэролин того, что она выдала их секреты, и этот вызов дал ей возможность хоть ненадолго скрыться от их молчаливого бойкота.

Мисс Блейн улыбнулась и пригласила ее садиться.

— Мистер Коутс думает, что вам пора приступать к другим, как он выразился, более производительным обязанностям, к таким, при которых ваш интеллект был бы, так сказать, более востребованным. Как вы на это смотрите?

— Ах, это было бы просто прекрасно, мисс Блейн. Что-нибудь вроде… вроде каталогизации? — осмелилась спросить она.

Мисс Блейн рассмеялась.

— О Боже, конечно же нет! В конце концов вы непременно дойдете до этого, но сейчас, конечно, еще рановато. Нет, мистер Коутс решил, что вы бы могли заняться тем, что мы называем инвентаризацией. В библиотеке, — вы, конечно, знаете это, если когда-нибудь брали там книги, — каждой книге придается свой номер и серия. Затем на книги наклеиваются карточки, и мы вносим всю информацию о ней в каталожную карточку. Или же мы получаем уже напечатанные карточки из центрального каталога. Эти карточки обозначаются по теме и автору книги, и мы отправляем их на книговыдачу, где посетители пользуются ими, когда им нужно получить необходимую книгу. У нас также есть единый каталог, который содержит информацию обо всех книгах, имеющихся в фонде. — Она повернулась к Перл: — Передаю мисс Лайл в ваши руки, мисс Метьюз. Не могли бы вы объяснить ей эти вещи?

Перл с удовольствием оторвалась от своей собственной работы и показала Кэролин, как наклеивать карточку на заглавную страницу каждой книги. Эта карточка указывает название дочерней библиотеки, в которую посылается книга, время, в течение которого книга может удерживаться читателем, предупреждения о штрафах и инструкции о продлении срока пользования.

— Будь очень внимательна, когда работаешь с большими справочниками. Некоторые из них чертовски дорогие, — закончила она.

В конце рабочего дня Перл спросила у Кэролин, чувствует ли она себя на новой работе более счастливой, и была довольна, когда Кэролин ответила:

— Спасибо, намного. Я чувствую, что теперь хотя бы куда-то продвигаюсь.

Перл рассмеялась:

— Это уже кое-что.

— В любом случае, — сказала Кэролин, — это намного лучше, чем распаковка пачек.

На выставку Кэролин надела свое черное вельветовое платье. Глубокий вырез придавал ей вид искушенной модницы, и ей было интересно, какова будет реакция Ричарда Хиндона, когда он увидит ее в этом платье. Это могло бы его потрясти и даже шокировать, но он, безусловно, ее заметит. Она обернула косы вокруг головы, подобно короне, и это добавило ей очарования.

Она ощущала некоторое беспокойство, потягивая коктейль и чувствуя руку Шейна на своей талии. Она приветственно помахала своей тете, которая была неотразима в белом платье. Остин стоял рядом с ней и, кажется, получал удовольствие от беседы с коллегой по городскому совету. «Итак, дядя вернулся», — подумала она, и ее сердце дрогнуло.

«Где же Ричард Хиндон? — думала она. — Ага, вон он, рядом с Розанной». Та пристально смотрела ему в глаза, как ей, видимо, казалось, гипнотическим взглядом и, похоже, упивалась его словами, как будто они были нектаром. Наверное, они действовали на нее подобно алкоголю, ибо она вдруг качнулась и ухватилась за его руку, как бы нуждаясь в поддержке. Кэролин смотрела на нее и едва не хохотала над ее бесхитростной тактикой.

Ричард улыбнулся секретарше с высоты своего роста, и Кэролин почувствовала укол какой-то неожиданной ревности, что трансформировало ее прежнее выражение в сердитый взгляд. В этот момент он поднял голову и увидел ее. Она слегка улыбнулась какой-то неестественной улыбкой. Он поднял брови в ответ на ее провокационный взгляд, и она, вспыхнув, вновь вернулась к разговору с Шейном, который реагировал на происходящее своим выразительным взглядом в не меньшей степени, чем словами.

— Если ты будешь выглядеть так весь вечер, моя конфетка, то я и не притронусь к приготовленному ужину. Ты такая вкусненькая, что съем-ка я лучше тебя. Так что берегись! — Глаза его рассеянно бродили по комнате. — Мне придется тебя вскоре ненадолго оставить, чтобы сделать свой обход. Надо совместить приятное с полезным и умаслить моих возможных богатых клиентов. — Его взгляд стал внезапно узким и избирательным. — Пожалуй, их тут будет предостаточно. — Тут его глаза остановились на Ричарде Хиндоне. — А что это за женщина с твоим шефом?

Кэролин объяснила ему.

— Боже, не разделяю я его вкуса в женщинах! Говоришь, она вдовушка? Тогда она должна знать: чтобы клеить мужчин, надо действовать чуточку потоньше. — Он поцеловал Кэролин в щеку. — Присоединюсь к тебе позже, дорогая.

Она осталась одна. Ей надо было как-то избавиться от воздействия сардонического выражения, которое сквозило в глазах Ричарда Хиндона. Она с радостью бросилась к своему дяде, протянувшему ей руку.

— Кэролин, дорогая, познакомься с Хэркуртом Уэслером, художником и скульптором. Он будет открывать эту выставку. Хэркурт, моя племянница Кэролин.

Их глаза встретились. Его глаза, ярко-голубые, пронизывающие, сразу приковали ее внимание. Он поднял ее руку для поцелуя в куртуазной манере, которая несколько дисгармонировала с его одеждой. Несмотря на его старомодные манеры, его костюм определенно выдавал в нем художника именно в современном смысле этого слова. Говорил он с легким акцентом.

— Ваша племянница — очень красивая девушка, — сказал он, наклоняясь над ее рукой и возвращая ее с таким выражением, как будто она была выточена из слоновой кости. — А ее волосы — какой несравненный цвет!

Дядя пододвинулся поближе к нему и сценическим шепотом произнес:

— И под ними тоже кое-что имеется, поверьте мне. Мозгов у нее хватает. Университет закончила! — Он ткнул себя пальцем в грудь: — Я об этом позаботился.