Мэхелия Айзекс - Летняя ночь

Когда за поверенным закрылась дверь, Николь хотела было ускользнуть в свою комнату, но Райан встал у подножия лестницы, преградив ей путь.

– Что ты собираешься делать?

– Это тебя не касается, – вскинула голову Николь.

– Ты хочешь поехать проститься с отцом?

– Послушай, Райан, не надо на меня давить. Я понимаю, теперь ты здесь верховодишь, но если я решу поехать проститься с отцом, то сама все организую, так что спасибо.

– Ну что ты делаешь? – простонал Райан. – Я всего лишь предложил отвезти тебя. Ну хорошо, – сдался он, – раз уж ты настаиваешь, то возьми хоть мою машину.

Николь сделала попытку обойти его.

– Нет, спасибо.

– Но почему?

– Я возьму такси.

– Ах вот как? – Райан оглядел ее почти с жалостью. – И ты всерьез рассчитываешь найти водителя, который притащится сюда из Кемдена, потом отвезет тебя туда и привезет обратно?

– Ну и что в этом такого? – огрызнулась Николь.

– Надо смотреть на вещи трезво. Тут не Штаты. Ты что, в окно не выглядывала? Дорога плохая. Может, тебе и удастся уговорить какого-нибудь лихача, но я бы на это не рассчитывал.

– Тогда я не поеду, – пожала плечами Николь.

– Давай хотя бы согласимся на компромисс. Я не даю кому попало свою машину. Возьми ее, и дело с концом.

– Я же не знаю твоей машины, – внезапно заколебавшись, нерешительно произнесла Николь. – Дорога скользкая. Мне вовсе не улыбается врезаться в дерево или еще что-нибудь. Я видела твою машину, это дорогая игрушка.

– Да черт с ней, – нетерпеливо рявкнул Райан. – Меня гораздо больше беспокоит, что ты можешь покалечиться сама.

– Спасибо за заботу, – скривила губы Николь.

– Ну так что ты решила?

– Наверное, все же будет лучше, если ты меня отвезешь, – согласилась Николь, понимая, что выбора у нее, в сущности, нет. – Если тебе больше нечего делать.

– А если есть? – Райан раздраженно закатил глаза.

– Но ты же сам сказал…

– Ладно, иди надевай пальто. А я заведу машину.

Николь взяла из шкафа длинное серое кашемировое пальто и надела его поверх теплого свитера и шерстяных брюк. В сапогах на толстой подошве можно было быть уверенной, что ноги останутся сухими. Схватив сумочку, Николь поспешила вниз.

Решив сказать тете, куда направляется, Николь зашла на кухню. Беатрис что-то пекла. Увидев племянницу, она спросила:

– Ты куда это?

– Я… в общем, я еду в Кемден с Райаном, – неловко произнесла Николь. – Это ничего?

– Магнус Харди уже уехал?

– Да… только что. – Николь так нервничала из-за предстоящей поездки с Райаном, что начисто позабыла про поверенного. – Извини, что тебя не предупредила.

– Ну и? Ты мне сообщишь, что он тебе сказал?

– Да, конечно. – Николь нахмурилась, стараясь припомнить, о чем, в сущности, шел разговор. – Ему, по-видимому, позвонила Амелия и сказала, что она настолько плохо себя чувствует, что не сможет присутствовать на похоронах.

– Что?

– Он так сказал, – подтвердила Николь. – По-видимому, она заявила, что прикована к постели.

– Впервые об этом слышу.

– Я тоже ему так сказала, – поморщилась Николь. – По-моему, она утверждает, что доктор прописал ей постельный режим.

Беатрис не стала этого комментировать.

– Он только ради этого и приехал?

– Нет. – Николь облизнула губы. – Он хотел выразить соболезнование и… спросить, не желаю ли я проститься с папой.

– Вот оно что. – Тетя кивнула, а Николь запоздало спохватилась, что Беатрис, наверное, тоже хотела бы поехать. – Поэтому Райан и везет тебя в Кемден?

– Да, – отозвалась Николь и нерешительно спросила: – Может, ты тоже хочешь поехать?

– С какой стати? – покачала головой Беатрис. – Я ведь была здесь, когда беднягу увозили.

Николь вздохнула.

– Я как-то об этом не подумала.

– Неважно. – Беатрис с тревогой оглядела племянницу. – Ты сама справишься?

– Конечно. – Николь ухитрилась придать голосу бодрость. – Кто-то же должен сохранять присутствие духа. По словам Райана, его мать никак не может смириться с утратой.

– Утрата! – презрительно фыркнула Беатрис. – Эту женщину никогда ничто не заботило, кроме собственной шкуры.

– Не надо так! – Николь уже больше не могла выносить враждебности. По крайней мере, сейчас. – Наверное, для нее было ужасно обнаружить папино… тело, ну и вообще.

– Как скажешь, – пожала плечами Беатрис.

– Ох, тетя Би, знаю, ты ее никогда не любила, да и я тоже, но теперь мы все должны сплотиться, правда?

– Хорошо сказано, – заметил вошедший в это время на кухню Райан. – Ты готова?

6

Когда они вышли из морга, светило солнце.

В Кемдене оттепель чувствовалась сильнее, чем в Плейн-лодже, и лишь время от времени попадавшиеся на обочине дороги подтаявшие сугробы напоминали о буре, бушевавшей на прошлой неделе.

Райан видел, что Николь рада солнцу. Он догадывался, что она пожалела о своем приезде сюда: ведь неподвижное, ссохшееся тело, лежавшее в гробу, так мало напоминало яркого и жизнерадостного человека, каким был ее отец.

– Ты как, в порядке? – спросил Райан, садясь за руль джипа.

– Все нормально, – после паузы произнесла Николь, словно догадавшись, что Райан ждет от нее каких-то слов. – И… спасибо, что поехал со мной.

– Не за что, – слегка скривил губы Райан, не особо поверив в ее искренность, но не считая нужным сейчас разводить дискуссии. – Ну что, назад в Плейн-лодж?

– Я серьезно. – Прежде чем Райан положил руку на рычаг передач, Николь сняла перчатку и тронула его за рукав. – Я рада, что была не одна.

От этого легкого прикосновения тонких пальцев Райана словно ударило током. Его пульс участился, Райан слышал, как он отдается в мозгу, и с трудом подавил стон протеста. Господи, да что с ним происходит? Это ведь всего лишь Ники! Детские чувства, которые он к ней испытывал, давно прошли, и то, что он сейчас ощутил физический отклик, противоестественно.

Что-то в его поведении заставило Николь убрать руку, однако жар, охвативший Райана, не прошел. Напротив, когда он сжал руль, то почувствовал, что его плоть восстала.

– Ты мне не веришь? – спросила Николь, и Райан облегченно вздохнул.

Слава Богу, она не поняла, почему он так странно себя повел.

– Он выглядит таким… умиротворенным, правда? – продолжала Николь.

– Да.

Райан с трудом оторвал взгляд от ее нежных губ и тронул джип с места. Убедившись, что дорога свободна, он выехал на трассу. К счастью, машину он водил автоматически и ему не требовалось прилагать умственных усилий, ибо в голове у него царил полный хаос.

– Я подумала… – Николь явно не понимала, что с ним творится. – Может, мы где-нибудь пообедаем?