Ивонн Линдсей - Тайна розового бриллианта

Тогда она твердо верила, что если они займутся любовью, то все будет хорошо и она станет его девушкой. Но все оказалось не так. Рейчел сильно ошибалась. И теперь ошибается. Они два раза пытались заняться любовью, и он после этого еще больше отдалился от нее.

Рейчел аккуратно повесила полотенце на крючок и вышла из ванной комнаты. Она решила показать ему всем своим видом, что осталась совершенно равнодушной к произошедшему.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Внизу, в гостиной, она увидела Мэтта и Блейка. Они сидели на полу, склонившись над паззлами. Когда Рейчел вошла в комнату, Мэтт поднял голову. Он уже был в джинсах и толстом вязаном свитере и выглядел слишком сексуальным для ее потрясенных чувств.

— Я собираюсь пойти с Блейком на пляж, а ты можешь сделать перерыв и переночевать у себя дома.

Молодая женщина потеряла дар речи. Она не ожидала такого откровенного предложения убраться. Рейчел уже была готова согласиться, но вдруг Блейк подбежал к отцу и что-то прошептал ему на ухо.

— Нет, сынок. Рейчел надо побыть одной. — Голос Мэтта звучал твердо.

Блейк надул губы.

— Я хочу, чтобы Рейчел была с нами! Хочу, хочу!

— Не упрямься, Блейк, — решила Рейчел вмешаться. — Вы с отцом пойдете на пляж, там покормите чаек. Но вам надо поторопиться. Возможно, будет дождь.

Мэтт смотрел в сторону, нахмурив брови.

Рейчел пришла в голову еще одна идея.

— А ты сообщил новость своим родителям?

— Нет, я собираюсь позвонить им вечером. А почему тебя это интересует?

— Я могу приготовить праздничный ужин. Мне это не составит никакого труда. Почему бы тебе не пригласить сегодня родителей? — Будь она проклята, если покажет ему, насколько ей больно. — Поверь, это очень просто. Блейк поможет мне накрывать на стол, а ты отправишься за родителями. Ведь ты знаешь, как твоя мать не любит водить машину в такую погоду.

На секунду Рейчел показалось, что Мэтт все же откажется и настоит на ее отъезде, но она спокойно выдержала его жесткий взгляд.

— Хорошо. Я сейчас им позвоню.

Он направился в свой кабинет, а Рейчел с трудом перевела дыхание. Она протянула руку Блейку.

— Пойдем, милый. Будем готовиться к приезду бабушки и дедушки.

Родители Мэтта были счастливы услышать новость о результатах теста. Но вместе с тем возник неловкий момент, когда Катарина увидела на обеденном столе четыре столовых прибора.

— А ты разве не будешь есть с нами? — спросила Катарина.

— Нет, спасибо, миссис Хаммонд. Я поем на кухне, — сказала Рейчел, ставя на стол поджаренную курицу и соус из цуккини.

— Не делай глупостей, ты, можно сказать, член нашей семьи. Разве нет, Мэтт?

Мужчина оторвал взгляд от Блейка, которого усаживал за стол.

— Если Рейчел хочет поесть на кухне, то это ее выбор, мама.

Рейчел изумленно взглянула на него. Мог бы хоть из вежливости поуговаривать!

— Это смешно, — вновь запротестовала Катарина, направляясь к серванту, чтобы достать еще один комплект столовых приборов. — Ты так старалась, чтобы приготовить эту замечательную еду. И самое меньшее, что ты заслужила, — это насладиться вместе с нами. — Она бросила на сына многозначительный взгляд и похлопала Рейчел по руке.

Несмотря на обескураживающее начало, обед в целом удался. После еды все немного посидели за столом, не желая прерывать теплый и душевный разговор. Затем Катарина вызвалась искупать Блейка и уложить его в постель. Рейчел направилась на кухню, чтобы приготовить кофе и помыть посуду. Она удивилась, когда обнаружила, что Катарина пришла вместе с ней.

— Рейчел… Могу я с тобой поговорить? — спросила она.

— Конечно, — ответила Рейчел, ополаскивая тарелку.

— Я хочу всего лишь поблагодарить тебя.

Рейчел смутилась.

— Поблагодарить? За что?

— За то, что побудила Мэтта сделать этот тест. — Катарина подняла руку, предвидя протест Рейчел. — Я знаю, насколько он упрямый, поэтому тебе нелегко было убедить его сделать тест и получить доказательства, чтобы избавиться от…

— Избавиться?..

— Избавиться от всех этих мерзких подозрений. Мысль об измене Марисы не давала ему спокойно жить. А теперь он изменился буквально на глазах.

Рейчел кивнула. Она и сама видела разницу между прежним Мэттом и Мэттом сегодняшним, когда он возился с Блейком. И как бы он это ни отрицал, былое подозрение накладывало отпечаток на его обращение с сыном.

В половине десятого вечера Катарина уложила переутомленного ребенка в постель, а около десяти супруги уехали домой, настояв на том, что они возьмут такси. Рейчел расставляла посуду по полкам, собираясь вскоре отправиться спать, когда на кухню вошел Мэтт.

— Я тебе зачем-то нужна? — спросила она и мгновенно пожалела о своих словах.

Ведь они уже договорились о том, что она нужна ему лишь как няня его сына. Но где-то в глубине души Рейчел хотела верить в чудо — хотела верить, что он раскроет перед ней свои чувства и перестанет отрицать их перед самим собой.

— Я хотел поблагодарить тебя за сегодняшний вечер. Пригласить мать и отца оказалось отличной идеей. Старики были искренне рады этому, и, как ты видела, они на небесах от счастья оттого, что вопрос с моим отцовством решен.

— Хочешь ли ты сделать заявление в прессе? По крайней мере, чтобы прекратить пересуды о вас двоих.

— Я поговорю с нашими сотрудниками из отдела по связям с общественностью, и мы примем наиболее оптимальное решение.

— Хорошая мысль. — Рейчел вытерла руки о полотенце и повесила его на крючок. — Мэтт…

— Да?

— Что заставило тебя изменить твое решение и все-таки пойти на этот тест? — Она безумно надеялась на то, что он сделал это ради Блейка.

— Несколько причин. — Мэтт отодвинул стул от кухонного стола и сел, жестом приглашая Рейчел сделать то же самое. — Частично я сделал этот тест с целью прекратить всякие домыслы, но большей частью для того, чтобы больше никто не посмел заявить свои права на ребенка. Я никому не позволю забрать его у меня.

— Но почему кто-то…

— Мариса перед смертью подала на развод. Она собиралась установить полную опеку над ребенком.

Рейчел была ошеломлена.

— Она? На развод? И как ты узнал об этом?

Мэтт сглотнул, и она увидела, как мускул дернулся у него на лице. Глаза его были холодно-серого цвета, словно неотполированное серебро.

— Я узнал это из газеты, которую купил по дороге из морга, в котором лежало ее тело. Ирония судьбы, не так ли? — Он криво усмехнулся. — Ее смерть предотвратила самую подлую вещь, которую она смогла бы сделать, — лишить меня любимого сына.