Новый год. Семья вдребезги - Юлия Ильская

class="p1">— Как нет?! — она вскакивает. — Сегодня тридцать первое! Новый год! Ты хоть понимаешь?!

— Понимаю. Но денег нет.

— ТРИСТА РУБЛЕЙ?! — она кричит. — На Новый год?! Ты издеваешься?!

— Я не издеваюсь! У меня правда нет денег! Твой муж забрал все!

Она хватает сумку, начинает рыться в ней. Достаёт кошелёк, высыпает содержимое на стол. Мелочь, пятьсот рублей купюрой.

— У меня пятьсот осталось, — говорит она срывающимся голосом. — Это всё, что у меня есть. Игорь заблокировал все карты.

Смотрю на её мелочь. На свои триста рублей. Восемьсот рублей на двоих. На Новый год.

Год назад я встречал Новый год в своей квартире. С женой. С детьми. Ёлка до потолка. Стол ломился от еды. Шампанское, подарки, смех.

Теперь съёмная однушка. Восемьсот рублей. Илона в истерике.

— Можем купить пельменей, — говорю я тупо. — И шампанского за двести рублей.

Она смотрит на меня. В глазах слёзы:

— Пельмени? На Новый год? Ты серьёзно?

— А что ты хочешь?! Красную икру?! Устриц?! У меня нет денег! Понимаешь?! НЕТ!

Кричу. Срываюсь. Потому что понимаю — это дно. Я на самом дне.

Илона рыдает.

— Я так не могу, — всхлипывает она. — Я не для этого с тобой связалась.

Смотрю на неё. На эту женщину, ради которой я потерял всё. Семью. Квартиру. Детей.

И что я получил взамен? Скандалы. Нытьё. Пустой холодильник. Долги.

Мы сидим в съёмной однушке на окраине. Два чужих человека, которые разрушили свои жизни ради минутной страсти и теперь нам нечего больше сказать друг другу.

Эпилог

Год спустя

Стою перед зеркалом в спальне. Белое платье, простое, элегантное. Живот округлился — пять месяцев. Рука сама тянется погладить его.

Малыш. Мальчик. УЗИ показало неделю назад.

Костя был на седьмом небе от счастья. Прижал меня к себе, целовал в макушку, шептал: «Сын. У нас будет сын».

У Марка будет братик. Он тоже радовался, прыгал по квартире, кричал: «Я буду старшим братом!»

А Маша и Катя... Мои девочки. Они обнимали меня, гладили живот, спрашивали: «Мама, а он нас будет любить? А мы ему будем сёстрами?»

«Конечно будет. И вы ему лучшие сёстры на свете».

Семья. Большая, шумная, счастливая семья.

Год назад я не могла представить, что буду здесь. Что буду счастлива. Что встречу человека, который полюбит меня и моих детей.

Но Костя... Он появился в нужный момент. Спас Катю от самоката. Помог с разводом. Поддерживал, когда было тяжело.

Мы не торопились. Полгода просто дружили. Пили кофе, пока дети играли. Разговаривали о жизни, о работе, о детях.

Потом он пригласил меня на ужин. Без детей. Просто вдвоем.

И я согласилась.

Первое свидание. Второе. Третье.

Он не торопил меня. Не давил.

А потом однажды, когда мы сидели на скамейке в парке и смотрели, как дети играют, он взял меня за руку и сказал: «Лена, я люблю тебя. И твоих девочек. Хочу быть с вами. Всегда».

И я ответила: «Я тоже тебя люблю».

Три месяца назад он сделал предложение. Дома, за ужином, при детях. Встал на колено, достал кольцо.

Маша, Катя и Марк кричали: «Соглашайся! Соглашайся!»

И я согласилась.

Сегодня свадьба. Небольшая, камерная. Только самые близкие. Бабушка, тетя Тамара, несколько друзей. И дети, конечно.

Дверь открывается. Заходит бабушка.

— Ленуська, ты готова? Костя уже ждёт.

Оборачиваюсь. Она смотрит на меня, в глазах слёзы:

— Господи, какая ты красивая. Счастливая.

Подхожу, обнимаю ее:

— Спасибо тебе, бабуль. За всё. Без тебя я бы не справилась.

— Справилась бы, родная. Ты сильная. Всегда была.

Целую её в щёку. Выходим из спальни.

В гостиной собрались все. Костя стоит у окна, в костюме, красивый, взволнованный. Видит меня и лицо его светлеет.

Маша и Катя в нарядных платьях. Марк в маленьком костюмчике. Они держат лепестки роз, будут осыпать нас.

Подхожу к Косте. Он берёт меня за руку, сжимает крепко.

— Ты прекрасна, — шепчет.

— Ты тоже.

Регистратор начинает церемонию. Говорит красивые слова про любовь, семью, верность.

Мы обмениваемся кольцами. Целуемся под аплодисменты.

Дети бросают лепестки, смеются, обнимают нас.

— Теперь мы одна семья? — спрашивает Маша.

— Теперь одна, — подтверждает Костя, подхватывая её на руки.

Я так счастлива, я люблю и любима, мои девочки приняли Костю не как отца, а как старшего друга. Их родной отец - Кирилл, иногда вспоминает и приходит с небольшими подарками. Первое время жаловался, что Илона его достала, потом перестал. Понял, что бесполезно. Я не держу на него зла, он сам себя наказал.

— О чем думаешь, любимая?! - Костя прижал меня к себе.

— О том, что год назад я думала, что моя жизнь кончилась, а она только началась, - целую его в щеку. - Спасибо тебе!

—Я люблю тебя, - шепчет он мне в губы

— Я люблю тебя, - эхом отзываюсь я.

Конец.

123