(не) Твоя игра - Марина Вуд

– Эта пыль токопроводящая. Она может создавать замыкания и возгорания. Так что, дуй за тряпкой.

– Поняла, – поднимает на меня глаза и согласно кивает. – Какую брать? – хлопает своими длиннющими ресницами.

– Можешь взять фиолетовую в крапинку, – безразлично отвечаю, переключаясь снова на телевизор.

– Да я не об этом, – фыркает. – Мокрую или сухую?

Обхожу телевизор. Становлюсь перед ней и складываю руки на груди: – Чем тушат загоревшийся электроприбор? – теперь наступила моя очередь умничать.

– Водой? – с сомнением вскидывает брови. – Одеяло набрасывают?

– Еще скажи, что в окно выбрасывают. Ты ведь офисный сотрудник и должна знать такие вещи, – вздыхаю и отрицательно качаю головой.

– Ну и чем же? – гордо вздергивает подбородок и повторяет мою позу.

– Песком. Это первый пункт правил по технике безопасности для офисных сотрудников. Ты должна была прослушать эту информацию в свой первый рабочий день. И расписаться об этом журнальчике. Если горящие электроприборы заливать водой, то может убить током. Поэтому неси сухую тряпку, вату и спирт. А еще лучше пылесос.

– Последнее вряд ли есть, – задумчиво закусывает нижнюю губу, а мне хочется проделать то же самое с ее верхней. – Но я сейчас спрошу у бабушки Зины, ― девушка выходит из комнаты, а я зависаю на плавных покачиваниях женских бедер. Какая у нее все-таки аппетитная попочка. Просто … м-м-м… Так бы и съел ее. Усмиряю свою разбушевавшуюся фантазию. Алина выходит и буквально через минут десять возвращается с бутылкой самогонки, ватой и большим старым пододеяльником.

– Я смотрю, ты к ночи со мной готовишься? – шутливо склоняю голову.

– Что? – хмурит свои бровки, а меня так и тянет по прикалываться над ней.

– Заметь, я с тобой пьяной спать не буду, – ехидно улыбаюсь, а затем начинаю искренне смеяться.

– На вот, рви, – фыркает и бросает в меня свертком ткани. – Это я с тобой даже пьяная спать не буду, – Алинка плотно сжимает свои губки, а я хочу зацеловать их. – А это вместо спирта, – она с грохотом ставит передо мной бутыль.

– Не обижайся, – говорю и стараюсь подавить свой смех. – Не злись, – она такая хорошенькая. Возмущенная. Щеки пылают. От этого хочется ее еще больше раздразнить. – Хотя, нет, – несколько раз глубоко вдыхаю, чтобы перестать ржать. – Злись. Меня это заводит.

– Знаешь, что, Котов, – она угрожающе тычет пальцем в мою сторону.

– Что? – я бросаю сверток в сторону и подхожу к ней вплотную.

– Я боюсь, что, если ты еще раз, – девушка начинает свою тираду, но я нагло перебиваю поток ее праведного гнева. Наклоняюсь к ее ушку и тихо произношу: – Это я боюсь, что, если ты, еще раз так на меня посмотришь, – чувствую, как хрипнет мой голос. – То через девять месяцев мы втроем спать будем.

Алинка несколько раз открывает и закрывает рот, а затем отвечает: – Никогда, – и демонстративно развернувшись шагает в сторону двери.

– Эх… – запускаю пятерню в волосы и скольжу ею вниз к затылку. – А все так хорошо начиналось…

Ладно. На данный момент есть реальная проблема. Возвращаюсь обратно к телевизору. Аккуратно чищу плату. Внимательно осматриваем саму микросхему. Элемент цвет не поменяли. Вздутия не обнаруживаю. Переворачиваю ее. Места спаек и дорожки вроде бы целые. Конечно, сюда бы лупу. Но чего нет, того нет. И на внешний вид все целое, без каких-либо изменений. Вытираю пыль. Протираю плату. Жду какое-то время чтобы все подсохло. Затем возвращаю все на место и прикручиваю крышку. Включаю телевизор. Индикатор горит, но экран черный, без изменений. Что же с тобой не так?! Вспомнив старый дедов метод, я отвожу руку в сторону и со всей дури хлопаю его сверху по крышке. И вуаля! Телек подает сигнал и появляется изображение.

Это было так просто, да? А изначально так можно было? Почему я сразу до этого не додумался. Кучу времени бы сэкономил.

– Батюшки! – в комнату заходит бабка. – Починил все-таки, – она громко всплескивает руками и бежит к телевизору. Все-таки как мало человеку надо для счастья. Следом за ней в комнате появляется Алинка. Она останавливается при входе. И облокачивается плечом о дверной косяк, скрестив, при этом ноги.

– Могу, – улыбаясь гордо заявляю я, уперевшись одной рукой о телевизор. Мне, черт его знает почему, ну уж очень хочется выпендриться перед девушкой.

– Еще бы, – говорит Алина и при этом театрально закатывает глаза.

– Сомневалась? – улыбаясь несколько раз шуточно вскидываю бровями. – Я же говорил тебе, что всегда и во всем побеждаю, – огибаю телек с тумбой и подхожу к ней ближе, пока бабка кудахчет над своим отремонтированным антиквариатом.

– По-моему, Костя, ты слишком самоуверен, как для человека в твоем положении, – складывается руки на груди в замок. Вот сейчас я не понял, что за наезд был.

– А какое у меня положение? – я практически нависаю над ней, выставив одну руку вперед и прижавшись ладонью к стене за ее спиной.

Смотрит на меня снизу вверх: – Незавидное, – она ныряет под руку и оказывается позади меня.

– Если ты имеешь в виду, кхм… – кошусь в сторону бабы Зины, потому как мне совершенно не хочется делиться еще и с ней подробностями своей жизни, – рабочие моменты, то и здесь я окажусь в дамках. Вот увидишь.

– Хочется верить, – на секунду сникает она, понимая реальную серьёзность ситуации. Ну хоть где-то ей меня жалко. – Ну что, бабушка Зина? – хлопает старушку по плечу. – Мы, пожалуй, пойдем.

– Куда? – в ту же секунду бабка переключается на Алину и делает при этом удивленные глаза. – Ты видела, что на улице совсем вьюга разыгралась. Никуда я вас не пущу, – она берет полотенце и протирает экран телевизора. – Здесь переночуете, – кладет на него обратно салфетку и ставит петуха. – Вон у меня диван есть.

– Бабушка Зина, так у вас диван только один, – протестующе произносит девушка. – Я не могу спать с ним на одной кровати, – стреляет глазами в мою сторону, и мы сталкиваемся взглядами.

Что, подумала о том же о чем и я?! Меня снова тянет