Жаклин Топаз - Декабрьская оттепель

По впечатлению от своих слов Мерри поняла: она сказала не совсем то, чего ждал Дейв. Об этом же говорил его проникновенный взгляд, направленный на нее поверх края кофейной чашки. В то же время перед глазами вновь поплыли чувственные образы, избавиться от которых Мерри пыталась в течение минувшего получаса.

Она ясно видела, как касается кончиками пальцев шелковистых волос на груди Дейва в вырезе халата. Чувствовала, как дрожат ноздри от тонкого, еле уловимого запаха его крема после бритья, сохранившегося со вчерашнего дня и слегка усиленного пряным мускусным ароматом его тела.

— Ты хорошо выспалась? — Вопрос был вполне невинный, однако Мерри и здесь уловила иной подтекст.

— В общем-то, да. — Она не помнила, чтобы ей что-нибудь снилось. — Хотя сначала казалось, что полночи у меня уйдет на то, чтобы вскакивать и смотреть, как Стеффи.

— Присутствие мужчины на первом этаже, несомненно, успокаивало тебя, — уточнил Дейв. — С другой стороны, это может оказаться иллюзией.

— Иными словами, ты способен угрожать моему спокойствию?

— В известной мере, да, — усмехнулся Дейв, отставляя в сторону чашку. — Но в этом нет ничего опасного для тебя.

Мерри предпочла не продолжать обсуждение скользкой темы и коснулась другой, менее заряженной эмоционально:

— Ты удивительно умело обращаешься со Стеффи. Большинству мужчин даже в голову не пришло бы встать на четвереньки, чтобы поиграть с ребенком.

— Это она сама придумала. — Дейв как будто оправдывался. — Честное слово. Я ее только поддержал.

— И она так легко поверила выдумке насчет твоего обычного появления здесь на Рождество в банном халате? Забавно.

— Но у детей собственная логика. — Дейв начал складывать тарелки, не поднимаясь с места. — Я решил, не имеет смысла сочинять историю, убедительную с точки зрения взрослых.

— Ты и не смог бы это сделать. Взрослые люди не верят, что Санта-Клаус существует.

— Большинство взрослых не поверят также, что мужчина может бродить по дому женщины в халате, если накануне ночью ничего не случилось.

Внезапно Мерри сообразила: происходящее у нее дома должно произвести ужасающее впечатление на бабушку Нетту.

— Нет, только не это. — Мерри встала. — Мой сосед через два дома примерно такого же роста, как ты. Может, у него найдется что-нибудь из одежды, которую он согласился бы дать взаймы.

— Куда ты так спешишь? — Дейв откинулся в кресле назад и балансировал под опасным углом. — Знаешь, в розовом ты смотришься потрясающе. Удивительно эффектное зрелище при этом интенсивном красноватом отливе волос.

— Моя сестра работает моделью, но я не так уж часто следую ее советам, однако в расцветках она, надо признать, разбирается. — Мерри не знала, что отвечать. Рука ее лежала на спинке кресла. Она смутилась: получается, она отказывается выразить благодарность за доброе слово. — То есть я хочу сказать спасибо. Я, видимо, не привыкла принимать комплименты, да?

— Ты сама вполне могла бы быть моделью. — Дейв пропустил мимо ушей ее извинения. Его внимательный взгляд вбирал ее всю с головы до ног, и Мерри, к своему ужасу, обнаружила, что с особой остротой реагирует на это каждой клеточкой своего тела. Казалось, будто его рука уже гладит ее шею, ласкает плечо, переходит на… Нет, об этом думать она не будет. — Ты так изысканно-красива и в то же время так естественна…

— Ну уж! Фу, не надо столько лести.

Мерри попыталась разрядить создавшуюся атмосферу с помощью иронии, но голос ее прервался.

— Итак, ты могла стать моделью, но пошла вместо этого в ветеринары.

Дейв собрал тарелки, встал и по пути к мойке, словно нечаянно, задел Мерри бедром. Это как бы случайное прикосновение и взбудоражило, и успокоило ее одновременно.

— Я выбирала между ветеринарией и педиатрией. И все никак не могла решиться на что-то одно, — призналась Мерри. — А у тебя такого не было? У тебя ни разу не закрадывалась мысль о том, чтобы не идти в фамильный бизнес.

— Мне знакомы такие сомнения. — К ее удивлению, Дейв принялся загружать мойку посудой, как будто делал это каждый день. Впрочем, с его статусом холостяка ничего исключать нельзя. — У меня было очень много разнообразных предложений, когда я получил диплом.

— Гарвардского университета? — Мерри хотела пошутить, но он кивком головы подтвердил правильность догадки. — Ого! Ты, видать, ничего не делаешь вполсилы, а?

— Да, насколько это зависит от меня. — По-видимому, он вкладывал в свои слова особый, глубокий смысл, но лица его не было видно, так как он отвернулся, раскладывая серебряные вилки и ножи по местам. — Так или иначе, мой отец хотел, чтобы я работал с ним, и я рад, что пришел в нашу фирму. Для нас возникла возможность лучше узнать друг друга. Правда, он вскоре скоропостижно умер от инфаркта. Но если бы я работал тогда где-нибудь еще, я бы, наверное, никогда не простил себе этого.

На Мерри произвело глубокое впечатление, что на шкале ценностей Дейва сближение с отцом стоит выше, чем успехи в развитии фамильного дела. Но, предупреждала она себя, такие преуспевающие люди, как Дейв, добиваются своего благодаря целеустремленности и огромным затратам энергии, не говоря уж о трудолюбии. Сегодня она видит Дейва с лучшей стороны: он мягкий, добрый. Однако опыт подсказывает, что у таких вершителей человеческих судеб, как он, обязательно есть, так сказать, обратная сторона.

— Готов отдать пенс, чтобы узнать твои мысли. — Дейв закрыл посудомоечную машину и оперся о нее, в упор глядя на Мерри. — Что же я сказал такого, что вызвало целую бурю эмоций? Между прочим, знаешь ли ты, что у тебя удивительно открытое лицо? Я могу видеть на нем все твои переживания.

Мерри почувствовала: жар прилил к щекам.

— Ладно. Я лучше пойду наверх и проверю, как там Стеффи…

Она торопливо удалилась, не дав возможности Дейву задержать ее. Черт побери, он слишком уж проницателен!

Все размышления о Дейве умчались, однако, прочь, едва она увидела ребенка, преспокойно сидящего на кровати. Девочка натягивала свитер на нечто, напоминающее пачку балерины. На ногах у нее были только тоненькие колготки.

— Куда же это ты собралась? На репетицию в театр? — Мерри сдерживала себя, чтобы не рассмеяться.

— Неужели тебе не нравится мой костюм? — взглянула девочка на Мерри. — Учитель в балетной школе говорит: я лучшая ученица в нашем классе.

— Понятно, но мне показалось, что ты собиралась поиграть во дворе, а там снег.

— Поэтому я и надеваю свитер, — нетерпеливо объяснила Стеффи столь очевидную вещь. — Я хочу, чтобы Дейв увидел мою пачку.