Мейсон - Хоуп Форд

лозы голые, я вспоминаю, как красиво это место летом. К счастью, мой план уже некоторое время находится в действии, и я смогу завершить его самым сладким виноградом сезона.

Ава, менеджер, которая присматривала за винодельней, подходит ко мне и после нескольких любезностей вкладывает коробку мне в руки.

— Вот оно. Новое вино, которое вы одобрили, — говорит она мне, поднимая брови.

Я бросаю взгляд на Мейсона, но, к счастью, он этого не заметил. К счастью, мой муж смотрит только на меня. Я поворачиваюсь обратно к Аве и говорю ей:

— Спасибо, — но она уже почти у двери, в которую только что вошла. Быстро махнув рукой, она выходит, оставляя нас наедине.

— Это для тебя, — говорю я ему, протягивая коробку.

Удивлённый, Мейсон переводит взгляд на меня.

— Для меня?

Кивнув, я жестом показываю ему, чтобы он открыл её. У меня была большая речь, но я знала, что не смогу произнести её без слёз, льющихся из моих глаз, я была такой эмоциональной в последнее время, поэтому я попросила их вложить письмо в коробку.

Он открывает конверт и читает письмо.

«Дорогой Мейсон,

Я люблю тебя, думаю, ты это знаешь. Я так благодарна судьбе (и твоей маме), что свела нас вместе. Ты и твоя семья помогли мне исцелиться и заставили почувствовать себя частью вашей семьи. Ты делаешь меня счастливой каждый день. Я наслаждалась прошлым годом, проведённым вместе, и я знаю, что у нас впереди ещё много лет. Поскольку ты подарил мне что-то особенное, я знала, что хочу подарить тебе что-то, чем ты тоже будешь дорожить. Я надеюсь, тебе понравится твой подарок.

Я люблю тебя! Миа»

Как только он заканчивает читать, его глаза останавливаются на мне, и, хотя я этого не читала, я могу пересказать слово в слово. Меня переполняют эмоции, и слеза скатывается по моей щеке. Он протягивает большой палец и смахивает её, прежде чем прижаться губами к моим. Он углубляет поцелуй, но я заставляю себя отстраниться.

— Открой подарок.

Он открывает коробку и достаёт бутылку вина. Я стою рядом с ним и смотрю на неё с логотипом и словами «Судьба Мислтоу», написанными большими жирными буквами. Это точный дизайн, который нарисовал и подарил мне Мейсон.

— Так вот почему ты хотела, чтобы я нарисовал омелу?

Я киваю, мне нравится дизайн, который он сделал. Я сказала ему, что это логотип для татуировки, которую я подумывала сделать. Он понятия не имел, что я заказывала вино, приготовленное специально для него.

— Это потрясающе, милая, — говорит он мне, притягивая меня для ещё одного поцелуя, но я останавливаю его, приложив руку к его груди.

— Это ещё не всё.

— Не всё? — спрашивает он. Я беру бутылку у него из рук, чтобы он мог поискать в коробке.

Он достаёт другой конверт и открывает его. Там чёрно-белая фотография. Почти невозможно догадаться, на что ты смотришь, пока не увидишь напечатанное мелким шрифтом «Малыш Мислтоу».

— Малыш?

— Да! — я шепчу ему.

— Ты беременна? — спрашивает он.

Тогда я смеюсь, понимая, что действительно застала его врасплох.

— Да. Я беременна. У меня примерно восемь недель, так что где-то летом у тебя родится сын… или дочь.

Он просто смотрит на меня с шоком на лице. Я кладу руки ему на талию.

— Мейсон, ты в порядке?

Наконец, он улыбается мне, обнимает меня и целует в макушку.

— Я никогда не был лучше.

Эпилог 2

Мейсон

Четыре года спустя

— Что происходит, Мейсон? Что мы здесь делаем? — спрашивает меня Мия.

Она оглядывает украшенную комнату. Я должен признать, что мои братья и их жёны превзошли самих себя в этом. Место идеальное, и я знаю, что Мии оно нравится. Повсюду рождественские гирлянды, украшенные деревья, цветы и, конечно же, омела. Она смотрит на ряды стульев, выстроившихся позади нас. Когда она оборачивается, я стою перед ней на одном колене.

Замешательство на её лице было бы комичным, если бы я сейчас не нервничал. Последние пять лет я любил Мию. Она моя родственная душа, и это безумие, потому что я никогда не верил в подобные вещи, пока не встретил её. Но да, она определённо моя вторая половинка. Вся моя боль, которую я скрывал, годы службы в армии и шрамы на моём теле и внутри, она заставила меня снова почувствовать себя целым. В тот день, когда мы поженились, сразу после того, как мы встретились, я дал ей клятвы, и эти клятвы по-прежнему так же важны сегодня. Она никогда не говорила о том, что сожалеет о том, как мы познакомились, или о свадьбе, которую я организовал в том чёртовом аэропорту. Но я сожалею, что не дал ей того, чего она заслуживает. Опустившись перед ней на колено, я открываю маленькую коробочку, которую держу в руке, и протягиваю ей.

— Мия, я люблю тебя больше всего на свете. Ты сделала меня самым счастливым мужчиной на земле, и я хочу знать, выйдешь ли ты за меня замуж… снова?

Я удивил её. Было трудно собрать всё это воедино так, чтобы она не узнала. Она смотрит на меня, приоткрыв рот.

— Да, — отвечает она. И прежде, чем я успеваю встать, она падает передо мной на колени, по её лицу катятся слёзы.

Я закрываю шкатулку с украшениями и беру её лицо в ладони.

— Что такое? Что случилось, Мия? Я думал, ты будешь счастлива.

Она шмыгает носом.

— Я счастлива.

— Посмотри на меня, — говорю я ей. Она открывает глаза и смотрит на меня в ответ.

— Я счастлива, Мейсон. Прости, что я так реагирую. Я такая эмоциональная, в последнее время я в полном беспорядке, — она наконец улыбается и вытирает слёзы. — Я думала, ты несчастлив… Я думала, ты меня бросаешь.

Всего на долю секунды моё сердце перестаёт биться. Как она могла такое подумать? Мия и наш сын Мэйсон-младший — они моя жизнь. Я беру её на руки и усаживаю на один из стульев. Я вижу, как мой брат подглядывает за нами через одну из приоткрытых дверей. Он, очевидно, может сказать, что что-то не так, потому что не даёт остальным членам семьи войти.

Я держу её на коленях, обнимаю.

— Объяснись. Как ты могла такое подумать?

— Последние несколько месяцев ты держался отстранённо, — объясняет она, моргая мокрыми ресницами.

— Я планировал это, и я так боялся, что ты узнаешь об этом. Я действительно хотел сделать тебе сюрприз.

Она кладёт голову мне на плечо.

— О, Мейсон. Мне не нужны щедрые подарки