Маргарет Эллисон - Горы, любовь и фантазия

– Джош, – произнесла она, – мне действительно очень стыдно.

– Ты о чем?

– О… Томе Дженкинсе. На самом деле мне нет дела до чьего-либо успеха. Я просто хотела сказать, что он… не зануда, не полностью погряз в счетах.

– Я не обижаюсь. Ты, кажется, тоже в своем роде бухгалтер?

– Точно, – улыбнулась она, – правда, несмотря на диплом, я никогда не работала по специальности, – она помолчала и через некоторое время продолжила:

– Странно, что ты еще помнишь об этом.

– Я еще кое-что помню, – ответил он. Мередит бросила взгляд на постель и покраснела. – В любом случае, какой бы диплом ты ни получила, занудой тебя, назвать сложно.

Она посмотрела на свой телефон.

– Спасибо, но, наверное, я все-таки зануда.

– Нет, – ответил он. – Они выглядят совершенно по-другому. И он до сих пор работает бухгалтером?

– Кто? – спросила Мередит.

– Том Дженкинс, – ответил он.

– Тебе-то что? – взорвалась Мередит.

У нее не было больше сил на то, чтобы говорить о своем воображаемом парне.

– Ты в порядке? – спросил Джош, садясь за стол.

– Да, – ответила она, опускаясь на стул, стоявший напротив. – Так о чем мы говорили?

– Этот парень, он до сих пор работает бухгалтером?

– Нет, – произнесла она. – Только изредка. Он инспектор.

– А… – протянул он.

После того, как Мередит откусила кусок бутерброда, она решила задать Джошу вопрос, который в последнее время очень беспокоил ее.

– Прошлой ночью ты сказал, что приехал за Кэрли… – Мередит запнулась. Посмотрев ему в глаза, она снова почувствовала себя не в своей тарелке и отвела взгляд. – Я могу тебе чем-то помочь?

– К сожалению, нет, – ответил он.

Она снова укусила бутерброд.

– Наверное, ты скучаешь по ней. Я имею в виду то, что ты не видел ее столько лет.

Джош насмешливо посмотрел на нее.

– Мы общались. Ты одобрила бы? – спросил он.

– Одобрила бы что? – переспросила она, пытаясь понять, чего он добивается от нее.

– Мою дружбу с Кэрли.

Казалось, что ему безумно нравится дразнить ее.

Мередит никак не могла понять, что же он все-таки хочет этим всем сказать. Неужели считает, что из-за проведенной ими когда-то вместе ночи она станет ревновать его к собственной сестре?

Мередит заставила себя посмотреть на него.

Она подумала, что срочно должна что-нибудь сказать. Но что? Слова: «Мне кажется, что Марк – самое лучшее из всего, что с ней случалось, поэтому убери свои грязные лапы от моей маленькой сестренки», – уже готовы были сорваться с ее губ.

И почему он пристал к Кэрли, думала она. Неужели он не может дать ей спокойно выйти замуж?

Если все ее подозрения справедливы, то это может значить лишь одно: он не изменился. Джош Адаме никогда не видел проблемы в том, чтобы переспать с женщиной. Что Кэрли нашла в этом бабнике?

– Не хочешь ненадолго прилечь?

– Что? – у нее перехватило дыхание.

Неужели он и ей делает предложение заняться сексом? Разве он не слышал, о чем она говорила? У нее есть парень. Очень милый воображаемый мужчина, которому она не хочет изменять.

– Ты просто выглядишь немного бледной, – объяснил он. – Наверное, тебе лучше немного отдохнуть, пока я буду думать, как нам лучше спуститься.

Мередит готова была расхохотаться. Он не имел в виду ничего предосудительного. Глупо было подозревать его в этом.

Нужно выбираться отсюда, решила она, и чем быстрее, тем лучше.

– Ты уже готова ехать? – спросил он.

– Конечно, – ответила она.

Мередит открыла дверь и почувствовала, что ей в лицо ударил порыв холодного ветра. Она встала на лыжи и подобрала свои вещи.

– Подожди, – сказал он, схватив ее за руку. Будь осторожна! За последний час температура резко упала. Сейчас очень скользко.

Мередит отвела его руку.

– Я справлюсь.

– Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. В конце концов, – сказал он, надевая перчатки, – давай не будем забывать о том, что случилось на этой горе в прошлый раз.

Услышав эти слова, она, как по команде, оттолкнулась лыжными палками от поверхности и понеслась.

Джош вспомнил, как она осматривала домик.

Тогда у него возникло такое ощущение, будто она видит его впервые. Мередит ни разу не упомянула о той ночи, которую они провели вместе. И ей очень не понравилось то, что он сказал об их дружбе с Кэрли. Сперва Мередит была холодна и высокомерна, но через секунду она превратилась в скромную и застенчивую девушку.

Джош представил себе выражение ее лица, когда она узнает, что он и есть тот самый конкурент, который пытается обойти ее в борьбе за «Дюрасноу». Будь она добра или хотя бы вежлива с ним, он давно бы уже признался ей в этом. Но Мередит чересчур жесткая самовлюбленная женщина, которой стоит преподать хороший урок.

Однако Джош с ужасом был вынужден признать, что никак не может забыть ее объятий. Ему казалось, что он снова чувствует, как ее гладкое молочно-белое тело прикасается к нему. Но все это было очень давно, сказал себе Джош, чтобы вырваться из цепких клещей воспоминаний. Теперь все изменилось. Из той наивной девочки, которую он полюбил, она превратилась в настоящую мегеру.

Джош опомнился, когда заметил, что Мередит исчезла из его поля зрения.

Увидев наконец ее, он пришел в настоящий ужас.

Она ехала слишком быстро, несмотря на то, что он предостерегал ее не делать этого.

– Мередит! – закричал он.

Но та не обратила на него ни малейшего внимания. Джош поехал быстрее, пытаясь успеть перерезать ей дорогу.

Судя по выражению лица Мередит, она получала удовольствие от происходящего и совершенно потеряла контроль над собой.

Джош попытался повалить ее на землю. Он прекрасно знал, что при ударе ее лыжи автоматически расстегнутся.

Мередит поняла, что он от нее хочет, и попыталась остановиться, но ее занесло на бок. Она упала и кубарем покатилась вниз. Джош прыгнул перед ней, чтобы остановить падение.

Мередит врезалась в него, и они покатились по склону вместе. Наконец, Джош сумел сгруппироваться и остановить падение. Он поднял голову и увидел, что Мередит неподвижно лежит на земле.

– Мередит! – закричал он, подбежав к ней, – ты меня слышишь?!

Она с трудом открыла свои прекрасные глаза.

– Да.

Джош облегченно вздохнул. Это моя вина, во всем виноват только я, решил он. Ему не следовало привозить ее сюда. С тех пор, как он учил ее кататься на лыжах, прошло слишком много времени. Это он, а не Мередит, оказался самонадеянным. И его самонадеянность могла стоить ей жизни.

– Прости, Джош. Я пыталась остановиться.

Правда.

Он стал внимательно ощупывать ее плечи.

– Все в порядке, – сказала она.

Джош продолжил изучать ее спину, опускаясь все ниже и ниже. Когда он добрался до ее копчика, Мередит оттолкнула его.