Изобел Чейс - Испытание страстью

— Jambo, memsahib, — приветствовал он ее. — Daktari оставил инструкции, чтобы ваш «лендровер» был приведен в хорошее состояние. Я буду вас возить и помогать вам в госпитале. Daktari пригрозил спустить с меня шкуру, если я буду плохо вам служить… — Белоснежные зубы ослепительно сверкнули в улыбке.

— Вас, наверное, не очень радует перспектива работать со мной? — осторожно спросила его Френсис.

Мвет засмеялся:

— Я очень хороший санитар! Очень, очень! Мне нравится работать с женщинами-врачами. Вы делаете людям добро, лечите их, и я буду вам помогать.

— Только никаких любовных напитков! — с напускной суровостью предупредил его Марк.

— Ни в коем случае, bwana, — с невинным видом заверил Мвет.

Марк подождал, пока он покинет комнату, и пояснил Френсис:

— Его отец был колдуном. Мвет унаследовал от него все секреты, но я не думаю, что он практикует в наши дни.

— Мвет — колдун?! — охнула Френсис.

— Он не причинит вам никакого вреда, — улыбнулся Марк.

Для Френсис начался длинный-длинный день. Казалось, весь Нгуи решил посетить врача именно сегодня. Люди стояли у госпиталя, оживленно переговариваясь, и, по-видимому, готовы были ждать сколько потребуется. В первый раз с тех пор, как приобрела специальность врача, Френсис чувствовала себя действительно нужной. Она даже начала игнорировать незримое присутствие в кабинете Саймона, когда ей показывали шрамы, следы глубоких ран, которые он зашил, и выданные им таблетки. Он хорошо делал свою работу, но Френсис поклялась себе не говорить ему этого. Ветеринар должен лечить животных!

В обеденное время Марк открыл для себя банку пива из запасов Саймона и показал Френсис объявление, которое он написал для нее: жители поселка приглашались в госпиталь на обследование, на вакцинацию и на консультацию с врачом по таким темам, как планирование семьи, питание и гигиена.

— Получается, что вы постоянно будете заняты! — посочувствовал он.

Френсис кивнула. Прикрепив объявление на стену рядом с плакатом о вреде курения, который привезла с собой из Англии, она отступила на шаг и полюбовалась результатом.

— Нужно сделать еще несколько копий и развесить по всему поселку. Я этим займусь, — сказал Марк, потягивая пиво.

Выглянув в окно, Френсис увидела мистера Бибоко, директора школы, очень быстро идущего в сторону госпиталя.

— Думаешь, он направляется сюда? — спросила она Марка.

— Похоже на то, — ответил юноша. — Я удаляюсь. Пойду поболтаю с Мветом.

Но мистер Бибоко, обильно вспотевший и тяжело дышавший, уже ворвался в кабинет. Его взгляд остановился на объявлениях.

— О, прекрасно! — одобрил он и робко спросил Френсис: — Вы заняты сейчас?

— Нет, я в вашем распоряжении, — ответила она.

Мистер Бибоко нервно улыбнулся, вытащил из кармана очки и водрузил их себе на нос.

— Я долго думал, mama daktari, — сказал он немного патетично. — И пришел к выводу, что это важно не только для моего престижа, но и для всей Нгуи, как вы думаете?

— Что? — не поняла Френсис.

— Экзамен! — Он положил на стол перед ней учебник истории. — Если вы не заняты, mama, может быть, согласитесь рассказать мне немного о Генрихе Втором?

Френсис растерялась и не смогла отказать.

— Хорошо, — вздохнула она, — я стану рассказывать вам об английских королях по вечерам, когда у меня будет время.

Мистер Бибоко просиял:

— Это очень любезно! Очень, очень!

— Сегодня вы не сможете, — напомнил ей с порога Марк.

— Ой, да, я приглашена на ужин…

— Тогда завтра вечером! — с решимостью заявил мистер Бибоко. — Мы придем завтра вечером!

— Если вы будете продолжать в таком духе, у вас не останется ни минутки свободной для себя! — заметил Марк, когда вез Френсис к дому своей сестры.

— Я и не возражаю, — улыбнулась девушка.

— Саймон найдет что сказать по этому поводу…

— Это не его дело! — выпалила Френсис.

— Хо-хо! — удивленно покосился на нее Марк.

— У меня есть другие заботы, помимо Саймона Эббота! К тому же я едва его знаю!

— Он вам не нравится? — удивленно спросил юноша.

— Я… я не знаю, нравится он мне или нет. — Френсис подумала о подаренном Саймоном кубке, который она умышленно оставила на дне чемодана вместе с медицинской литературой. — И вообще, я не нахожу его интересной темой для обсуждения! — вызывающе добавила она.

Десять миль до поместья они преодолели за полчаса. Кофейные плантации веером расходились от дома и сада в европейском стиле. Вдоль дороги в ряд тянулись декоративные кустарники и клумбы, на зеленой лужайке стоял особняк, выстроенный из неотесанного камня, с черепичной крышей и зарешеченными окнами.

Элспит услышала, как они подъехали, и вышла на крыльцо, чтобы встретить их.

— Ужин будет в семь тридцать, — сказала она Френсис. — А пока, вероятно, ты хотела бы принять ванну? Можешь нежиться в теплой воде сколько хочешь.

Ванная комната со множеством зеркал была отделана светлым кафелем и хорошо освещена. В бледно-лимонной ванне уже исходила паром горячая вода с ароматическим маслом, полотенце лежало наготове. Это было блаженство, и Френсис наслаждалась каждой его минутой. Она вышла из ванной через полчаса розовая и совершенно счастливая и спустилась по лестнице. Все уже сидели в гостиной.

Барон с восторгом посмотрел на девушку:

— Если вы собираетесь бывать здесь часто, тогда я и сам стану чаще приезжать! Вы просто ослепительны, доктор Уитни!

— Боюсь, я не всегда так буду выглядеть, — со смехом ответила Френсис. — Разве это не удивительно: самая обычная горячая ванна способна творить чудеса! Интересно, смогу я уговорить Марка устроить мне нечто подобное в Нгуи?

— Думаю, он сумеет организовать душ, — усмехнулся барон. — Как мне сказали, у Саймона есть такой в его доме. Можно хотя бы смыть грязь, пусть даже вода будет не очень горячая.

Ужин был великолепен. К каждому изумительно приготовленному блюду подавался свой сорт вина.

— Извините за любопытство, но почему ваши родители решили вернуться в Европу? — поинтересовалась Френсис. — Ведь здесь у них было все, о чем только можно мечтать!

Элспит рассмеялась:

— Боюсь, родители думают, что лучшие дни здесь давно миновали. Нам с Марком они позволили остаться только потому, что не смогли выгодно продать поместье. На следующий год Марк уезжает в Англию поступать в университет, а я останусь здесь до самой смерти!

— Если муж тебе позволит, — заметил барон.

— А почему бы ему не позволить? — с искренним удивлением спросила Элспит.