Сонда Тальбот - Записки Русалочки

Я энергично замотала головой и объяснила Иво, что пойду с ним хоть на край света, но только не к Иллиану Отису.

— Но Дона… Русалочка… Ну, пожалуйста… — Он сделал такое умоляющее лицо, что мне было очень сложно устоять. Но все же я устояла и еще раз объяснила, что ни за что не пойду на ужин с этим человеком. — Пожалуйста, Русалочка… Тем более Иллиан будет там не один. Его друзья, кое-кто из моих друзей. Уверяю тебя, ты не соскучишься… — Неужели он так и не понял, что я боюсь не соскучиться, а, наоборот, стать центром всеобщего внимания… — И потом, я так редко тебя о чем-то прошу. Поверь, для меня это очень важно.

А вот это был уже аргумент. И довольно-таки весомый. Иво постоянно заботился обо мне все это время. Должна же я была отплатить ему за такое внимание… Тем более что для него это было важно. Правда, я не понимала почему.

Иво и Иллиана связывала только помолвка первого с Алисией. Между прочим, рыжеволосая красавица до сих пор торчала в Аспине, очевидно оттачивая свое умение кататься на горных лыжах… Но у меня не укладывалось в голове, зачем идти на ужин к будущему деверю и тащить с собой на прием какую-то девицу? Очевидно, у Иво на этот счет были особые соображения, в которые он не считал нужным меня посвятить. Ну что ж, всему свое время, подумала я и согласилась на это предложение коротким кивком головы, означающим, что, хоть я и согласна, но не в восторге от этой идеи.

Иво посмотрел на меня с благодарностью. Мне показалось, что он испытал облегчение от моего согласия. Как тогда, когда я приняла его предложение пожить здесь какое-то время. Значит, это действительно было важно для него…

Честно говоря, чем дольше я общаюсь с Иво, тем меньше его понимаю. Его слова, его поступки — все это имеет такие загадочные и сложные мотивации, что подчас мне хочется спросить его: а нужно ли так сильно запутывать клубок и без того запутанной жизни? Боюсь, что он сам не знает ответа на этот вопрос, а потому и не спрашиваю… Сейчас мне достаточно того, что он со мной откровенен так, как, подозреваю, ни с кем другим. И я отвечаю ему тем же.

Для меня это ново, потому что таких чувств я не испытывала ни к кому до появления Иво. Человек недоверчивый и скрытный, я всегда старалась держать в себе свою боль, свои страхи, свое одиночество… И боялась, всегда боялась зависеть от кого-то настолько сильно, что пришлось бы прогнуться и чувствовать мир так же, как этот человек.

Но Иво не заставлял меня прогибаться. Он вообще ни о чем не просил и ничего от меня не хотел. Он просто говорил, и ему было важно знать мое мнение. Но я… Я не знаю, почему, но каждое слово, сказанное им, оставляло в моей душе неизгладимый след. Мои странные чувства к Иво по-прежнему остаются для меня загадкой, как и сам Иво…

Итак, я все-таки согласилась пойти на ужин к Иллиану. И теперь меня волновало несколько проблем.

О первой я уже написала: я смертельно боялась стать центром всеобщего внимания. Я немая, а это уже вызывает интерес. Я не знаю, как вести себя с людьми вроде Иллиана или Алисии. А ведь далеко не все отнесутся ко мне так же, как Иво… И потом, мне нечего было надеть. Кое-какие вещи Мэтью привез мне из Кентербери — я активно сопротивлялась попытке Иво обновить мой гардероб, состоящий из его джинсов и футболки, — но среди этих вещей не было ничего, что я смогла бы надеть на прием… Появиться у Иллиана Отиса в простенькой блузочке и юбке, которую пять лет назад перешила мне мама, — это единственное, что мне оставалось. Но это, я была уверена, привлечет ко мне внимание не меньше, чем моя немота…

Однако Иво и здесь проявил чудеса предупредительности. Перед ужином он сообщил мне, что мы заедем еще в «одно место», и привез меня в магазин с громким названием «Парадиз».

— Выбирай себе, что хочешь, — сказал он тоном, не терпящим возражений. — И не вздумай переживать из-за цены… Я понимаю, что ты чувствуешь себя неловко. Но мне хочется сделать тебе подарок, и я его сделаю… Ты же не хочешь, чтобы я сам выбирал тебе платье?

Мне оставалось только подчиниться. Несмотря на кажущуюся мягкость, Иво умел быть решительным. Густые брови, сдвинутые на переносице, тяжелый карий взгляд, жестко сомкнутые губы — все это действовало на меня, как дудочка на змею. Мне даже становилось немного страшно, когда он смотрел так. И не только на меня, но вообще на кого бы то ни было.

Так что я не смогла возразить и послушно направилась в «Парадиз», магазин одежды, в котором одевались сливки дуврского общества…

Кажется, Иво здесь неплохо знали, потому что карточка на его имя сделала свое дело. Вместо холодного приема, которого вправе была ожидать девушка в поношенной юбке и старомодной кофточке, меня встретили улыбками и повышенным вниманием. Его-то, правда, мне хотелось меньше всего…

Выбирала я недолго. Буквально влюбившись в платье, которое висело на одном из манекенов, я тут же его примерила. Синий бархат нежно ласкал тело, и, еще не заглянув в зеркало, я уже почувствовала себя настоящей красавицей. И без ложной скромности скажу, что не ошиблась. Оно сидело на мне как влитое. Верх платья вплотную прилегал к телу, а юбка расходилась клиньями, расшитыми перламутровым бисером и украшенными стразами. Грудь была, к счастью, закрыта, а спина открыта, но открыта элегантно, не вызывающе. Бархатные рукава платья достигали локтя, а дальше продолжались легкими лепестками синей органзы, которая тоже была расшита бисером и стразами.

В этом восхитительном платье я казалась себе уже не Русалочкой, а принцессой, отправляющейся на бал. Но, конечно, я по-прежнему чувствовала неловкость — за это платье Иво придется выложить кучу денег… Утешало одно: денег у него, по всей видимости, куры не клюют.

Помимо платья меня ожидал еще один сюрприз. Иво, вдохновленный моим новым образом, решил, что мне не хватает украшений, и взял напрокат серьги с сапфирами и роскошное колье. Теперь я была настоящей принцессой, вот только, к сожалению, немой.

Иво сразу же почувствовал перемену в моем настроении и понял, почему мои глаза подернулись дымкой грусти.

— Не грусти. То, что ты молчишь, совсем не так страшно. Твоя красота — и внешняя, и внутренняя — говорит ярче всяких слов…

Я даже зарделась от такого комплимента. Не думала, что Иво может говорить такие вещи, а уж тем более мне. И все же мне было приятно. Душа согрелась и раскрылась, как весенний цветок, и я почти перестала переживать из-за ужина у Иллиана Отиса. Правда, откуда Иво знает о моей «внутренней» красоте? И вообще, есть ли она? Откуда ей взяться у замкнутого, эгоистичного человека…

Иллиан принял нас по-разному. Иво — с показным радушием, меня — с язвительной холодностью. Конечно, возмутилась я про себя, можно позволить себе отпускать колкости, когда предмет твоих насмешек молчит как рыба… Но все остальные вели себя достаточно тактично и были весьма любезны, ничем не выказывая своего пренебрежения моей персоне.