Карен Хокинс - Светские скандалы

— О? Так что же сказала Мег?

Никому не дано поддерживать беседу лучше Лизы. Прямо и просто. Большинство женщин терзают человека непродуманными словами и едва проклюнувшимися мыслями. Но не такова Лиза — во всем превосходит остальных.

Превосходит? С каких это пор он начал думать о мисс Притчард как об исключении? Ройс постарался прогнать лишние мысли.

— Куда направишься после того, как скупишь все ленты?

Лиза рассмеялась:

— Домой, собираться в театр. Честно говоря, не ожидала встретить тебя в этой части города. Ты же не любишь магазины. Мег дала тебе какое-нибудь поручение?

— Слава Богу, нет. Для этого у нее есть ты — лучшая подруга. А в мои обязанности входит всего лишь появляться на всех балах и танцевать с некрасивыми дамами.

— Неправда. Ты танцуешь исключительно с бриллиантами чистой воды.

— Несправедливый упрек. Всего лишь на прошлой неделе приглашал Сару Хотон-Смайт.

— Что ж, к сожалению, бедняжка заметно косит. — Лиза собрала ленты и протянула их терпеливо ожидавшему клерку. Открыла ридикюль и достала серебряную монету. — Но это ничуть не мешает ей быть очаровательной и милой. Надеюсь, ты найдешь в себе силы снова обратить на нее внимание?

— Непременно, — бодро подтвердил Ройс.

Наградой за самоотверженность стала чудесная благодарная улыбка, словно он только что спас ребенка от неминуемой смерти.

Мисс Притчард отдала аккуратно упакованные ленты лакею и подождала, пока тот положил на стол остальные покупки и убрал сверток в карман.

— Ну вот! — беззаботно прощебетала она. — Я готова. Теперь можно спокойно ждать экипаж. Отсюда мы сразу его заметим.

Она направилась к окну, а Ройс пошел следом. Ветер задувал в щели рам и ощущался даже в магазине. Лиза затянула шнурок на ридикюле.

— Куда намерен направиться?

— На аукцион «Таттерсоллз». Хочу посмотреть распродажу Милфорда. Он проигрался в карты и вынужден расстаться с лошадьми. Говорят, можно купить за бесценок.

— А я слышала, что у них короткий шаг, да и выносливости не хватает. Тоже хотела прицениться, но потом решила, что одного обмана в год вполне достаточно.

— И когда же тебя умудрились обмануть?

— Когда покупала упряжку серых у графа Холмонфорда. Помнишь эту историю?

— Да-да, конечно. Конь странно взбрыкивал в галопе.

— И во время первой поездки едва меня не опрокинул. Ройс смотрел, как Лиза привычным жестом убрала с лица непослушную прядь. Пышные волнистые волосы удивительным образом отказывались подчиняться. Почему-то захотелось увидеть, как локоны ведут себя в свободном, не угнетенном состоянии, когда осмеливаются беспрепятственно спускаться по спине. Буйное воображение шагнуло дальше и лишило мисс Притчард одежды. Она была прекрасно сложена: высокая, тонкая, с длинными руками и ногами, высокой грудью, нежной гладкой кожей… нет, хватит. Этим мыслям необходимо положить конец.

Лорд Пемберли неловко переступил с ноги на ногу и попытался вспомнить, о чем только что шла речь. Ах да, о лошадях.

— И что же ты сделала с неудачным конем? Отправила на сыромятню?

— Нет, разве можно! Стоит в конюшне, с аппетитом ест и толстеет не по дням, а по часам. Никак не могу придумать ему достойное применение. Прекрасное животное. Но хотя конюх регулярно выводит его на прогулку, движения все равно не хватает.

— Ну, так продай.

— Коня с неровным аллюром? Скорее отрежу себе руку. В отличие от тебя я не способна игнорировать угрызения совести.

— И когда же это я игнорировал угрызения совести?

— Прошлым летом, когда играл в карты с графиней д'Авиан. Сосчитал тузы и сообразил, что ей не удастся получить необходимую для выигрыша карту.

— Считать карты не запрещается. Это не обман.

— Правильно. Но ведь ты прекрасно знал, что она не сможет заплатить долг, и все же позволил поставить огромную сумму. А потом, после проигрыша, предложил отработать… — Щеки Лизы расцвели очаровательным румянцем. — Слышала разговоры и знаю, что было дальше.

Проклятие! Кто же ей об этом рассказал? Ройс отвел взгляд.

— Не следует слушать сплетни, — заметил он и поморщился, потому что слова прозвучали совсем по-стариковски. А предстать в глазах Лизы пожилым моралистом казалось страшнее смерти.

— Ты же меня знаешь. — Соблазнительные губы изогнулись в смущенной и в то же время озорной улыбке. — Люблю хорошую сплетню. Порой удается услышать восхитительно пикантные подробности.

Сэр Пемберли удивился, почему прежде никогда не замечал, как симпатично она краснеет. Впредь надо будет смущать ее почаще.

— Того, кто посвятил тебя в эту нелепую историю, необходимо пристрелить.

— О, а ты ведь даже не пытаешься это отрицать. Признайся, что поступил с бедной графиней бессовестно.

Да, он действительно поступил бессовестно. Но Регина вовсе не сожалела о случившемся. Более того, огромная ставка и проигрыш добавили последующим свиданиям особую остроту. Встречи продолжались и после того, как долг был отработан.

В ожидании экипажа Лиза посмотрела в окно.

— И это не единственный случай, когда совести пришлось замолчать. Достаточно вспомнить ту актрису, которую ты попросил…

— Но мы ведь говорили вовсе не обо мне, — поспешил возразить Ройс. — Речь шла о твоем коне — том самом, который целыми днями ест и толстеет. Не забыла?

Лиза улыбнулась:

— Принни — прекрасный зверь.

— Принни? Ты назвала его в честь самого принца?

— Пришлось как-то назвать. Холмонфорд дал бедняге совершенно неприличное имя.

— Какое?

К восторгу Ройса, Лиза снова зарделась, на этот раз еще ярче.

— Не скажу, — твердо заявила она. — Хватит и того, что Принни звучит значительно лучше. — Она лукаво улыбнулась. — Во всяком случае, пока не услышит сам принц. А это произойдет лишь в том случае, если он зайдет в мою конюшню и спросит.

Сэр Пемберли попытался определить, в чем именно заключалась уникальность Лизы. Неповторимость трудно было свести лишь к экстравагантности в одежде, хотя и это обстоятельство добавляло своеобразия и оригинальности. Существовало нечто большее. Возможно, впечатление создавали светящийся в глазах острый ум и забавная манера смеяться. Слова не могли точно передать секрет обаяния, рождавший желание смотреть, радоваться и постоянно улыбаться.

Но сама Лиза сейчас не улыбалась. Напротив, казалась погруженной в глубокие размышления.

— Наверное, придется купить поместье за городом. Тогда у Принни будет достаточно места для прогулок на свежем воздухе. Думаю, там ему понравится больше, чем в тесной конюшне.