Натали де Рамон - Расправить крылья

— Было, и еще как было…

Марта подкладывала Арнульфу еду, подливала, несмотря на раннее утро, вина и с горящими глазами заставляла Арни снова и снова повторять каждую малейшую подробность, каждую случайно пришедшую на ум мысль и ассоциацию. И, когда он вновь напомнил ей о столь необходимой сейчас коробке пастели, Марта выразительно посмотрела на него и многозначительно изрекла:

— Пастель — пастелью, а постель — постелью. Поверь мне, женщине не столь нужны ее изображения, сколько неутомимый любовник. Прими-ка, дружочек, ванну, надушись… ой, — она со смешком махнула своей ручкой, похожей на птичью лапку, — чуть не сказала — побрейся! И отправляйся на новые любовные подвиги! — А главное, не выходи из дому и не общайся с Маршаном, мысленно добавила она, пока мы с Рейно не стали его компаньонами. — Пошли, Арни, я покажу тебе, как пользоваться джакузи.

Глава 16, в которой Арнульф расчесал мокрые волосы и бороду

Арнульф кое-как расчесал мокрые волосы и бороду и по мохнатому ковру вышел в гостиную, из которой доносились тихие позвякивающие звуки. Супруги Рейно занимали полноценную квартиру и поэтому не имели нужды выгораживать часть будуара под кухню. Напротив, убрав одну стену, они расширили собственную гостиную до размеров всего жилища Ирен.

Марта лежала на диване, закинув ноги на спинку, и курила, глядя в потолок. Возле дивана на барочном кривоногом инкрустированном столике переливался экраном раскрытый ноутбук. Рядом с ним стояла полная окурков пепельница и какое-то замысловатое настольное украшение из хромированных трубочек и палочек. Марта меланхолично дотрагивалась до него рукой, трубочки и палочки издавали слабый металлический звон.

— Который час? — спросил Арнульф.

Марта вздрогнула и опустила ноги. Какие же они у нее тощие, подумал Арнульф.

— Три или четыре. Не знаю.

Я проспал в ванне не меньше семи часов, ужаснулся он, а Ирен там одна!

— Часы вон, на буфетной стойке. — Марта неопределенно махнула рукой, села на диване и загасила сигарету в пепельнице. — Хочешь вина? — Она прикурила новую сигарету.

— Не откажусь, — Арнульф подошел к буфету и налил из первой попавшейся бутылки.

«15.27.» — сообщал маленький электронный будильник.

— Мне тоже налей, — попросила Марта и позвякала трубочками. — Дивная игрушка.

— Марта, почему ты меня не разбудила? — Арнульф протянул ей бокал. — Ты же знаешь, что меня ждет Ирен.

— Ждет… — Она сделала несколько глотков. — Между прочим, Арни, — Марта неожиданно оживилась, — ты потрясающий человек. Ты так действуешь на меня! Я две недели не могла придумать, и вдруг ты утром сказал про Джоконду, и у меня все сразу получилось! Правда!

— Что получилось?

— Арни, я же пишу роман. Там одна парочка никак не может пожениться, потому что они заняты поиском смысла жизни. Понимаешь?

Арнульф пожал плечами, но Марту это нисколько не смутило.

— Вот, и по ходу дела они попадают к одному старому художнику, который должен рассказать какую-то историю, чтобы хоть немного вправить им мозги. И я никак не могла придумать эту историю. А после нашего разговора я ее сразу написала, как будто кто-то диктовал мне. Послушай, я тебе сейчас прочитаю, — она склонилась к компьютеру.

— Марта, здорово, но, может быть, потом? Я схожу к Ирен, а потом ты мне все прочитаешь. Ты обещала дать мне пастель…

Марта вспыхнула.

— Все вы мужики такие! Только вы можете заниматься творчеством! А женское творчество вас не интересует! Оно вам оскорбительно! Как это баба посмела?! Что она может?!

— Марта, я не хотел тебя обидеть…

— Конечно, вы все даже не предполагаете, что, не задумываясь, унижаете женщин! Вас интересуют только наши ляжки! Да еще чтобы мы готовили вам пожрать! А то, что у нас есть ум, душа, талант…

— Марта, Марта! Конечно, читай! Он ведь не очень длинный, твой рассказ?

— Не буду. — Марта обиженно поджала губы. — Тебе ведь абсолютно все равно, что я написала, тебе лишь бы поскорее бежать к своей коро… королеве! И не смотри на меня виноватыми глазами. — Она как будто немного успокоилась. — Интересно, ты пережил бы, если бы твоя пышнотелая красотка тоже что-нибудь создавала не хуже тебя? — Марта сузила глаза. — Или ты надеешься, что она бездарна, как и полагается толстухе?

Арнульф побледнел. Стоп, испугалась Марта, чего это меня заносит, не хочет он слушать — не надо, подумаешь, не он первый… Только бы нам не поссориться! Тогда прощай, мой Клондайк!

— Ладно, Арни, не сердись, — заставила себя сказать Марта. — Я просто ей завидую. У нас с Жюлем никогда такого не было. Он, конечно, залезал ко мне в общежитие через балкон, но вовсе не ради любви, а чтобы поработать на моем компьютере. У него просто не было денег, чтобы обзавестись собственным.

Боже, а ведь у Ирен тоже компьютер! — вспомнил Арнульф. Неужели она тоже что-то там пишет?..

Глава 17, в которой я действительно отправилась за серьгами

И я действительно отправилась за серьгами. Я все равно не могла оставаться в этой сводящей с ума гулкой пустоте среди грустных персиков на полу и чудом не разбитых хрустальных фужеров.

По мосту я перешла на остров Сите. Громада Нотр-Дам красовалась всеми своими ажурами, ветерок шевелил полотнища плюща на крепостных стенах… Ну и что? Он как появился неизвестно откуда в моем доме, так неизвестно куда и пропал. Завтра я приду в свою контору, все будет как всегда…

А если очень захочется, перебегу через улицу и увижу его в зале. Это его выставка, он не может никуда оттуда деться, ему же надо торговать своими «медведками». Чем он отличается от меня? Я произвожу одежду и торгую ею, а он — своими картинами, правда, он «производит» их сам, а мою одежду — фабрика, я делаю только лекала, да и то больше по привычке, чем из необходимости. Давно можно было нанять студентку-лекальщицу… Но все равно, в принципе, мы занимаемся одним и тем же: продаем то, что сделали.

Как он попал в мою квартиру? Прилетел? Я вздохнула. Ладно, пусть прилетел, раз он умеет «расправлять крылья». Этого-то я все равно не могу… Я всего лишь хочу увидеть его снова.

Но я же могу сходить на его выставку сегодня! Я куплю серьги и пойду на нашу улицу Темпль! А может быть, пойти туда прямо сейчас? Нет-нет, надо обязательно, чтобы на мне были «его» серьги! А вдруг я их не куплю, только потрачу время, и он сегодня пораньше закроет свой зал? У меня даже озноб побежал по спине, но я уже дошла до метро. Что ж, ты заказывал серьги — будут! Должна же я показать, что мне не безразлично твое мнение.

На метро я доехала до конечной остановки «Порт-де-Клиньянкур». Утверждают, что блошиный рынок Сент-Уэн — крупнейший в мире и обойти за один день все его крошечные лавочки и переполненные барахлом магазинчики невозможно. Когда я была маленькой, мы частенько наведывались сюда с бабушкой, и она казалась мне королевой, обходящей свои сказочные владения. Ее квартирка, в которой я живу теперь, была тогда вся забита такими же, как и представленные здесь, старинными вещицами, она постоянно что-то продавала и покупала у знакомых антикваров на этих маленьких улочках за чертой города.