Маргарет Уэй - Страсти в старинном поместье. Книга вторая.

Та сила, что возникла между двоими, заставила Бронте повиноваться.

— В вас, Стивен, есть что-то такое, что тревожит меня. — Она не могла этого не сказать. — Кто вы на самом деле? Какую роль в вашей жизни играет Кристина? Ведь очевидно, что вы с ней очень... близки.

Стивен коротко засмеялся; смешок его вышел не беззаботным, слегка жестковатым.

— Мне казалось, я говорил вам. Кристина — мой друг, мой деловой партнер, а отнюдь не любовница.

— Мужчины привыкли лгать, — мрачно заявила Бронте, капельку провоцируя Стивена. — Вам когда-нибудь приходило в голову, что вы могли бы в нее влюбиться?

Несколько мгновений Стивен смотрел куда-то поверх ее головы.

— Я испытываю удовольствие, когда смотрю на нее. Я восприимчив к женской красоте. Кроме того, она замечательный, абсолютно надежный деловой партнер. Бронте, я не решаюсь отвечать на ваш вопрос. Кристина оплакивает своего покойного мужа. Она немного старше меня. Вы не знали?

— А это важно?

Бронте ощутила болезненный укол и распознала в нем ревность. Ей стало стыдно.

— Совершенно нет. — Стивен смотрел Бронте прямо в лицо. — С тех пор, как я вас увидел, мне не нужен никто, кроме вас.

— Потому что вы представили себе, что со мной хорошо заниматься любовью? — резко спросила она. Ее внешность, сексуальная привлекательность в ее глазах — это не все. — Я могу оказаться серьезным разочарованием.

— Разве звезды не появляются на небе? — сказал Стивен ласково и слегка насмешливо. — Бронте, вы не должны ничего мне доказывать. Вам нужно только быть собой. Мы с вами знаем, что разочарований не будет. Разве вы не видите сами, что физически вы мне идеально подходите?

Бронте собралась с духом и посмотрела на Стивена.

— Что же в моем характере вам хотелось бы изменить?

— Не так уж многое. — Стивен поднял руку и погладил Бронте по горлу, чем возвратил недавнюю дрожь. — Я знаю, со временем мы избавимся от всего, что мешает.

— Без этого «всего» я не буду чувствовать себя собой. Кто же первым будет знакомиться с родителями? — спросила она вдруг. — Моих вы, судя по всему, знаете. Знаю, что вы потеряли маму. Знаю, что вы глубоко ее любили. Я знаю, что это было для вас тяжелой травмой. Я не знаю вашего отца и вашего брата, который, насколько я понимаю, является наследником вашего отца. Вы уже познакомились с Максом, хотя неизвестно, как долго он здесь пробудет. Может быть, это вся моя несчастная жизнь толкнула меня к вам. Возможно, ваши выдающиеся деловые качества — не сомневаюсь, это у вас в генах, — заставили вас увидеть во мне вложение. Как Ната.

Стивен махнул рукой и отрезал:

— Вы уже избавились от Сондерса. Возможно, это высшее ваше достижение.

— Не сердитесь на меня.

Бронте поняла, что ее слова задели его за живое и огорчили.

— Я стараюсь.

— Мне нужно время, — сказала Бронте. — Вы не возражаете? Однажды в жизни я совершила огромную ошибку.

— Вам кажется, то, что происходит между нами, развивается слишком быстро?

— А разве нет? Вы вошли в мою жизнь как сила. Очень вероятно, нас обоих увлек водоворот. Я не могу вот так последовать за вами! Пусть то, что есть, замечательно, но я еще не знаю, что все это означает. Вы принялись за осуществление вашего проекта с Гилли. Получится ли у вас все так, как вы оба настроены думать? У меня младший брат, который вот-вот испытает на себе силу отцовского бешенства. Надо мной Карл больше не имеет власти, но Максу он не позволит поступать так, как Макс хочет. Макс перешагнул границу дозволенного. Я думаю, когда Макса увезут отсюда, Карл поработает обоими кулаками.

Ясные зеленые глаза Стивена потемнели.

— Дикие звери бывают добрее. Ваш отчим — опасный человек. Его необходимо остановить. И не только ради Макса, но и ради вашей матери. Не знаю, Бронте, сознаете ли это вы, но здесь как раз то, что нас связывает. Мы оба ненавидим таких людей, как Карл Брандт. Это разрушители. Я полагаю, он большую часть жизни только и делает, что заметает следы, считает, что ему удается внушать страх. Но, знаете, всегда где-то находится кто-то, в чьих руках ключи к краху этих людей. Ни один злодей не может чувствовать себя в настоящей безопасности.

— До сих пор никто не мог его тронуть, — сказала Бронте и подчинилась мощному импульсу опереться хоть на мгновение на плечо Стивена.

Его ладонь легла на ее спину, на талию. А потом он наклонил голову и вдохнул ее запах.

— Бронте, всегда остается элемент случайности. — Его голос обещал ей надежду. — Случай спасает жизнь. И убивает. Человек вылетает раньше намеченного срока, и самолет врезается в скалу. А другой человек опаздывает на самолет на несколько минут, и его жизнь спасена. А если бы вы не встретили меня? А если бы я не встретил вас? Если бы у Макса не достало мужества убежать, признаться себе в физическом насилии, которому подвергался в лапах отца? Но все это произошло. И все колеса пришли в движение.

— Знали бы вы, как утешительно звучат ваши рассуждения. — Бронте подняла голову и посмотрела в глаза Стивена. В нем есть огромная сила целеустремленности. А есть ли такая сила у нее или у Макса? У ее возлюбленной Гилли, которая не должна была в свое время переживать тяжелые дни. — Но ведь есть риск?

Его губы коснулись ее волос.

— Когда речь идет о свободе, риск всегда есть. Но вы же готовы рисковать?

— Я готова на все, пока вы рядом со мной.

Она не это намеревалась сказать, но сказала, пусть даже эти слова открывали многое.

— Я буду рядом, — пообещал Стивен. — Вы знаете, как мне хорошо сидеть здесь с вами, в полушаге от вас?

Бронте прижалась к нему, обретая покой от прикосновения к его телу.

— Ты знаешь, как меня тронуть, да? Не только тело — сердце.

— А что в этом странного? — отозвался Стивен, и мощный эротический разряд пробежал между ними. — Я люблю твои глаза, люблю, как в них отражается каждое мимолетное чувство. Этот цвет, которому нет названия. Люблю твои волосы. Твою изумительную кожу. Люблю твою шею. А больше всего я люблю твои губы. Как ты думаешь, кто-нибудь заметит, если я тебя поцелую?

Бронте быстро глянула за его плечо.

— В нашу сторону уже смотрят по меньшей мере двадцать человек.

Голос Бронте дрожал. Она не сможет остановить Стивена, если их губы соприкоснутся.

— Закрой глаза, хорошо?

— Стивен...

Ее сердце подскочило. У него не может быть небрежного поцелуя. Поцелуи Стивена нужно встречать бешеными аплодисментами.

— Ладно, — протянул он. — Я вознагражу себя позже. Можешь не сомневаться. В любом случае, сюда идет братец Макс. Он хороший парень, у которого найдется мужество сделать из себя человека. Похоже, ему хорошо с Чикой.