Маргарет Уэй - Страсти в старинном поместье. Книга вторая.

— Потому что крокодилы — их братья, — ответил Чика. — Их тотем их защищает. — Именно поэтому они переплывают кишащие крокодилами реки вблизи Залива как ни в чем не бывало. И ничего с ними не случается. То же самое и с акулами. Они верят в свой тотем. Покровительство духа. Но это хорошо для них, а не для нас, недотеп. Я тоже кое-что потерял, как вы заметили. Ну а ты, парень... — Чика дружески улыбнулся Максу. — Что это ты раскраснелся и весь сияешь? Да, здесь ты загоришь.

— Если останусь, — вздохнул Макс.

— О чем это он?

Чика вопросительно посмотрел на Стивена.

— Долго рассказывать. Но он хотел бы остаться.

— Хочешь, идем со мной, когда я буду осматривать наши владения? — предложил мальчику Чика. — Ты можешь многого не заметить, если я тебе не покажу. Бывает, даже я не могу понять, что происходит у меня под носом. Дикие животные умеют прятаться.

— Было бы здорово! — весело воскликнул Макс.

— Не подпускайте его близко к казуарам, — попросила Бронте, и вся компания двинулась вперед.

Бронте имела в виду длинноногих нелетающих птиц, обитающих в джунглях Северной Австралии и Новой Гвинеи. Казуары считаются весьма опасными существами.

— По неизвестным причинам они не любят машины, окрашенные в темно-синий с металлическим отливом или темно-серый цвет, — сказал Стивен. — Они нападают на такие машины.

— Может, казуар видит свое отражение на блестящей поверхности и думает, что перед ним другая птица? — предположила Бронте.

— Ну, это только догадка. — Стивен улыбнулся. Невыразимо приятно смотреть на нее. На ней белая кружевная блузка, отороченная тесьмой, и красивая юбка в цветочек, которая развевается при ходьбе. Кожа на голых ногах отливает золотом. Стивен мог бы любоваться ею весь день. Но все-таки он заговорил непринужденным тоном: — Казуары способны прыгнуть больше чем на два метра. Поэтому я обнес их загоны забором. Их челюсти — грозное оружие. К счастью, редкая птица захочет перепрыгнуть через забор. Но все дикие животные совершенно непредсказуемы. Даже наши смешные маленькие коала. Таете, как мороженое? Мы могли бы присесть возле озера и полюбоваться на лебедей.

— Это было бы хорошо.

Бронте удовлетворенно вздохнула. Даже от того, как он смотрит на нее, ее пробирает дрожь. Какое это чудо — влюбленность! И какое разочарование ее ждет, если Стивен в нее не влюблен. Нужно смириться с тем фактом, что его отношение к ней — не более чем похоть.

Когда Стивен отошел к беседке, Бронте побрела вниз, к живописному озеру. Частично его поверхность покрывали прекрасные синие лотосы, берега поросли тростником, а воздух был напоен чудесным ароматом ирисов. Черные лебеди грациозно несли свои красные, с белыми прожилками клювы над зеленым стоком воды. Прекрасная мирная сцена, но Бронте была слишком поглощена своими мыслями, чтобы оценить ее в полной мере.

Под толстыми деревьями стояли деревянные столы для пикников с деревянными скамейками около них. Неподалеку расположилось семейство — несколько беззлобно спорящих детей под присмотром родителей. Бронте облюбовала один свободный столик, аккуратно перебросила через скамейку одну ногу, затем вторую, села, сняла свою элегантную соломенную шляпу, которую недавно купила в городе наряду с другими хорошими вещами, и положила ее на стол. Ее отчим знает, что Макс здесь. И найдет способ разыскать его.

Невидящими глазами Бронте смотрела на сверкающую воду, на гордо проплывающих лебедей. Бесполезно обманывать себя. Макс в большой беде. Надо смотреть в глаза жестокой правде: никто не вправе перечить Карлу Брандту, в особенности его пятнадцатилетний сын. Она готова представить гнев отчима, его вопли, потрясающие стены. Какой у него громоподобный голос!

— Он что? Он что посмел?

Бронте уже слышит маловразумительные мольбы матери, которая прикладывает усилия, чтобы держаться подальше от наводящего ужас человека, чьей женой ее угораздило стать.

— Я ему покажу! Непослушная маленькая дрянь! Да как он мог вообразить, что я ему это спущу? Я пошлю за ним полицию. А эта маленькая сучка Бронте — после всего, что я для нее сделал! Убежать в Северный Квинсленд к полоумной старухе! Миранда, твои дети — мерзавцы!

Чудо еще, что эти мерзавцы не употребляют наркотики, к которым их могло подтолкнуть поведение родителей.

Глядя на озеро, Бронте не видела Стивена, пока он не тронул ее за плечо.

— Прибыло манговое мороженое. Советую вам съесть его побыстрее.

— Спасибо.

Бронте взяла у него вафельный конус и лизнула его. Вкус бесподобный.

— Вы выглядели очень серьезной, когда я к вам подошел, — заметил Стивен после нескольких минут, в течение которых он не отрываясь смотрел, как Бронте ест мороженое.

— Правда? — Она покончила с живительным угощением и вытерла пальцы бумажной салфеткой, которую ей подал Стивен. — Я представляла себе гнев моего отчима. Он не мог ожидать, что Макс решится пойти наперекор его воле, сядет в автобус, в поезд и приедет к нам. Он будет в ярости. Он совершенно сумасшедший. Он схватится за телефон и вызовет полицию.

— Не думаю, — тихо, но уверенно возразил Стивен. — Пока же никаких новостей не было.

— Тогда он, наверное, пошлет кого-нибудь из своих головорезов, — сказала Бронте. — Я знаю, ужасно так говорить, но я бесконечно надеюсь, что мой отчим вот-вот умрет. Он пытался ломать волю Макса с самого его детства. Я думала о том, что вы говорили про мою мать.

— Может быть, он ее тоже бьет?

Стивен чуть сжал запястье Бронте. Легкое прикосновение. И небывало интимное.

— Я бы проткнула его ножницами, если бы он это сделал, — ответила Бронте и подумала про себя, что не справилась бы с таким делом. — Я никогда такого не видела, и она не говорила об этом ни слова. Но в глубине души я чувствую, что она боится его не меньше, чем мы. Боится удрать. А ведь вы, Стивен, вроде бы знаете какого-то полезного человека. Не могли бы вы сказать мне, кто это?

Она посмотрела ему в глаза и увидела в них свое отражение.

— Бронте, я вам все скажу, когда добьюсь ответа, — пообещал он. — До тех пор для вас лучше всего довериться мне.

— Хорошо. — Она согласно наклонила голову. — Проснувшись сегодня утром, — призналась она, — я почувствовала нечто очень странное. Ваши губы на моих.

Это признание на порядок усилило сексуальное напряжение. Стивен притянул Бронте ближе к себе.

— В ту ночь после вечеринки, когда я наконец лег в постель, меня окутывал запах ваших духов. Я впитывал вас всеми порами. Никогда в жизни меня так не влекло к женщине, как влечет меня к вам, Бронте. Мне хочется немедленно отвезти вас домой. Поедете? Посмотрите на меня. — Глаза Стивена обожгли ее, и она опустила свою роскошную темную голову. — Взгляните на меня. И отвечайте на вопрос.