Кэти Деноски - В главной роли — любовь

— Понимаю, милая, — он ласково похлопал ее по спине, затем отстранился и взял в ладони лицо Натали. — Давай поднимемся наверх, и ты вздремнешь. А я возьму Отэм к себе. Она составит мне компанию, пока я просматриваю счета.

— Если тебе понадобится моя помощь…

— Я знаю, где тебя найти, — в улыбке Тревиса было столько нежности, что у Натали подкосились ноги. — Поверь мне, если у меня что-то не получится, ты узнаешь об этом первая.

Несмотря на сильную головную боль, Натали не удержалась от смеха.

— Намекаешь на смену подгузников?

Тревис рассмеялся в ответ и обнял ее за талию.

— Да. Я могу покормить и искупать малышку, меня не раздражает ее плач. Но я скорее голый буду продираться через кактусы, чем решусь взяться за эти подгузники, — он распахнул дверь в спальню.

— А я-то полагала, что морским пехотинцам все по плечу! — Натали застыла с открытым ртом. — О господи! Я только что вспомнила, что сразу после школы ты служил в морской пехоте! В твои обязанности входило… — она нахмурилась, вспоминая, — собирать какую-то информацию…

— Правильно, — ободряюще сказал Тревис. — Я был в разведывательном батальоне. Еще что-нибудь помнишь?

— Кажется, ты в это время посещал курсы для колледжа, а после демобилизации воспользовался грантом для военнослужащих и получил высшее образование, — Натали закусила губу. — Но я не уверена…

— В чем?..

— Богатые люди не идут в армию, чтобы заработать на учебу…

— Я не всегда был богатым, — Тревиса неприятно поразили нотки осуждения, звучавшие в ее голосе. Решив выяснить все до конца, он опустился на кровать и усадил на колени Натали. — Чем тебе не нравятся состоятельные люди?

Она закусила нижнюю губу, силясь вспомнить.

— Богатые всегда используют других в своих целях, а потом вышвыривают, как ненужную вещь, — наконец произнесла Натали. — Мой отец много лет проработал в частной компании. Он был у самых истоков, помогал строить бизнес.

— И что произошло?

— Однажды приехал владелец фабрики, вызвал отца в кабинет и сказал, что он уволен. — Натали, не отрываясь, смотрела на стену, словно там было все это написано. — А когда папа спросил, за что его увольняют, ему ответили, что дешевле взять на его место новичка, чем выплачивать премии опытному, заслуженному сотруднику. И если отец доработает до пенсии, компания понесет дополнительные расходы на его содержание.

— Твой отец подал на них в суд?

Натали несколько секунд помолчала, затем покачала головой.

— Он не стал. Разговор состоялся наедине, у папы не было никаких доказательств. Мистер Мэрфи пошутил, что на деньги, сэкономленные на папиной пенсии, он вполне сможет купить себе загородный дом… — Натали закрыла глаза. — А всем остальным сотрудникам мистер Мэрфи сообщил, что папа допустил несколько грубых ошибок при закупке производственных материалов и из-за этого компания понесла большие убытки. Вот такой была официальная версия, по которой уволили моего отца…

Если бы только этот тип попался Тревису в суде! Уж он бы с ним разобрался!..

— И твой отец не настаивал на расследовании?

— Он был слишком подавлен, — Натали смахнула слезу. — А меньше чем через год папа умер…

Тревис прижал ее к себе.

— Этот Мэрфи поступал так же с другими сотрудниками?

— Да, и не раз. Но те люди не принимали увольнение так близко к сердцу. Для папы же фабрика была всем, он посвятил работе на ней всю жизнь. Особенно после маминой смерти. А после увольнения он остался один на один со своим горем.

— Ему пришлось нелегко, — мягко произнес Тревис.

Сейчас он уже ничем не мог помочь отцу Натали.

— Самое печальное, что папа, вероятно, продолжил бы работать до самой смерти. Он никогда не задумывался о пенсии. Поэтому компания бы ничего не потеряла, — ее голос сорвался, и Натали всхлипнула.

— Милая, не все богатые люди походят на этого Мэрфи.

Натали оттолкнула его от себя и резко встала. Когда она вновь повернулась, в ее глазах блестели слезы.

— Вы все одинаковые! И ты не исключение. — (Ее слова больно поразили Тревиса в самое сердце.) — Я доверяла тебе, а ты лгал мне после того, как мы стали близки. Ты даже не назвал своего настоящего имени.

Тревис поднялся и подошел к Натали.

— Милая, ты помнишь, что я сказал тебе в тот вечер?

— Я… не знаю, — она сделала шаг назад.

Он положил руки ей на плечи.

— Пора прекратить винить меня во всех смертных грехах. Я же объяснил тебе, что расследую одно дело и не могу открыть свое настоящее имя, чтобы не нарушить конспирацию.

— Но откуда мне знать, что ты сейчас не врешь? — В ее голосе звучало сомнение.

— Все, что я тебе сейчас скажу, могут подтвердить Моз, Кэрри или любой из членов клуба, — Тревис ободряюще улыбнулся. — А если их слов недостаточно, я покажу тебе мои банковские счета и свожу тебя в судебный департамент.

Натали внимательно смотрела на него. Эти несколько секунд показались Тревису целой вечностью. Наконец она кивнула.

Тревис глубоко вздохнул.

— Ты была совершенно права, когда говорила, что я служил в морской пехоте. Я уехал в учебный лагерь спустя несколько дней после того, как закончил школу. И я действительно окончил университет благодаря гранту.

— Но…

Тревис прижал палец к ее губам, не давая договорить.

— Ты обещала, что выслушаешь меня. Спустя приблизительно три месяца после того, как я вышел из учебного лагеря, мои родители погибли в автомобильной катастрофе.

— Ох, я так сожалею… — Натали осторожно погладила его по щеке. — Вам с Кэрри пришлось нелегко.

Тревис кивнул, чувствуя, как к горлу подступает комок. Прошло четырнадцать лет, но воспоминания о той давней трагедии все еще причиняли боль.

— Это был один из худших моментов в нашей жизни.

— До твоего возвращения из армии Кэрри жила с родственниками?

— У нас никого не осталось, а я должен был отслужить еще три с половиной года.

— С кем же она осталась?

— К счастью, родители Райана Эванса приняли Кэрри. Наш папа был управляющим на их ранчо, и они любили ее и заботились о ней, словно о собственной дочери.

— Я рада, что вам было к кому обратиться за помощью, — сказала Натали.

— Не знаю, что бы мы без них делали. Но я не собирался все время сидеть на их шее, планировал обеспечить будущее себе и Кэрри.

— Каким образом? — Целеустремленность, с которой он говорил, покорила Натали.

— Я сделал ставку на разведение скота. Конечно, пришлось нелегко, пришлось экономить каждый цент. Но спрос рос, и мне удалось сколотить неплохое состояние.