Барбара Данлоп - Держи ухо востро, дорогой!

— Может, войдем внутрь? — предложила Дженна, отрываясь от Тайлера. — Я начинаю замерзать.

Ветер стал прохладнее, и влажная футболка Кэндис холодно прилипла к телу, напоминая ей, что она потная и растрепанная. К тому же ее раздражало, когда Дерек брал верх.

Дженна и Тайлер двинулись вперед.

— Уже договорилась о встрече? — спросил Дерек, поворачиваясь и направляясь в сторону «Явы».

— Нет еще, — ответила Кэндис, зашагав рядом.

Дерек остановился на крыльце кафе, где было затишье от ветра и пригревало сентябрьское солнце. Вместо того чтобы вступить в спор, он полез в карман рубашки и вытащил свой мобильник.

— Позвони им, Кэнди.

Она недоуменно уставилась на него.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас.

Тайлер с Дженной скрылись за тяжелой входной дверью.

Дерек наклонил голову и вперил взгляд в Кэндис. Неподвижный, невозмутимый, неумолимый.

Смирившись, Кэндис выхватила телефон из его руки.

— Прекрасно.

Она открыла крышку и набрала родительский номер, все время сердито поглядывая на Дерека. Ее безумно раздражали его уверенная поза, его самонадеянная мина и то, что он просто не сомневается, что мир вращается исключительно вокруг его персоны.

Несправедливо, что ему все удается. Несправедливо, что он может вести себя так нахально и все равно вызывать у нее трепет.

— Резиденция Хэммондов.

— Анна-Ли? Это Кэндис. Мама дома?

— Конечно, сейчас позову.

— Кэндис?

— Привет, мам.

— Как дела, дорогая?

Она заставила себя успокоиться и сосредоточиться на разговоре.

— Отлично. А как вы там?

— Твой отец только что вернулся из Техаса.

— Правда?

— Он купил быка.

Вот это уже всерьез зацепило внимание Кэндис.

— Кого-кого?

— Капитана Фантома.

Она уловила смирение в материнском голосе. Ее отец гордился тем, что умел находить хорошие деловые перспективы и быстро действовать. Но покупка быка — это необычно даже для него.

— Зачем он это сделал? — поинтересовалась она.

— Очевидно, владелец был рад заключить сделку. И семя очень ценное.

— Семя? — переспросила Кэндис.

Дерек обошел ее и уставился, недоуменно хмурясь.

— Это племенной бык, — объяснила мама.

— А, понятно… И вы собираетесь держать его…

— А вот это самое интересное. — Кэндис услышала нотки веселья в мамином голосе. — Он хочет купить ранчо, — сообщила мама.

— В Техасе?

— Чтобы не перевозить Капитана Фантома.

— Ох, мам. — Кэндис старалась не рассмеяться.

— Не волнуйся. Пара недель, ну, самое большое месяц. Он натешится своей новой игрушкой, и все вернется на круги своя. Зато работники ранчо еще долго будут наслаждаться кондиционированным воздухом. Так что я могу для тебя сделать, милая?

Кэндис покачала головой. Она очень любила своего отца и не сомневалась, что это предприятие с быком принесет прибыль, но временами просто не понимала, как мама мирится с его импульсивными прожектами.

— Я хотела узнать, будете ли вы с папой свободны в следующий…

— Сегодня вечером, — подсказал Дерек.

Кэндис заморгала.

— Сегодня, — повторил он.

Она скрипнула зубами.

— Сегодня, — повторила она в трубку.

— Ты собираешься зайти? — поинтересовалась мама.

— Да, я…

— Замечательно. Приходи к обеду. Твоему отцу не терпится рассказать кому-нибудь о Капитане Фантоме.

Обсуждать бычье семя за обедом?

Медленная улыбка расползлась по ее лицу. Поделом Дереку.

— Я хочу привести с собой друга.

— А твой друг знает что-нибудь о племенном скотоводстве?

— Я спрошу.

— Ну, тогда до вечера.

— Пока, мам. — Кэндис выключила телефон и отдала Дереку.

— Итак, мы идем? — спросил он.

— Идем. — Она направилась к дверям кафе.

— О чем вы разговаривали? — не выдержал Дерек, когда они направились к столику Дженны и Тайлера.

— Да так, о своем, о женском.

— О семени?

Кэндис кивнула.

— Конечно. Мы с мамой постоянно говорим про семя.

Дерек недоверчиво хмыкнул.

— А вы со своим отцом что обычно обсуждаете? — полюбопытствовала она.

— Индекс внебиржевого рынка.

— И это, по-твоему, жизнь, Дерек?

— Вне всякого сомнения, Кэнди.

Жизнь у Дерека просто отличная.

Что бы там ни думали Кэндис и Тайлер, у него нет ни малейшего желания иметь постоянную подругу и обсуждать репродуктивную функцию с родителями.

Он наблюдал из своей машины, как Кэндис вышла из дверей своего дома. Ее низко сидящие джинсы цвета хаки плотно облегали бедра. Двойная «молния» короткого оливкового жакета открывала изгиб груди сверху и намекала на углубление пупка снизу.

Было очевидно, что под ним ничего не надето.

Стиснув зубы, он открыл водительскую дверцу и обошел капот машины ей навстречу. Она что, специально это делает?

— Неофициальная форма одежды? — протянул он. Единственными украшениями на ней были серебряное колье-капелька и серьги-гвоздики из изумрудно-зеленого стекла. Распущенные волосы прямо-таки кричали о чувственности.

Она потянулась к дверной ручке его черного «порше», но он опередил ее.

— Сегодня хороший вечер, — сказала она, опускаясь на пассажирское сиденье. — Возможно, они устроят барбекю.

Дерек взглянул на свою белую рубашку и угольно-черный пиджак.

— Могла бы и сказать.

Она улыбнулась без тени раскаяния.

Обходя капот машины, Дерек стянул галстук, снял пиджак и повесил его на спинку сиденья, затем расстегнул воротничок и закатал рукава.

Он уселся на водительское кресло и захлопнул дверцу.

— Так пойдет?

Кэндис слегка склонила голову и заправила волосы за ухо.

— Все равно у тебя этот напряженный акулий взгляд, но, полагаю, с этим ты ничего не можешь поделать.

Он повернул ключ в замке зажигания, заводя мотор.

— Некоторые называют это настороженным умом.

— А некоторые — хищностью.

Дерек выехал на улицу.

— Так мы же в джунглях, детка.

Кэндис рассмеялась, и звук ее смеха ударил его прямо в солнечное сплетение.

— На Бланшар налево, — сказала она.

Потребовалось всего десять минут, чтобы доехать до дома ее родителей, но это были долгие десять минут. Они жили в большом старом кирпичном доме, в стороне от дороги, за живой изгородью из кедров, в престижном районе.

Он свернул на извилистую подъездную дорожку.

— Значит, здесь ты росла?

Она состроила гримасу.

— Здесь.

Дерек вскинул брови.

— Бедная богатенькая девочка?